Авторизация

 

 

 

Падший. Часть 13
Читать книгу Павла Корнева "Падший" (Сиятельный 3)
 Глава третья "Немного смерти, немного людьми"

 

 

 

 

 

 


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать книгу в магазине Автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Купить и скачать электронный текст на Литрес
Cкачать и слушать аудиокнигу "Падший"

 

 

Глава третья, или Немного смерти, немного любви

 

5

  

  Броневик резко затормозил, немного даже проехав юзом, и сыщик первым выскочил в боковую дверь. Одну винтовку он сунул кузену, вторую кинул племяннику, а сам с дубинкой и пистолетом заскочил в небольшую закусочную на первом этаже углового дома. Повар схватил со стола длинный разделочный нож и шагнул навстречу, но Рамон сходу врезал ему обрезиненной полицейское дубинкой. Сверкнул электрический разряд, индус выронил нож и плюхнулся на колени.

  - Никому не двигаться! Облава! - заорал сыщик, размахивая пистолетом.

  Посетители так и замерли на своих местах. Тогда Рамон подскочил к смуглому старику с посеребренной благородной сединой шевелюрой и пышными усами, ухватил за ворот и потащил к лестнице на второй этаж.

  - Шевели ногами! - прорычал он. - Давай!

  Индус втянул голову в плечи и заковылял по скрипучим ступеням. Повар попытался встать, но кузен сыщика тычком приклада по голове сбил его на пол, ногой откинул в сторону нож и наставил на загомонивших посетителей винтовку. Вновь наступила тишина.

  Я не спешил. Снял очки, аккуратно протер их носовым платком и, прежде чем вернуть на нос, внимательно оглядел уже собравшихся на улице зевак. Те немедленно подались назад. Индусы побаивались сиятельных, опасаясь сглаза.

  Впрочем, свою роль сыграл и лязг передернутого затвора. Племянник Рамона взял винтовку наизготовку и упер ботинок в подножку броневика, готовясь открыть огонь при малейших признаках опасности.

  Я убедился, что ситуация под контролем, и вошел в харчевню. Повар по-прежнему валялся на полу, из дальнего угла на меня с испугом смотрела немолодая женщина. Уже на лестнице я позволил себе небрежный взмах рукой, и она с мокрой тряпкой в руках бросилась к оглушенному мужу. Кузен Рамона отошел от него к входной двери и продолжил контролировать посетителей с винтовкой в руках.

  В просторной комнате на втором этаже сильно пахло благовониями, всюду стояли шкафы, на полках которых теснились непонятные бутылочки и банки с притертыми стеклянными крышками, громоздились холщовые мешочки и связки трав. Хозяин сидел на низенькой лежанке с заведенными за голову руками, а Рамон стоял рядом и выразительно похлопывал по ладони дубинкой. При моем появлении никто не произнес ни слова.

  Не стал торопить события и я. Сначала перенес в центр комнаты деревянный табурет и демонстративно смахнул с сидения пыль, потом сел, закинул ногу за ногу и многозначительно улыбнулся.

  Я вполне отдавал себе отчет, что всей этой обстоятельностью подражаю бывшему начальнику - ныне покинувшему этот мир инспектору Уайту, но не испытывал по этому поводу никакого смущения. Покойник свое дело знал туго, грех было не воспользоваться его опытом.

  - Значит, сотрудничать не желает, - произнес я минуту или две спустя, поймав на себе обеспокоенный взгляд Рамона. - Отлично! Поедем в участок, поучимся благоразумию.

  - Господин...

  - Для вас - детектив-сержант!

  - Господин детектив-сержант! Я не понимаю, что происходит! Мне никто ничего не сказал!

  Индус подался ко мне, и Рамон немедленно рыкнул:

  - Руки на затылок!

  Лекарь сел обратно, а я поднялся с табурета и развернул лист с портретом бармена.

  - Узнаешь его?

  - Нет, - быстро ответил индус.

  - А если посмотреть? - скривил я губы в недоброй улыбке.

  На этот раз индус изучал портрет не в пример дольше, но вновь беглого бармена не опознал.

  - Первый раз вижу, - заявил он.

  - А если подумать?

  - Клянусь!

  - Имя Акшай Рошан тебе о чем-нибудь говорит?

  - Никогда не слышал, - уверил меня индус, но я ему не поверил.

  У лекаря не дрогнул голос, не промелькнуло узнавание в глазах, даже испарина на лбу не выступила, и все же за маской невозмутимости колыхнулся страх. Легонько-легонько дрогнуло что-то в душе сидевшего на лежанке человека, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы вцепиться в него и клещами вырвать правду.

  Образно выражаясь - клещами. На пытки попросту не было времени. Судя по доносившемуся в окно гулу, толпа на улице продолжала прибывать. И неважно, попытаются местные обитатели отбить уважаемого земляка или на шум пожалуют настоящие полицейские - и то и другое развитие событий грозило нам самыми серьезными неприятностями.

  - Значит, сотрудничать не желаете, - вздохнул я и скомандовал: - В наручники его. Увозим с собой.

  Рамон с невозмутимым видом лязгнул стальными браслетами, а я прошелся по комнате, внимательно изучая микстуры и зелья. Точнее, лишь делая вид, будто меня интересуют пузырьки и колбы, а на деле - наблюдая за реакцией хозяина. Страх бился в нем все сильнее и сильнее, а страх - та отмычка, которой самого записного упрямца можно открыть как пустой чемодан. Требовалось лишь правильно приложить талант...

  - На каком основании?! - выкрикнул старый индус, когда Рамон завел его руки за спину. - Это произвол!

  - Изготовление отравы для тугов - как тебе такое основание? - поинтересовался я, изучая сборы трав. - И антинаучная деятельность заодно. Петлю не обещаю, но на сибирских каторгах человеку твоего возраста долго не протянуть.

  - Это неправда!

  Но правда меня нисколько не интересовала. Я брал в руки то одну бутылочку, то другую, и вскоре уловил, как сжалось в смертельном ужасе сердце задержанного.

  - Вот! - обернулся я к индусу с небольшой бутылочкой, заткнутой просмоленной деревянной пробкой. - Это разве не яд? Нет? Уверен, что яд.

  - Вы не так все поняли! - простонал старик. - Я лекарь!

  - И готовишь отраву для тугов, все логично.

  - Нет! Это средство для абортов! - выкрикнул лекарь.

  - И в самом деле, яд, - с брезгливой гримасой отметил Рамон и потребовал: - Поднимайся!

  - Не надо! - взмолился индус. - Пожалуйста, не надо! Я все скажу!

  По морщинистым щекам потекли слезы, и это вовсе не было игрой на публику; я буквально физически ощущал, как мой талант сиятельного вгрызается в сознание насмерть перепуганного человека. Он уже видел себя среди заснеженной сибирской тайги. Чудак человек, с такими обвинениями на каторгу - за счастье попасть. Выпотрошат и вздернут.

  - Акшай Рошан, знаешь его? - приступил я к допросу.

  - Это не настоящее имя, - запинаясь, выдавил из себя лекарь. - Я не помню лицо, но это имя было среди документов, которые прошли через меня.

  - Поддельных документов?

  - Да.

  - Когда это было?

  - Полгода назад. Может, год.

  - А на днях? Он не приходил за новыми документами?

  - Нет, - выдохнул лекарь. - Не приходил.

  - Мог он обратиться к кому-то другому?

  Поникший старик покачал головой.

  - Сомневаюсь.

  Я жестом велел Рамону снять наручники и предупредил лекаря:

  - Мы еще заглянем к тебе. Надеюсь, в следующий раз ты выкажешь большую готовность к сотрудничеству. - И я с силой швырнул бутылочку с микстурой в стену. С тихим хлопком разлетелось по комнате стекло, запахло тяжелым ароматом незнакомых снадобий.

  - Уходим!

  Мы спустились на первый этаж, вышли на улицу и под злобными взглядами местных обитателей погрузились в броневик. Кузен Рамона поспешно забрался в кабину, самоходная коляска дрогнула и покатила прочь. Вслед полетели проклятия, гнилые фрукты и комья земли.

  - Впустую съездили? - спросил Рамон, закрыв окошко между кузовом и кабиной.

  - Он не врал, - вздохнул я, вытирая с лица пот. - Нам бы объявить Рошана в розыск и навестить этого жулика через недельку...

  - Можно устроить. За дополнительную плату.

  Я отсчитал три сотни франков и протянул деньги Рамону.

  - Достаточно?

  - Еще сотню - нашим бывшим коллегам за содействие. И пятьдесят сверху, если индус попадется и придется отчитываться за ошибочное задержание.

  - Поговорить с ним дадут в случае ареста, прежде чем отпустить?

  - Разумеется!

  Я добавил сто пятьдесят франков и вновь зашуршал банкнотами.

  - Вот еще четвертной за пистолет.

  - Что спрашивать у Рошана, если объявится?

  - Что спрашивать? - задумался я. - Спроси, сам он догадался мне что-то в лимонад подсыпать или попросил кто. Я ставлю на второй вариант. Нужны имена.

  - Хорошо, спросим.

  Броневик качнуло; я выглянул в зарешеченное окошко и увидел, что мы выехали из трущоб на дорогу к фабричной окраине. Как и прежде, здесь было не протолкнуться от повозок, и ехать получалось с поистине черепашьей скоростью. Яростно гудел требовавший уступить дорогу паровик, где-то неподалеку надрывалась сирена, пронзительно вклинивался во всеобщую какофонию наш собственный клаксон.

  Я расстегнул ворот и шумно выдохнул. В кузове стало душно и жарко, дышать было нечем. Да еще беспрестанно трещал пороховой движок. Раздражало это просто неимоверно. Я отвернулся от зарешеченного окошка и спросил:

  - Рамон, эта ветка ведет в центр?

  - Да, а что?

  - Выйду. Смысл мне с вами на Слесарку ехать?

  - Как скажешь, - пожал плечами крепыш, приподнялся с лавки и постучал по перегородке. - Стоп машина!

 

 

  Броневик прижался к обочине и остановился, я выбрался через боковую дверь на тротуар, помахал бывшему напарнику на прощание рукой и зашагал вдоль рельсов, намереваясь заскочить в попутный паровик.

  Повидаюсь с Александром Дьяком, потом заберу из ателье костюмы - и в отель. Там душ, обед и прощание с Лили, а дальше... Дальше я загадывать не стал. Но паспорт на руках и чековая книжка в наличии - что-нибудь да придумаю. А Рошан никуда не денется. Побегает-побегает, да и попадется. Сколько веревочке ни виться, один черт в петлю закрутится. С продольно-скользящим узлом и никак иначе.

  Только-только поднявшееся над крышами домов солнце еще не припекало, свежий ветерок разгонял дым и приятно холодил разгоряченное лицо. Когда за домами прозвучал протяжный гудок паровика, я замедлил шаг, готовясь перейти через дорогу.

  - Сахиб! - вдруг прозвучало за спиной. - Сахиб, постойте!

  Я сунул руку в карман к "Церберу" и обернулся - по тротуару спешил босоногий смуглый парень в застиранном тряпье. Его лицо показалось смутно знакомым, скорее всего, он стоял в собравшей вокруг нашего броневика толпе.

  - Сахиб! - хрипло выдохнул паренек, уперся ладонями в колени, и часто-часто задышал, пытаясь отойти после быстрого бега. Удивительно, что он вообще сумел угнаться за броневиком. Одни кожа да кости, дунь - улетит.

  - Чего тебе? - спросил я. Окинул быстрым взглядом улицу, не заметил ничего подозрительного и вынул руку из кармана.

  - Я могу вам помочь! - заявил паренек. Говорил он без всякого акцента, словно местный уроженец.

  - И чем же?

  - Я убираюсь у зеленщика, в лавке напротив. Вижу всех, кто приходит к лекарю. Всех вижу! Всех помню! Сахиб, вы ведь искали кого-то конкретного?

  - Конкретного, - подтвердил я после недолгих колебаний.

  Даже если этот проныра набрался смелости одурачить полицейского, самое большее, что он сможет из меня вытянуть, - это десять франков. Могу себе позволить, у Рамона расценки не в пример выше.

  К тому же паровик уже прогрохотал по рельсам и скрылся за поворотом, можно и поболтать в ожидании следующего.

  - Кто? Кто вам нужен? - заволновался паренек.

  - Взглянешь на портрет? - предложил я.

  Парнишка ужом извернулся на месте и отступил к проходу между домами.

  - Не здесь, - округлил он глаза. - Если увидят - мне конец! Они убьют меня!

  - Кто?

  - Туги! - беззвучно выдохнул парень и попятился к проходу. - Пожалуйста, сахиб! Не на улице!

  Я заколебался и вновь сунул руку в боковой карман пиджака. Меньше всего хотелось получить мешком с песком по голове и остаться без часов и бумажника. Но проход между глухими стенами домов оказался пуст, а опасения парнишки были вовсе не лишены основания. За жизнь полицейского осведомителя в подобных районах ни один здравомыслящий человек не даст и выеденного яйца.

  Не вынимая руки из кармана с "Цербером", я шагнул в проход и толчком заставил паренька отойти вглубь переулка, где нас никто не мог ни подслушать, ни застать врасплох.

  - Сахиб, я помогу вам, но мне нужны деньги, - ожидаемо начал клянчить парнишка. - Мне надо кормить мать и трех маленьких сестренок. Мы голодаем, сахиб!

  - Поможешь мне - помогу тебе. Не бойся, не обману.

  - Хорошо, хорошо! - закивал парень. - Показывайте! Я всех помню, всех-всех! Двадцать франков! Двадцать!

  - Двадцать франков еще надо заработать, - проворчал я и полез во внутренний карман за рисунком.

  Парнишка закатил глаза, словно не веря в свою удачу, и тотчас тишину переулка рассек резкий полушорох, полусвист.

  Я резко качнулся в сторону, и желтый шелковый платок не сумел захлестнуть шею, налетев на запястье вскинутой в защитном жесте руки. Завязанный на конец грузик угодил мне в переносицу, в глазах на миг помутилось от пронзительной боли, но отдернутую назад удавку я не упустил, вцепился в нее и рванул обратно.

  Невесть откуда взявшийся мужик, дородный и усатый, от неожиданности качнулся ко мне, получил лбом в лицо и рухнул на землю. Добить его помешал заманивший в ловушку парень. Он кинулся в ноги, сразу наткнулся на выставленное навстречу колено и отлетел к стене, но за этот миг мужик с разбитым лицом - бхутот?! - успел потянуть к себе платок-удавку.

  Я шагнул к нему, и тотчас кто-то набросился сзади и повис на плечах, притягивая к земле. Тогда я резко согнулся и перекинул нападавшего через себя. Сброшенный со спины бородатый индус стремительно взвился на ноги; пришлось оттолкнул его и развернуться боком, прикрывая карман с "Цербером". Но только я сунул руку к пистолету, и неожиданно сильный толчок под колени заставил опрокинуться на спину.

  Очки слетели с носа, стены крутнулись перед глазами, я рухнул навзничь и встать уже не смог. Бородатый индус навалился на грудь, его напарник обвил руками мои лодыжки и скалился от натуги, не давая отпихнуть себя в сторону.

  Не став извиваться в тщетных попытках сбросить с себя цепких будто обезьяны шамсиасов, я выдернул из кармана "Цербер" и упер его под кудлатую бороду давившего на грудь мужика. Выстрел хлопнул непривычно тихо, душитель отвалился в сторону, клокоча кровью в простреленном горле. Второй индус с ужасом взглянул на дымящийся пистолет, но никаких попыток спастись не предпринял. Пуля угодила в лоб и забрызгала вышибленными мозгами стену дома, а мне пришлось потратить драгоценное мгновение, чтобы вырываться из его хватки, теперь уже воистину мертвой.

  В развороте я вскинул пистолет и поймал на прицел главного душителя, но руку дернули вниз за миг до выстрела, пуля угодила в землю. Тычком локтя я отбросил от себя очередного индуса - откуда они только берутся?! - распахнул пиджак и потянул хлястик кобуры "Штейра", и сразу бхутот резко взмахнул шелковым платком. Поднятое плечо не остановило румаль, он захлестнул шею, утяжелитель на конце со всего маху ударил по горлу, и голову в один миг заполонило звенящее сияние.

  Помощники душителя немедленно навалились на меня и прижали к земле, лишая подвижности и не позволяя достать пистолет. Удавка впивалась в шею все сильнее, сияние в голове становилось ярче и ярче, каким-то невероятным образом обращаясь при этом непроглядной чернотой.

  Я умирал и с бешеной скоростью падал во тьму. Несся навстречу с самим собой, но тот, другой я, вовсе не собирался расставаться с жизнью.

 

 

<- Вернуться // Обсудить на форуме ->

 


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать книгу в магазине Автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Купить и скачать электронный текст на Литрес
Cкачать и слушать аудиокнигу "Падший"

 

 

Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

 

Павел Корнев. ПадшийСпящий

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон