Авторизация



 

 

 

Пятно. Глава 4

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить электронный текст на Литрес

Купить книгу в магазине Автора и скачать текст в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt

 

 

Глава 4

 

 

— Вовка!

Еще толком не проснувшись, я выдернул руку из-под подушки и лишь потом открыл глаза:

— Что случилось?

— Ты так и спал всю ночь, что ли? — поспешил откатиться Стас от направленного ему в грудь дула нагана. — Отстрелил бы себе ухо на фиг!

 

— Не отстрелил бы, — усмехнулся я и кинул револьвер на подушку. — Спуск тугой.

— Ну, знаешь ли…

— Чего пришел?

— Ты вчера всю воду выжрал, и съестным затариться не помешает, — начал перечислять Стас. — Ну и люк надо на место вернуть. А то еще заберется кто.

— Да понял, понял. — Я шмыгнул заложенным носом и повалился обратно на кровать. — Все сделаю.

Голова у меня просто раскалывалась, еще и подташнивало неслабо. Никуда тащиться в таком состоянии не хотелось, но, если уж этот зануда прикатил, от него простым пожеланием отстать не отделаться.

— Что ты сделаешь?

— За харчами схожу и за водой. И люк — да, починю.

— Ну так иди!

— Пять минут!

— Через пять минут вернусь, не встанешь — огребешь.

— Хорошо, хорошо, — согласился я и часто-часто задышал.

Тошнота отступила, но голова меньше болеть не стала.

Чтоб я еще хоть раз водку натощак и без закуски пил! Да никогда!

И ведь оставалось-то в бутылке граммов триста, а как ломает всего, как ломает! Но за водой и в самом деле сходить надо, пока от сушняка не загнулся.

Впрочем, у похмелья имелся и несомненный плюс: вспоминать об Алисе не хотелось. Да и слова ее теперь казались полнейшим бредом. Какой-то Шар, какой-то календарь майя...

Майя? Кто такие майя?

Бред. Бред, и ни что иное!

Все, вставать пора, Стас уже вон катит.

Я с кряхтением поднялся с кровати, зашнуровал ботинки и с сомнением повертел в руках наган. По уму, лучше его дома оставить, да и все железо с собой тащить не стоит. Кинжал возьму, и хватит. Тут недалеко.

— Ты долго еще телиться собираешься? — Стас остановил в дверях инвалидное кресло и уставился на меня. — Давай, короче!

— Да сейчас, сейчас!

Я нацепил на пояс ножны с кинжалом и уже собирался спрятать наган в тайник, но Стас немедленно меня тормознул.

— Дай мне, — потребовал он.

— Зачем? — удивился я.

— А вдруг вернутся?

— Да ты гонишь!

— Дай сюда! — рявкнул парень.

— Ладно, держи. — Я протянул ему револьвер и, протиснувшись мимо инвалидного кресла, вышел в коридор. — И незачем так кричать.

— Дак если с первого раза не понимаешь, — пробурчал Стас. — Пока не заорешь…

— Ой, прям! — фыркнул я. Насобирал в кухне четыре пластиковых пятилитровых бутыля и повернулся к приятелю: — Деньги давай.

— Ты за продуктами сразу пойдешь или возвращаться будешь?

— Конечно, вернусь еще. Не с водой же на рынок тащиться!

— А тогда тебе деньги и не нужны, — с довольным видом потер руки Стас. — Мне родниковские сто пятьдесят литров за заказ должны. Ништяк?

— Неплохо, — кивнул я. — Закрой за мной на засов.

— Хорошо. Только стучи громче, я в мастерской буду.

— Лады.

Я с пустыми бутылями в руках выбрался из-под балкона и пошел через двор. Обогнул полуразрушенную высотку и задумчиво посмотрел на кирпичный пристрой.

Надо бы люк на место вернуть. Если сейчас этим не займусь, то вообще неизвестно, когда руки до ремонта дойдут. И Стас меня просто съест.

Тяжело вздохнув, я поставил пустые бутыли на асфальт и полез внутрь. Петли люка оказались выломаны, что называется, с мясом, поэтому надежда быстренько все вернуть в первоначальное состояние приказала долго жить. Тут без сварки и перфоратора ловить нечего.

Кое-как прикрыв погнутым железным листом пролом в полу, я набросал сверху щебенки и с чувством выполненного долга выбрался наружу. Со стороны ничего не заметно, а если специально искать будут, в любом случае найдут. Стаса, правда, вряд ли такой косметический ремонт устроит, но сегодня мне физический труд явно противопоказан. Может, завтра. Потом, в общем, как-нибудь…

Отряхнув ладони, я подхватил бутыли и, выйдя на дорогу, зашагал прямо по проезжей части. Дождался, когда закончится тянувшаяся вдоль реки полоса оплавленной земли, и направился к видневшейся неподалеку плотине уже напрямик.

Давным-давно это сооружение, лишившись большинства регулировавших уровень воды щитов, превратилось в обычный мост, но в прошлом году предприимчивые товарищи установили там генератор и получили в свое распоряжение источник дармовой электроэнергии. Ну а поскольку, ко всему прочему, плотина осталась едва ли не единственной нормальной переправой через реку, разделявшую город на две части, не приходилось удивляться тому, что с обеих сторон от нее выстроили бетонные коробки блокпостов, а на верхних этажах соседних четырнадцатиэтажек обустроили пулеметные гнезда. И не только пулеметные — слухи о снятых со сбитых истребителей авиационных пушках возникли явно не на пустом месте.

Поглядывая то на голые, будто выжженные, берега реки, то на ясное, без единого облачка небо, я поднялся на вкопанную в землю до середины трубу ливневой канализации и сбежал с нее к мосту. Натужно дыша, поднялся по крутому склону выложенной бетонными плитами насыпи и с облегчением вытер пот с лица, оказавшись наверху.

Прятавшиеся от пронизывающего до костей ветерка за блокпостом охранники не обратили на меня никакого внимания, а вот стоявший у алюминиевых фляг с питьевой водой парень в короткой кожанке приветливо махнул рукой.

— Здорово, Олег, — подошел я к нему.

— Давненько не появлялся.

— Дорогая у вас водица.

— Так зато и лучше, чем у этих. — Олег презрительно мотнул головой в сторону мелькомбината. — Там не родник, а помойка.

— Ой, вот не надо только, — усмехнулся я. — Стас сказал, вы нам сто пятьдесят литров задолжали.

— Все сразу заберешь?

— Не, частями.

— Вася! — Парень окликнул курившего с охранниками мужика лет сорока и указал на пустые пятилитровки. — Обслужи клиента!

— Ща, папиросу добью, — вальяжно откликнулся Василий.

— Время есть, — остановил я Олега, уже собравшегося устроить подчиненному разнос, и спросил: — Слышал, на ваших наехали пару месяцев назад…

— В смысле?

— Ну, вроде двоих положили, когда они от Старика возвращались?

— А! — припомнил Олег и, отвернувшись, уставился на заводь. — Было дело. А что?

Я встал рядом и проследил за его взглядом. Ничего интересного. Густые кусты на крутом берегу с одной стороны и заросшее камышами болото — с другой. Подернутое рябью зеркало широко разлившейся реки, стройная стена соснового бора и развалины жилых домов не так давно отстроенного микрорайона.

— Да меня тут чуток грабанули. Только из «Грота» вышел, и отоварили сразу.

— Пойдем отойдем, — потянул меня парень к мосту. Оглядевшись по сторонам, он перегнулся через ограждение и харкнул в абсолютно прозрачную воду. — Тех нарков мы нашли и собакам скормили. Так что это не они.

— Насчет наводчика не пытали? — поинтересовался я.

— Нет. Не особо. Со Стариком связываться не захотели. Слишком связи у него серьезные.

— Понятно.

— Будешь искать?

— Не решил еще, — пожал я плечами. — Если честно, не до того пока.

— Вот и нам не до того было. От собак совсем никакого житья не стало. Плодятся со страшной скоростью. В лес уже зайти невозможно.

— Готово! — крикнул наполнявший пятилитровки Василий и, оставив плавать черпак в открытой фляге, пошел обратно к охранникам.

Я незамедлительно «снял пробу», удовлетворенно крякнул и, закрутив крышку, протянул на прощанье руку Олегу:

— Ладно, бежать пора.

— Бывай, — ответил тот на рукопожатие. — Двадцать литров вам на счет запишем.

— Лады.

 

Тащить наполненные пятилитровки оказалось не в пример тяжелей пустых. Пластиковые ручки до боли врезались в ладони, да и последствия вчерашнего злоупотребления алкоголем не позволяли расслабиться и наслаждаться жизнью. Примерно на полпути я не выдержал, опустил бутыли на землю и с облегчением перевел дух. Какое-то время постоял, запрокинув голову к небу, потом обратил внимание на наползавшие с юго-востока облака и засобирался дальше.

Все, кончилось прояснение. Через пару часов опять тучами все затянет. Ну да оно и к лучшему. И спокойней так, и у федералов возможностей отреагировать на расстрел туристов существенно поубавится.

Приободрившись, я поволок бутыли с водой дальше, добрался до запертой двери и несколько минут остервенело пинал ее, пытаясь достучаться до Стаса.

— За харчами сразу пойдешь? Или позавтракаешь сначала? — Широко зевнув, парень вернул мне наган и незамедлительно присосался к пятилитровке.

Я принюхался к доносившимся с кухни ароматам и неожиданно для себя ощутил аппетит.

— Гречка?

— Гречка, — подтвердил Стас и, заехав на кухню, подкатил инвалидное кресло к кирпичной печи, накрытой сверху толстой чугунной плитой. — Так будешь, нет?

— Буду.

— Мне не оставляй, — предупредил парень. — Позавтракал уже.

Я достал из прибитой к стене дюбелями сушилки чистую тарелку, взял ложку и принялся накладывать из стоявшей на печи кастрюли кашу. Позади чугунной плиты оставалась широкая щель, но большая часть дыма уходила в подвешенную чуть выше жестяную вытяжку, соединенную с вентиляционным колодцем с помощью гофры, в нескольких местах заклеенной самым обычным скотчем.

На крайний случай у нас имелась двухконфорочная «Мечта», но электричества едва хватало на скудное освещение, а вот с дровами проблем пока не возникало.

— Ну как? — спросил явно не просто так оставшийся на кухне Стас.

— Вкусно.

— Не пересолил?

— В самый раз. — Я в два счета умел кашу и повернулся к приятелю: — Давай, колись уже, чего опять задумал.

— Да ничего я не задумал! — возмутился парень. — О чем ты вообще?

— Так я пошел?

— Иди. Только, как вернешься, загляни в двадцать пятую, посмотри станки.

— Слушай, не начинай ты опять! — закатил я глаза. — Зачем тебе эта рухлядь?

— Да хоть и рухлядь! Задрало меня уже металл в кустарных условиях обрабатывать!

— Они ж не под то заточены!

— Это у тебя руки не под то заточены! — резонно возразил Стас. — Мне виднее, наверное, или нет?

— А электричество где возьмешь? Представляешь, сколько те станки жрут?

— Сам с Шиловым договорюсь. Даже если отдельный кабель кинут, все равно в выигрыше останемся.

— Ладно, загляну, — сдался я. — Доволен?

— Прямо сейчас? — будто клещ, вцепился в меня Стас и откинул с лица длинные лохмы давно не стриженных волос.

— Нет, после рынка, — буркнул я и пошел к себе в комнату. — Ты не хочешь подстричься? Зарос, как не знаю кто.

— О, кстати! — прищелкнул пальцами парень. — Я машинку починил. Обкорнаешь сегодня?

— Да не вопрос. Вечером подстригу.

— Договорились. — Стас остановил инвалидное кресло на пороге моей комнаты и спросил: — Денег сколько с собой возьмешь?

— У нас как, совсем шаром покати?

— Ну, типа того.

— Тогда тысяч пять надо брать, — прикинул я и, опустившись на колени, сунул наган в тайник. Главное, только не забыть потом его в пакет убрать. А то заржавеет.

— Не до фига ли? — удивился парень и протянул мне какую-то бумажку. — Я список накидал, трех тысяч за глаза хватить должно.

— Чего-нибудь консервированного дополнительно возьму, — просматривая сделанные карандашом почеркушки, пояснил я. — Надо уже на зиму запасы готовить.

— Держи. — Надорвав упаковку, Стас на глазок выдернул из пачки половину банкнот и протянул мне. — Точно не много?

— Нет. — Я спрятал деньги в карман, сунул в петлю уже отчищенную от крови лингера арматурину и попросил: — Закрой за мной.

— На войну собрался?

— Мало ли. Вдруг на Круглого нарвусь.

— И?

— Что — и? Башку ему проломлю.

— Серьезно?

— Нет, блин, шутки шучу.

— Если тебя грохнут — это будет не очень здорово, — предупредил Стас.

— Да не буду я сам нарываться. Просто один из его корешей на меня сильно нагретый. Надо подстраховаться.

— Поосторожней там.

— Само собой.

 

Идти до Дневного базара было недалеко. Прогулочным шагом по дворам, потом рысцой через Братьев — и уже почти на месте. Рынок располагался тут и раньше, но тогда по его ограде не тянулись витки колючей проволоки, въезд не блокировали бетонные блоки, да и сторожевых вышек не наблюдалось. Об автоматчиках-караульных и вовсе молчу. Не было в них необходимости раньше. А теперь есть.

Базар, кстати, получил название «Дневной» вовсе неспроста. Контролировавшие его жулики предпочитали не рисковать и под вечер выгоняли всех торговцев вместе с товарами за ворота. Поэтому и проблем не знали: ну кому придет в голову устраивать налет на неплохо защищенную точку, где и взять-то нечего? Продавцы, правда, были недовольны, но на их жалобы никто внимания не обращал.

Настороженно поглядывая по сторонам, я прошел в ворота, у которых кучковались пятеро охранников с дробовиками и автоматами, и неторопливо зашагал вдоль торговых рядов. Приценился к кильке в томатном соусе, забраковал просроченную тушенку и уже собрался прикупить несколько банок сгущенного молока, когда из соседнего бокса меня окликнул шапочно знакомый торговец.

— Володя, здравствуй! — гостеприимно распахнул дверь уроженец очень Средней Азии, приглашая внутрь. — Разговор есть.

— Что такое? — поинтересовался я, заходя в бокс, в углу которого стояла одна-единственная коробка с пищевым концентратом.

— Как дела? — улыбнулся торгаш, ничего не ответив по существу. — Чай будешь?

— Дела как сажа бела, — улыбнулся я, припомнив старую присказку, и с завистью глянул на распечатанный блок сигарет, лежавший на раскладном столике. — Но ты же меня не чай пить позвал?

— Посуда нужна.

— Какая? — не на шутку удивился я.

— Ну, — замялся торговец. — Обычная посуда. Только железная. Кастрюли, сковороды. Ну, ты знаешь…

— Сколько?

— А сколько принесешь. Заказ есть.

— Точно возьмешь?

— Точно-точно. Только обязательно на этой неделе приходи.

— Договорились, — кивнул я и вышел за дверь.

Иногда торговавшие с «большой землей» деятели и в самом деле забивали идущий отсюда порожняком транспорт всяким барахлом, рассчитывая впарить его обустраивавшимся на новом месте переселенцам или сдать для дальнейшей перепродажи скупщикам. Некоторые помоишники только тем и кормились, а вот мне лазить по чужим квартирам особого удовольствия не доставляло. Да только голод не тетка, в самом-то деле…

Приглядываясь к товарам, я зашагал вдоль рядов и вдруг заметил неторопливо бредущего навстречу Жору Суворова.

— Привет!

— Ух, ты! Живой! — удивился парень.

— А не должен? — насторожился я.

— Так ты же с Храмовым был! — пояснил Жора свои слова.

— Тише ты, — шикнув на него, заозирался я. — Никому об этом. Лады?

— Хорошо, — пообещал Суворов и немедленно уточнил: — Проблемы?

— Шилов не одобрит, а мне лишние заморочки ни к чему.

— Понятно. А я Храмова с утра видел. Он сказал, что звери всех положили. Насвистел, выходит.

— Не насвистел, — покачал я головой. — Мне просто сдернуть повезло. Сам Юра как?

— Пять пуль словил, но бронежилет спас. Он у него какой-то навороченный был.

— Слушай, а не знаешь, где Храмов сейчас? Поговорить с ним надо.

— Да его пару часов назад увезли, — разочаровал меня Жора.

— Кто?!

— Ребята из «окон».

— Так вот он на кого работал! — сообразил я.

Террористическая группировка «Охрана коренного населения» — сокращенно ОКНА — действовала в основном там, где у местных возникали проблемы с переселенцами. А поскольку проблемы возникали едва ли не везде, куда этих самых переселенцев завозили, в «пятна» радикалы обычно не совались. У них и без того «работы» хватало.

— Не знал, что ли? — удивился Суворов.

— Не-а.

— Да он уже давненько с ними дела ведет.

— Проехали, — махнул я рукой и понизил голос: — Кстати, у вас не слишком часто клиентов в последнее время бомбить стали?

— Чего? — опешил Жора и лихорадочно окинул взглядом торговые ряды. Убедился, что никто не проявляет к нам излишнего интереса и спросил: — Ты о чем вообще?

— От вас люди с деньгами выходят, а их уже нарки ждут. Нарков время от времени отлавливают и кончают, но потом все начинается по новой. Так?

— Откуда ты это взял? — нахмурился Суворов, но сомневаться в том, что мои слова угодили точно в цель, не приходилось.

— Поговорил с людьми после вчерашнего, — ухмыльнулся я.

— И к чему ты ведешь? — напрягся Жора.

— Пошли отойдем.

Из соседнего бокса настороженно выглянул продавец, и мы зашагали прочь от его тощих мешков с картошкой и пластиковых ведер с яблоками.

— Ну? — первым не выдержал Суворов.

— Хочешь наводчика за жабры взять? — поинтересовался я.

— Да! — вырвалось у парня, но он тут же взял себя в руки. — А ты откуда о наводчике знаешь?

— Пообщался, говорю, вчера с людьми. А то, что грабят только денежных клиентов, так это и ежу понятно.

— Просто пообщался? — уточнил Жора.

— Просто. Даже пальцем никого не тронул. Так, глаз пообещал выколоть, но это не в счет.

— Вчера в «овощном»? — сообразил Суворов.

— Ну да.

— Ладно, а тебе какой в этом интерес?

— Ты мне, я тебе. Сочтемся. Да и подставила меня эта гнида конкретно.

— Кто именно подставил, знаешь?

— Зайцев.

— Серега? — опешил Суворов. — Да ты гонишь!

— Оно мне надо? — фыркнул я. — Ты сам посуди: про мой «сахар» знали только Зайцев, кладовщик и сам Старик!

— А почему не кладовщик?

— Потому что мне на Зайцева указали.

— Не аргумент. — Жора уставился на подернутое пеленой облаков небо, какое-то время помолчал, а потом скривился, будто надкусил лимон. — Если я с этим приду к Старику, он меня пошлет куда подальше. Зайцев у него на хорошем счету.

— Твои проблемы, — не сдержавшись, хохотнул я. — Пусть теперь у тебя голова болит.

— Задница! — выругался Жора и вдруг с каким-то нехорошим интересом посмотрел на меня. — Ты ведь мне друг?

— Не прокатит, — сразу отказался я. — Подставным не буду. Чтоб мне голову проломили? На фиг, на фиг.

— Ну, тогда пошли хоть до Сереги дойдем, — предложил Суворов. — Если че, я отвернусь, а ты ему по почкам настучишь.

— Заманчиво, конечно, но нет. Дел полно. Мне еще ремонтом сегодня заниматься.

— Хорош! Он в общагах живет. Пошли, тут недалеко.

— Ладно, черт с тобой, — нехотя согласился я. — Но тогда ты потом к нам со Стасом зайдешь. Там кой-чего подлатать надо, мне одному не управиться.

— Базара нет, — обрадовался Жора. — Просто сам я Зайцева и пальцем тронуть не могу, а ты только замахнешься, и он сразу в штаны наложит.

— Надеюсь, ты меня не подставишь? Мне еще со Стариком проблем не хватало.

— Да ну ты брось, — потащил меня Суворов к выходу с рынка. — Ты его не покалечь только. И не убей. А то обоим хана.

— Постараюсь.

— Уж постарайся, да.

 

Нужная нам общага и в самом деле оказалась буквально в двух шагах. Стоило пройти через спортивную площадку перед безлюдным сегодня хозблоком, как мы сразу уперлись в ее крыльцо.

— Ну и куда нам? — перешагивая через выломанную дверь, спросил я у Жоры.

— Сюда, — позвал меня окинувший вестибюль внимательным взглядом парень и распахнул перегораживавшую боковой проход решетчатую дверь. — Тут раньше профилакторий был, а Зайцев в студенческие годы как раз в этой общаге жил.

— Погоди, — остановил я приятеля, уловив смутно знакомый запах. — Ничего не чувствуешь?

— Травку курят? — шмыгнул носом Жора.

— Нет, но что-то из этой оперы. — Я задумался и положил ладонь на рукоять ножа. — Ты пустой?

— Зачем пустой? — Суворов вытащил из кармана ТТ, передернул затвор и, спрятав пистолет обратно, решительно зашагал по коридору. — Идем.

Я поспешил следом, принюхиваясь к постепенно усиливавшемуся запаху. Еще и дымом потянуло. И смех доносится.

— Ты уверен, что Зайцев в этом гадюшнике живет? — засомневался я, глядя на забрызгавшие стену и пол потеки рвоты. А еще тут валялись одноразовые шприцы, пустые бутыльки из-под лекарств и блистеры с выщелкнутыми таблетками. — Какой-то, блин, притон…

— Я когда последний раз сюда заходил, тут прилично было, — пробормотал не меньше меня удивленный увиденным Жора. — Ладно, сейчас разберемся.

Суворов заглянул в одну из распахнутых дверей, хмыкнул и решительно прошел в комнату. Причина столь странной реакции оказалась донельзя проста: на разведенном в помещении костре кашеварили три каких-то порядком запущенных типа. Кашеварили они в буквальном смысле этого слова: двое торчков обдирали с кустов конопли листья, третий деревянной ложкой помешивал готовившуюся на чугунной сковороде «жареху». Курить местную коноплю и в самом деле не было никакого смысла, а вот в таком виде она давала по мозгам весьма и весьма.

— Че надо? — кинул на пол вырванный с корнем куст конопли парень в грязном пуховике и хлебнул из полуторалитровой пластиковой бутылки воды.

— Зайцев где? — с рассеянным видом изучая обстановку, спросил Суворов.

— Нах валите, — ответил невежливый парнишка и вновь присосался к полторашке.

Жора молча шагнул к нему и со всех сил сжал в своей ручище пластиковую бутыль. Из носа парня в тот же миг хлынули струи воды, и, закашлявшись, он скатился с кушетки на грязный пол.

Обрывавший листья торчок нашарил валявшуюся меж голых стеблей конопли финку, но я немедленно наступил на лезвие ножа и отвесил ему крепкую затрещину. У нарка аж зубы клацнули.

— Даже не думай, — мрачно глянул Жора на третьего кашевара, и тот отвернулся к сковороде.

— Ты чего? — прохрипел откашлявшийся наконец заводила и подхватил оброненную бутыль, из которой тугими толчками на пол вытекала вода. — Чего ты?!

— Зайцев где? — повторил вопрос Суворов, демонстративно отведя ногу для пинка.

— Там, там он! — замахал рукой вмиг растерявший весь свой гонор паренек.

— Присмотри за ними, — попросил Жора и ушел в соседнюю комнату. — Мать! — послышался его раздраженный возглас миг спустя; а потом Суворов выглянул обратно и уставился на парня в пуховике. — Чем он убился?

— Ж-жарехой, — заикаясь, промямлил тот. — Четыре весла закинул.

— И с четырех ложек его так умотало? — не поверил Жора.

— Ну да…

— Мать! — вновь выругался Суворов и снова скрылся за дверью.

Вернулся он оттуда уже не один. Подхватив под руки едва переставляющего ноги Сергея Зайцева, Жора обвел тяжелым взглядом затихших парней, но ничего говорить не стал и поволок сослуживца на выход. Я вышел следом и только тогда убрал ладонь с рукояти ножа.

Сходили поговорить, называется. А если б тут шобла побольше околачивалась?

— Поможешь дотащить? — вывалившись на крыльцо общежития, спросил Суворов.

— Давай сам, — отказался я. — Ты у нас товарищ физически развитый, а мне на рынок идти надо.

— Хорош уже! — едва удерживая Зайцева на ногах, возмутился Жора. — Помогай!

— Да не хочу я у Старика светиться.

— Блин, я потом с тобой на рынок схожу, не проблема!

— Ладно, давай.

Я подхватил безвольно уронившего голову на грудь Зайцева под руку, и мы с Жарой аккуратно спустили его с крыльца.

— Нарк хренов, — тяжело дыша, пробурчал Суворов. — И хватило ведь ума с уродами какими-то связаться!

— И что с ним теперь делать будете?

— Запрем в «Гроте», пока со всей этой гадости не соскочит.

— Думаешь, он захочет? — засомневался я. — Наверняка ведь никто его не подсаживал, самому кайфа захотелось. Мол, жизнь дерьмо, надо хоть оторваться напоследок, и все такое.

— Ничего, Старик ему быстро мозги вправит. Есть у него специалисты по профилю.

— Костоломы?

— Медики. А вообще можно и по почкам надавать…

 

Пока дотащили Зайцева до «Грота» — чуть не надорвался. Десять раз пожалеть успел, что на это дело подписался. Но кто ж знал, что в этом гаде столько весу?! По виду и не скажешь сроду.

— Открывайте! — рявкнул взмокший не менее моего Суворов, когда мы спустились по лестнице и заколотили в запертую дверь.

Караульные без лишних вопросов запустили нас в подвал и помогли дотащить окончательно отключившегося парня до дивана.

— Чего это с ним? — удивился Макс. — Вы его били, что ли?

— Нет, — мотнул головой Жора. — Хотя и стоило бы. Старик у себя?

— Он занят пока, — шмыгнул носом Шурик. — К нему Шилов приперся.

— Принесла нелегкая, — поморщился Суворов и остановил выскочившего из кладовки паренька в потертой куртке: — Так, Тема, ты чего там делал? Чего тащишь?

— Задание у меня, — не стушевался тот и закинул на плечо ремень спортивной сумки. — От самого. Понял?

— Андрей предупреждал, все в порядке, — подтвердил слова незнакомого мне парня Макс.

— Вали. — Суворов вернулся к дивану, на котором валялся Зайцев, и посмотрел на часы. — Не в курсе, Шилов надолго там завис?

— Идут вроде, — поднялся из кресла Макс, заслышав, как в приемной хлопнула дверь.

И в самом деле, Шилов в сопровождении трех крепкого сложения мужиков появился буквально через пару минут. И что характерно, все его быки были с оружием. Пусть они дожидались босса в приемной, но все же…

— Володя, ты здесь? Это хорошо, разговор есть, — обрадовался Шилов, заметив меня. — На ловца, как говорится, и зверь бежит…

— Слушаю вас, Борис Петрович, — обреченно вздохнул я. Если стало известно о моем участии в афере Храмова, разговор выйдет не из легких. Разговор? Если бы… — Жора, я тогда сам на рынок схожу.

— Лады, — кивнул Суворов. — Завтра к вам забегу.

Я вслед за Шиловым поднялся из «Грота» на улицу, но первым начинать разговор не стал. На ловца и зверь? Как-то оно в известном контексте нехорошо прозвучало.

— Ты, Володя, занят сегодня? — неожиданно спросил Борис Петрович.

— Мне б продуктов купить, а так — не особо, — честно сознался я.

— Что-то особенное покупать собрался?

— Да нет. Стас список накидал, а то совсем шаром покати…

— Он дома сейчас?

— Да.

— Продукты ему принести?

— Не понял? — забеспокоился я.

— Дело есть, — пояснил Шилов и не замедлил меня добить: — Есть желание зверям задницу надрать?

— Всегда за, — не очень, впрочем, уверенно ответил я и уточнил: — А что за тема?

— Да они совсем страх потеряли. — Лицо Бориса Петровича на миг перекосила злобная гримаса, и мне стало не по себе. — Надо их проучить. Пошли, по пути поговорим.

Мы зашагали вдоль дороги и рассеянно поглядывавший на заброшенные дома Шилов неожиданно зло повторил:

— Совсем эти твари страх потеряли…

— Вы уже говорили…

— Наших парней постреляли. Старику дорогу перешли. На чужую территорию лезут постоянно. Нельзя им такое с рук спускать.

— Это точно, — кивнул я.

— Вот мы с Сергеем Даниловичем и решили им кровушки пустить. Он деньгами и оружием помогает, мы людей выставляем. И ты знаешь — я сразу о тебе подумал. Как насчет поучаствовать?

— А что именно намечается? — В другое время я бы и сам добровольцем вызвался, потому как пострелять зверей за чужой счет — это просто праздник какой-то, но сейчас слишком много непонятного вокруг твориться начало. — Где, когда?

— Старику кто-то шепнул на ушко, что банда, которая к нам вчера наведалась, в бассейне обосновалась.

— В «Строителе»? — поморщился я. Соваться в тот район было чистой воды самоубийством. Чужая территория. Даже если погром и устроим, сбежать точно не получится.

— Нет, в бывшем «Металлурге».

— Он ведь на другом берегу?

— А вот это самое интересное, — ухмыльнулся Шилов. — Там понтонная переправа наведена. Зайдем, вырежем всех, а после переправу взорвем.

— Вырежем всех?

— Всех, — кивнул Борис Петрович. — Старик на этом особо настаивал. Говорит, если попробуем выкуп за пленных взять, уважать не будут.

— Логично, — кивнул я, неожиданно сообразив, что отказаться от предложения нет никакой возможности.

И не в том даже дело, что Шилов не желает своих людей под пули подставлять и чужими руками жар загрести планирует, а я, как ни крути, его должник. Нет, просто где-то там сейчас находится Алиса. И у меня будет неплохой шанс ее отыскать.

Навязчивая мысль занозой засела в мозгу, и избавиться от нее оказалось практически невозможно. Я даже подивился тому, как еще не решился отправиться на поиски девушки в одиночку.

Здоровый пофигизм спас? Не иначе.

— Ты с нами? — уточнил Борис Петрович, как будто не был уверен в этом с самого начала.

— Что с оплатой?

— Три тысячи федьками на руки.

— Маловато будет, — поморщился я, решив выбить надбавку. Все же не мальчик на побегушках, которому только свистни — и он по стойке смирно встанет. Хоть какую-то иллюзию независимости надо сохранить.

— Тогда продукты за наш счет, — как должное, воспринял мою попытку набить себе цену Шилов, наверняка уже успевший запустить руку в карман Старика. — Будь у тебя собственное оружие, и больше бы заплатил. А так — не взыщи…

— Вот список, чего купить надо, — протянул я ему исписанный Стасом листок. — Ствол какой дадите?

— АКСУ устроит?

— Вполне. Когда выходим?

— Сейчас парни соберутся — и пойдете. К вечеру на месте должны быть.

— Старший кто?

— Кирилл, — указал Шилов на шагавшего от него по правую руку высокого мужчину с испещренным мелкими шрамами лицом.

— Понятно. И какой план?

 

 

План оказался простой: прийти тихо, убить быстро. И возможностей для его воплощения в жизнь имелось предостаточно. Два десятка вооруженных до зубов и битых жизнью людей — сила немалая даже по меркам нормального города. И пусть в «сферах» и бронежилетах с разгрузками, топорщившимися от запасных рожков и ручных гранат, была только полудюжина штатных бойцов Шилова, а привлеченных со стороны стрелков снарядили попроще, в предстоящем деле это особой роли не играло. Весь план строился на внезапности нападения, не оставлявшей противнику никаких шансов открыть ответный огонь.

А если ввяжемся в затяжной бой, никакие бронежилеты уже не помогут. Слишком большой численный перевес у зверей будет.

— Главное — снять часовых, — напомнил Кирилл, когда вечером мы собрались в подъезде жилого дома неподалеку от набережной. — Незаметно к переправе подобраться не получится — она начинается сразу за автостоянкой, и все прилегающее пространство полностью просматривается из будки охраны.

— В соседних домах точно наблюдателей нет? — уточнил я. — Не могли их там разместить?

— Только не звери, только не на ночь и только не в этом районе. Запрутся у себя и носа наружу не высунут. Но если часовые на стоянке откроют стрельбу, нам на тот берег уже не перейти. Поэтому — никакого геройства! Сначала работают снайперы, потом выдвигаются остальные. Все ясно?

Я поправил ремень свисавшего с плеча АКС-74УБ и вздохнул, глянув на бронежилет одного из бойцов Шилова. Да и каска бы тоже не помешала. А то дали укорот с глушителем — и иди воюй. Ладно хоть патронов не пожалели.

— Вы, — Кирилл обернулся к снайперам, — со вторыми номерами занимаете позиции на верхних этажах и уничтожаете часовых. Сначала на этом берегу, затем на том. После прикрываете нас.

Четверо парней начали подниматься на верхние этажи; остальные, разделившись на две команды, выдвинулись к автостоянке. Стараясь держаться поближе к командиру, я перескочил через дорогу и залег в кустах под разросшимися на берегу реки деревьями. Окончательно стемнеть еще не успело, поэтому никакой надобности в неработающих из-за помех приборах ночного видения не возникло. А вот как там дальше будет…

— Машин нет, — с досадой прошептал я, заметив лишь пару раскуроченных грузовых «газелей» за увитым колючей проволокой сетчатым забором.

— А их тут и не должно быть, — усмехнулся Кирилл, разглядывая в бинокль слегка подсвеченное трепетавшим внутри огонечком свечи окно караулки. — Переправа легковушки выдержит, а на том берегу еще одна стоянка и боксы.

— Плохо дело, вторая караулка бетонными плитами обложена, — сообщил неприятное известие подползший к нам боец. — Снайперы всех не снимут.

— Рванем через переправу, — предложил я. — Несколько человек останется у блокпоста, остальные зачистку здания начнут.

— Не выйдет. — Кирилл оторвался от бинокля и переполз немного в сторону. — Ворота на той стороне тоже колючкой увиты. Плюс сигнализация.

— Сигнализация? — удивился боец. — Так не работает же электроника?

— Защита от дураков, — пояснил командир. — Они шнуры вдоль ограды и ворот протянули; заденешь — в караулке груз на металлический лист упадет.

— Фигово.

— И как действовать будем? — поинтересовался я.

— Ворота не трогаем, кусачками проделываем в ограде дыру, а дальше — как ты предложил. Не успеют дернуться. Если только случайно заметят.

— Вряд ли, — поправил разгрузку боец. — На том берегу звери точно дрыхнут. Непуганые они тут.

В этот момент послышался негромкий металлический стук, и железные листы караульной будки задрожали от частых попаданий выпущенных снайперами пуль: бам-бам-бам!

— Пошли! — тут же вскочил с земли Кирилл и с кусачками в руках подбежал к сооруженной из сетки-рабицы ограде. Стараясь не зацепить ни колючей проволоки, ни двух шнуров импровизированной сигнализации, он принялся проделывать в ограждении дыру и предупредил: — Я сам! Не трогайте!

Вскоре к нам подтянулись остальные бойцы, но расширивший отверстие до нужных размеров командир хлопнул по плечу именно меня:

— Вперед!

Ну а кто бы сомневался, собственно? Не за красивые глаза в дело взяли…

Повалившись животом на влажную землю, я ужом проскользнул под сеткой и бросился к караулке. Укрылся за уходившей наверх лестницей и взял на прицел дверь, не решаясь двинуться дальше.

— Не лезь, — предупредил нагнавший меня парень в бронежилете и каске.

В один миг он взбежал по ступенькам, дождался напарника и рывком распахнул дверь будки. До меня донеслись три приглушенных хлопка контрольных выстрелов, а потом бойцы Шилова скатились по лестнице обратно во двор и перебежали к грузовой «газели», за которой толпились остальные парни.

— Слава, Олег, Никита, — начал раздавать указания Кирилл, — на вас блокпост. Снайперы прикроют, но лишний раз не рискуйте, просто закидайте гранатами. И действуйте только после того, как мы штурм начнем. Федя, — обернулся он к тому самому бойцу, который лежал рядом с нами в кустах, — бери пять человек и дуй к дальнему входу. Я возьму на себя ближний. Не получится открыть дверь — взрывайте, но только после нас. Все ясно?

— Со стороны дороги заходить не будем? — уточнил Федор.

— Нет. Вроде там все входы заблокированы.

— Готово! — отодвинулся от проделанной в сетке-рабице дыры боец с кусачками.

— Федя, вы первые, — скомандовал Кирилл.

— С нами пойдешь, — подтолкнул меня к переправе парень. — Ходу!

И вновь никаких сомнений в том, кого зашлют первым, не было изначально. Ладно, постараюсь пулю не поймать. Не хотелось бы. Еще Алису искать…

— Держи, — сунул мне кусачки Кирилл. — Смотри, шнуры не задень.

Я кивнул, пролез в прореху и, стараясь ступать как можно мягче, поспешил на другую сторону переправы. Внизу тихо плескалась вода, впереди темнели бетонные стены блокпоста, и от ожидания пулеметной очереди заныло в груди.

Если заметят — мне конец. Тут ведь даже в воду не спрыгнуть! Уж лучше пулю…

Опустившись на колени у загораживавшей проход сетки, я внимательно изучил тянувшийся на уровне колен шнур и начал осторожно, стараясь не раскачивать ворота, проделывать в заграждении дыру. Руки дрожали от волнения, кусачки с трудом справлялись с толстой проволокой, но все же отверстие постепенно увеличивалось. И увеличивалось оно не так уж и медленно.

Неудобно, правда, жутко, да только жить захочешь, еще не так раскорячишься.

Кое-как расширив прореху в сетчатых воротах, я отложил кусачки и замахал руками, привлекая внимание командира. Заметивший условный знак Кирилл дал команду выступать, и по настилу переправы застучали подошвы армейских ботинок рванувших ко мне парней.

Подхватив автомат, я первым пролез в дыру и поспешил укрыться в тени блокпоста. И, если начистоту, спрятаться в первую очередь мне хотелось даже не от караульных, а от Кирилла. Негры храпят так, что и на улице слышно, а вот командир запросто какое-нибудь новое задание выдумать может. Оно мне надо?

— Пошли, пошли! — зашипел на меня пробегавший мимо Федор, и мы рванули через пустую автомобильную стоянку, прикрытую от реки каким-то обделанным бело-синим сайдингом строением.

— Машины! — обрадовался я, заметив пару стоявших поодаль внедорожников.

— Потом, — отмахнулся командир группы. — Да не сюда! Нам дальше!

Изрядно запыхавшись, мы подбежали к нужному входу в бассейн, следом подтянулись остальные бойцы, и Федор осторожно потянул на себя ручку.

Заперто!

— Взрываем? — уточнил кто-то из парней.

— Нашумим, — покачал головой Федор и повернулся ко мне: — Пролезешь?

Я оценивающе глянул на заложенные кирпичом оконные проемы, лишь у самого верха скалившиеся разбитыми стеклами, и попросил:

— Подсадите!

Упер ботинок в сцепленные ладони, повыдергивал из рамы торчавшие в ней осколки и осторожно, стараясь не порезаться, забрался внутрь. Едва не сорвавшись, слез на подоконник и обвел темень холла глушителем автомата.

Вроде никого. Только воняет — сил нет. Похоже, звери в гардеробе импровизированный туалет устроили. Поэтому и стекла выбили, чтоб от собственной вони глаза не полопались. А значит, надо пошевеливаться, пока нелегкая никого облегчиться не принесла.

Спрыгнув на пол, я на мгновенье замер на месте, вслушиваясь в тишину, и лишь потом подбежал ко входной двери. Отодвинул в сторону плотно засевший в ржавых петлях засов и впустил дожидавшихся меня снаружи бойцов.

— Все спокойно? — первым проскользнул к гардеробу Федор.

— Да, — ответил я, и тут с улицы донесся приглушенный хлопок взрыва. А следом — еще один.

— Пошли!

Мы метнулись через вестибюль, а когда в дверном проеме мелькнул чей-то едва различимый силуэт, я, не задумываясь, потянул спусковой крючок. Автомат выплюнул короткую очередь, и скорчившийся в три погибели человек повалился на пол.

Федор добил негра одиночным выстрелом в голову, а бежавший за ним боец поспешил закинуть РГД-5 в комнату, из которой на свою беду выскочил бандит. Громыхнул взрыв, двое парней заскочили внутрь и открыли стрельбу из автоматов.

Оставив их зачищать помещение, командир группы метнулся дальше по коридору, но тут же спрятался обратно за угол, когда навстречу ему загрохотали беспорядочные выстрелы. Прижавшись спиной к стене, он метнул туда осколочную гранату, а стоило по зданию прокатиться эху взрыва, перекатом заскочил в распахнутую настежь дверь туалета.

Вдвоем мы принялись поливать свинцом дальний конец коридора, и ответная стрельба постепенно сошла на нет. Выгадав момент, я рванул за угол и сразу же юркнул в отделенный от коридора тонюсенькой перегородкой спортивный зал. Только присел за каким-то тренажером — и на голову посыпалось рассаженное прошедшей слишком высоко очередью стекло.

Чувствуя странный азарт, я вслепую выпустил из разбитого окна тренажерного зала остаток рожка, перезарядил укорот и приготовился поддержать огнем парней, но тут в коридоре взорвалась еще одна граната. Грохот автоматных очередей окончательно стих, и его сменили частые хлопки почти бесшумных выстрелов да звон падавших на бетонный пол гильз.

— Контролируй вход! — крикнул мне пропустивший вперед подчиненных Федор и, проскальзывая на усыпавшем пол стеклянном крошеве, побежал догонять бойцов.

Я с автоматом на изготовку метнулся обратно в вестибюль и, спрятавшись за стойкой администратора, взял на прицел светлый прямоугольник входной двери.

Вытер вспотевшее от волнения лицо, вспомнил про Алису и едва удержался от стона. Облажался! Ну почему я про нее Кириллу не рассказал? Почему?!

Хотя… что бы это изменило?

Стал бы кто-нибудь смотреть, негр в темноте затаился или девчонка? Да прям! Сначала гранату, потом из автоматов, а там уже и в комнату зайти можно. Зачистка, мать ее.

Вот только если Алису подстрелят, себе этого простить не смогу.

Надо было что-нибудь придумать!

— Эй, боец! — окликнул меня из-за угла Федор. — Не стреляй, это мы!

— Понял. Проходите, — опустил я автомат. — Как у вас?

— Порядок. С этой стороны всех зачистили.

— Надо бы нашим сигнал подать, а то пальнут еще, — забеспокоился я, когда командир прошел мимо меня к гардеробу.

— Не проблема.

Федор достал обычный свисток и, осторожно выглянув на улицу, издал несколько трелей. Прислушался и снова засвистел. Немного погодя где-то неподалеку прозвучал ответный прерывистый свист, и парень с облегчением перевел дух.

— Сивый, Ваха, соберите оружие, — распорядился он, — мы во двор. Расслабьтесь, там тоже порядок.

На улице нас уже дожидалась зачистившая свою часть помещений группа Кирилла. Парни деловито стаскивали в одну кучу автоматы, гладкоствольные ружья, запасные магазины и цинки с патронами. Я глянул на всю эту суету и понял, что Шилову удалось нагреться на этом деле дважды. И со Старика денег срубил, и на трофеях неплохо заработает.

— Как вы? — сразу же спросил Кирилл у подбежавшего к нему Федора.

— Без потерь.

— У нас один легкий. А зверей сколько было?

— Пятеро.

— И у нас шестеро. Плюс двое в караулке на том берегу и трое на этом.

— Шестнадцать человек? Немного для такой базы.

— Вот и я о том же.

— Уходить надо. Как бы не перехватили по дороге.

— Сейчас. — Кирилл подошел ко входу в бассейн и, повысив голос, распорядился: — Тащите его сюда!

— Что случилось-то? — тихонько поинтересовался я у Федора, едва сдерживая нервную дрожь. Как на иголках, блин, весь…

— Не знаю, — нахмурился тот и толкнул меня в плечо: — Ты чего вперед рванул? Жить надоело? Ты ж без броника!

— Да не знаю даже. В азарте…

— Не делай так больше!

Тут двое парней выволокли из бассейна мычащего от боли негра с замотанными окровавленными тряпками ногами и бросили его на асфальт. Ага, понятно: допросить решили.

Один из бойцов присел рядом с подвывавшим бандитом и, легонько кольнув его ножом, начал задавать вопросы. Несколько минут он пытался разговорить пленника, в конце концов добился от подранка нескольких отрывистых фраз и выжидающе посмотрел на командира.

— Кончай его, — распорядился Кирилл.

Боец без малейших колебаний перерезал негру горло и поспешил отступить от начавшей растекаться по асфальту крови.

— Ну и что он сказал? — поинтересовался Федор, расстегнув ремень каски.

— Тут еще два десятка зверей было, но они с утра в центр выдвинулись.

— Вот это больше на правду похоже, — сплюнул под ноги Кирилл.

— Зачем им в центр, он не сказал? — воспользовавшись ситуацией, спросил я.

— Про девку какую-то толковал, но толком ничего разобрать не получилось.

Я с трудом сдержал вздох облегчения, услышав это известие.

Алиса жива!

Но, с другой стороны, что мне с того?

Рискну в одиночку отправиться в центр на ее спасение? Один против двадцати?

Да нет — кишка тонка, чего уж там. Меня и после этой перестрелки трясет всего. И водки дома больше нет…

— Все, собираем оружие и валим отсюда! — скомандовал Кирилл.

Оно и понятно: одно дело сонных зверей перебить и совсем другое, когда по тебе самому в любой момент исподтишка огонь открыть могут. И пусть силы теперь примерно равны, как-то не хочется позиционные бои устраивать. Без потерь в этом случае дело точно не обойдется.

— С пулеметом что делать? — уточнил стоявший в дверях караулки парень. — У них тут «Утес».

— С собой не потащим, разломайте, — с тяжелым вздохом решил Кирилл. — Машины сжечь, переправу взорвать.

— А может, лучше на колесах обратно вернемся? — предложил кто-то из завербованных со стороны парней.

— Что б нас свои же перестреляли? — скривился Федор. — Нет, спасибо! Бегом!

 

Уходили мы, оставив за собой зарево разгоравшегося пожара — обнаруженного в боксах бензина хватило и на автомобили, и на обустроенные зверями под свои нужды помещения.

Уносили ноги в спешке, опасаясь удара в спину, но обошлось — вскоре нас нагнал грохот подорвавших понтонную переправу зарядов, и стало ясно, что погони уже не будет. Теперь если только по собственной глупости в засаду угодим. А это вряд ли. По ночам все нормальные люди, да и большинство ненормальных тоже, спят, а не по улицам шастают. Да и о нашем рейде слухи еще разойтись не успели.

Дойдем.

Ну, собственно, мы и дошли. Пусть изрядно попетляв и потратив время на запутывание следов, но тем не менее без приключений. А это самое главное. Хватит уже приключений на сегодня. Да и не только на сегодня.

— Деньги все получили? — повысил голос Кирилл, когда вольнонаемные сдали ему автоматы и запасные рожки. — Володя?

— Нормально все, — кивнул я. — Бывайте!

— Счастливо!

Я зевнул и зашагал к себе. Прошел через темный двор, миновал проволочное заграждение и привычно юркнул под крайний балкон. Несколько раз изо всех сил пнул по запертой двери и широко зевнул, дожидаясь, пока на стук соизволит явиться, без всякого сомнения, уже видевший седьмой сон Стас.

Засов лязгнул неожиданно скоро; я начал поворачиваться к приоткрывшейся двери, а в следующий миг неожиданно уткнулся лицом в пол. В голове будто взорвалась граната, и на меня со всех сторон нахлынула заполонившая ночь тьма.

Аут.

 

<- Предыдущая глава / Следующая глава ->

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить электронный текст на Литрес

Купить книгу в магазине Автора и скачать текст в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt

 

Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

 

Павел Корнев. ПадшийСпящий

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон