Авторизация

 

 

 

Ведьмы, карта, карабин. Часть 3
Читать книгу Павла Корнева и Андрея Круза "Вeдьмы, карта, карабин"
"Хмель и Клондайк 3"

 

Андрей Круз, Павел Корнев

цикл Приграничье

 

 

 

 


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать электронный текст в магазине Андрея Круза в форматах fb2 и epub
Купить и скачать на Литрес
Скачать и слушать аудиокнигу

 

 

 

 

"Ведьмы, карта, карабин"

часть 3

 

 

Хмель

27 апреля, понедельник

 

Всё воскресенье, словно наказывая себя за субботнее безделье, я отстоял за барной стойкой. Устал как собака, зато не скучал. То одно, то другое - так и день пролетел.

Чёрт, пока Ирина на стажировку не умотала, даже не замечал, как много времени с ней провожу. Так подумаешь - а ведь нечем особо свободное время занять. Хоть самому себе новое хобби придумывай.

С другой стороны, самое лучшее хобби - это хобби, которое приносит деньги, поэтому утром я сварил пробную партию пива в модном ныне стиле Black IPA, а потом поднялся в спальню за "Вепрем".

- Дядь Слава, вы куда с ружжом? - удивился Иван Гордеев.

- Регистрировать поеду.

- Раньше с собой везти не требовалось, вроде? - удивился помощник.

- Да так, - махнул я рукой. - Возьму на всякий случай.

На всякий случай? Ну да, когда непонятки с крышей начинаются, случай может случиться всякий.

Если Иван и заметил рассованные по карманам куртки магазины, то виду не подал, только кивнул и ушёл на кухню. Я ступил за дверь в расстегнутой куртке и без шапки шагнул и потянул носом воздух.

Холодно. Ещё холодно.

Впрочем, в мае особой жары стать не приходится. Да и лето здесь - дрянь, а не лето.

Хочу обратно в нормальный мир? Или просто завидую Николаю, у которого появился шанс пусть на время, но вернуться обратно? Или причиной дурного настроения стали размолвка с Ханиным, предстоящая поездка в Лудино и весенний авитаминоз?

Может, и в самом деле в Северореченск выбраться?

Но я знал, что не выберусь. Слишком много дел, чтобы всё бросить и устроить себе отпуск. Могу сколько угодно жаловаться на скуку, но если упустим момент и не застолбим за собой рынок, так и придётся дальше по зёрнышку клевать. А с новым проектом пусть и не разбогатеем, но на пару ступенек по социальной лестнице точно поднимемся. И тогда совсем другие перспективы откроются, особенно при негласной поддержке Линева.

Тщеславие? Хрена с два! Элементарное выживание.

Накинув на голову капюшон, я дошёл до каретного сарая и выгнал на улицу пикап. Устроил карабин на пассажирском сиденье, стыдливо прикрыв его сверху полиэтиленовым пакетом, завёл двигатель и стал ждать, пока прогреется автомобиль.

Если б курил - достал бы пачку сигарет, но я не курю, просто сидел и ждал.

И что странно, никогда мыслей о куреве не возникало. Неужто и в самом деле депрессия подкралась? Вот уж даром не надо.

И я решительно вывернул руль.

 

За проведённое безвылазно в баре воскресенье на улице не изменилось ровным счётом ничего. Грязный снег ноздреватых сугробов, огромные сосульки на карнизах крыш, обледенелые дороги. Где-то лужи, где-то корка льда.

Но знаете что - в общем и целом от российской глубинки девяностых картинка ничем принципиально не отличается. Даже на окраинах областных центров ситуация зачастую ничуть не лучше была.

Люди ходят, машины с телегами ездят. Машин, кстати, куда больше чем телег и саней. Дружинники за порядком присматривают, всё тихо и спокойно.

И я как-то неожиданно понял, о чём вчера толковал Гельман.

В Форте стало спокойно. Теперь здесь живут. Тяжело и небогато, но живут, а не выживают. Если даже я застал времена, когда каждое утро с улиц собирали трупы и везли в морг, что говорить о старожилах? Тоска по старым добрым временам - страшная штука; зачастую всё плохое забывается, и даже жуткие вещи уже не вызывают страха. Почему? Потому что их пережили. И кто-то обоснованно, а кто-то не очень рассчитывает на повторное везение.

Сыграть с судьбой в рулетку? Непременно русскую, разумеется?

Ну его на фиг.

Пусть нам с Колей от Лиги ничего хорошего ждать не приходилось, но, наверное, даже же неплохо, что пар вышел в свисток и не случилось крупных потрясений. Кто знает, чем иначе бы всё обернулось? Мы бы точно оказались в первых рядах...

 

Подъехав к Арсеналу, я оставил машину на служебной парковке и с карабином в руках отправился регистрировать оружие. А, дабы не нервировать лишний раз охрану, отомкнул магазин и сунул его в карман.

Но караульных "Вепрь" нисколько не заинтересовал, проблемы возникли там, где не ждал. Тётенька-регистратор открыла моё личное дело и сразу спросила:

- Почему копию паспорта до сих пор не принесли?

- А разве не принёс? - попытался прикинуться я шлангом.

Не вышло.

- Сдать копию удостоверения личности нового образца требовалось до февраля, а сейчас апрель заканчивается!

- Это какая-то ошибка...

- Ничего не знаю, - отрезала тётенька. - Без паспорта ружьё не зарегистрирую.

Я обречённо вздохнул. Паспорта у меня не было. Точнее был, но ещё российский и совсем на другую фамилию. Светить её не хотелось, а получить местный паспорт без каких-либо подтверждающих личность документов - та ещё морока.

- С Атамановым соедините, пожалуйста, - попросил я, благо очередь на приём за мной никто не занимал.

Регистратор недовольно хмыкнула, но отказывать в просьбе не стала. Несколько раз крутанула диск телефонного аппарата, набирая внутренний номер, и протянула мне трубку.

Я натянул шнур, а когда послышалось хриплое "слушаю", быстро произнёс:

- Здравствуйте, товарищ Атаманов, Хмелев моя фамилия.

- Приветствую, Слава, - отозвался Атаманов, с которым мы были шапочно знакомы. - Ты в здании, что ли?

- Да тут такое дело, принёс ружьё регистрировать, а каких-то бумажек в деле не хватает и никак...

- Ну-ка предай трубку, - послышалось в ответ.

Я выполнил распоряжение, но после недолгого разговора с начальством регистратор протянула трубку обратно.

- Вас, - хмыкнула она.

- Да?

- Слава, - укоризненно протянул Атаманов, - ты до сих пор паспорт не получил? Как некрасиво, обещал ведь! А нас проверяют и премии лишают из-за твоего разгильдяйства.

- Да я оформлю...

- Вот это правильно. Оформляй и приходи.

- Пётр, - начал я немного закипать, - у меня нет российского паспорта. А таких гимназисты проверяют на задвоение, это всё на месяцы растянется.

- Ничего страшного. Приходи через месяцы.

- Да у меня патрулирование района на этой неделе по графику! Я ж в резерве!

Этот аргумент заставил Атаманова надолго замолчать, а потом он вновь попросил передать трубку регистратору. Та молча выслушала распоряжение начальства, приложив линейку, оторвала часть разлинованного листа клетчатой бумаги и принялась что-то на нём быстро писать.

- Поднимитесь в двести седьмой, - потребовала она, передав мне заполненное направление, - как оформите заявление на выдачу паспорта, возвращайтесь за разрешением. Только отметку поставить не забудьте!

Ничего не оставалось, кроме пойти на второй этаж. В двести седьмом кабинете, угловом и потому просторном и светлом, вёл приём молодой парень в штатском, ещё один вольнонаёмный выглянул из соседнего помещения, когда выяснилось, что у меня нет при себе никаких документов.

- У-у-у... - протянул он, выслушав коллегу. - Это всё небыстро. Месяц проверка идти будет, а то и дольше.

- Да хоть год! - прямо заявил я. - Вы только отметку поставьте, что заявление принято!

- Тогда давайте оформляться...

Для начала пришлось заполнить анкету, затем приложить ладони к хрустальному шару, который считал отпечатки пальцев, а заодно отсканировал ауру.

- Всё? - спросил я, разминая занемевшие пальцы.

- Нет, пройдёмте, - пригласил меня гимназист в соседнее помещение.

Там прямо посреди комнаты на полу медными полосами была выложена шестиконечная звезда, её близнец обнаружился и на потолке.

- Становитесь внутрь, - распорядился колдун, занимая место оператора. - Только сначала все магические устройства снимите. - И он указал на пластиковую коробку.

- Зачем ещё? - не сдвинулся я с места.

- Глубокое сканирование ауры, - пояснил гимназист. - Без этого не обойтись, вдруг вы уже паспорт на другое имя оформили.

- А шар что делал?

- Здесь идёт более тщательный анализ, это упрощает поиск по базе данных и снижает риск злоупотреблений.

- Не опасно?

Колдун позволил себе снисходительную улыбку.

- Нет.

Я с обречённым вздохом снял с шеи отводящий пули амулет, выложил из кармана связку ключей и шагнул в центр звезды. В тот же миг мигнула вспышка; казалось, она просветила меня насквозь, но сразу послышалось раздражённое:

- Я же сказал, все магические устройства!

- А что такое?

- Что-то закрывает вашу ауру от дистанционного считывания. И это точно не естественная аномалия!

- Ерунда какая-то, - пробормотал я и вдруг почувствовал лёгкое жжение на левом запястье. Оттянул рукав и продемонстрировал гимназисту витой браслет. - Из-за этого может быть?

Колдун встал из-за пульта управления, подошёл, присмотрелся и кивнул.

- Именно из-за этого. Неужели всех функций не рассказали?

- Да как-то их слишком много, - хмыкнул я и потеребил нитяной браслет. - Никак не обойти?

- Никак. Придётся срезать.

Я беззвучно помянул нехорошим словом всех бюрократов вместе взятых, выщелкнул выкидной нож и перерезал нитки.

- И второй?

- И второй, - подтвердил гимназист, возвращаясь на место. - Готовы?

- Да.

Вновь мигнула вспышка, перед глазами вспыхнули звёзды, встали дыбом волосы. Но в целом - ничего особенного, будто низковольтный разряд пропустили.

Я убрал нож в карман и спросил:

- Порядок?

- Да, можете выходить.

Медные полосы на полу тускло светились, я ступил через них с лёгкой опаской, но никаких неприятных ощущений не возникло. Переступил и переступил.

- Это всё?

- Да, можете быть свободны.

Я вернулся в кабинет, получил заветный квиток и поспешил на первый этаж. К счастью тётенька-регистратор никуда не ушла, поэтому уже через четверть часа у меня на руках оказалось новенькое удостоверение с вписанными в него серийным номером "Вепря".

Пустячок, а приятно.

 

Из Арсенала поехал на колхозный рынок, намереваясь перекинуться парой слов с Сергеем Платоновым. После недавнего похищения кондуктор все свои деловые встречи проводил именно там, поскольку за порядком на рынке присматривали вооружённые до зубов бойцы Братства, и нашим многочисленным недоброжелателям, да и дружинникам тоже ходу туда не было.

Просторная стоянка у рынка оказалась почти пуста; я припарковал пикап у самого входа и, не став сворачивать в продуктовые ряды, сразу направился в административно-хозяйственный блок, где торговали промышленными товарами - кустарного производства местными и привозными.

- Всем привет! - поздоровался, заходя в магазинчик с охотничьей одеждой и зимней обувью.

- О, Слава! - удивился Платон и, бросив подбивать бухгалтерию в толстой "общей" тетради с клеёнчатой обложкой, протянул мне руку. - Каким ветром занесло?

- Да так, - усмехнулся я, выложил на прилавок "Вепрь" и ответил на рукопожатие. Затем поздоровался с Дмитрием - худым и жилистым охранником кондуктора, который сидел в удобном кресле у входа. - Мимо проходил.

- Светлана, будь добра, принеси Славе кофе, - попросил Платонов продавщицу, упитанную и вместе с тем миловидную. - Слава, ты ведь будешь кофе?

Я кивнул. Намечавшийся разговор не предназначался для посторонних ушей.

- Так говоришь, мимо проходил? - спросил Серёга, когда мы остались наедине. Отгородившийся от нас газеткой Дмитрий был своим, от него секретов не держали.

- Слушай, Платон, ты чего-нибудь в микробиологии понимаешь? - спросил я, расстегивая куртку.

Кондуктор заржал, его телохранитель опустил газетку и посмотрел на меня с неприкрытым интересом.

- Серьёзно? - фыркнул Платонов, отсмеявшись. - Я и микробиология?

- Ладно, тогда пиши техзадание, - вздохнул я. - Нужен лабораторный комплекс, ну или какая-нибудь установка для разведения дрожжей. Чтоб они размножались и не дохли, понимаешь?

- Не понимаю.

- Не вырождались чтобы. Блин, я сам в этом не разбираюсь, уточнишь у кого-нибудь.

- У кого?

- Интернет!

- А деньги?

- Ты найди сначала, - резонно заметил я, принимая кружку с кофе у вернувшейся в магазин продавщицы. - Спасибо.

- Тебе зачем? - Платон достал из-под прилавка бутылку коньяка, плеснул себе, не стал обделять и меня. - Оно ведь не окупится, даже если самое дешёвое и примитивное оборудование брать. Правильно говорю?

- Самое дешёвое и примитивное, - подтвердил я. - А насчёт окупаемости подумать надо.

- Тебе упаковки в полкило насколько хватает?

- Не в этом дело.

- А в чём тогда? - удивился кондуктор.

- В локализации производства, - ухмыльнулся я. - Ты разузнай просто, появилась одна мыслишка.

Платон остро глянул на меня поверх кружки и отставил её, не став пить. Стремление к независимости от поставок из нормального мира он расценил камнем в свой огород и был не так уж неправ. Но сейчас я хотел не столько подстраховаться на случай возможного форс-мажора, сколько перекрыть кислород пивоварне "Западного полюса". Я точно знал, как осложнить им жизнь, но для начала хотел оценить, насколько при этом придётся потратиться самому.

- По дороге в Лудино расскажу, - пообещал я, допил кофе и взял ружьё. - Всё, побежал!

Крепкий напиток в сочетании с коньяком изрядно взбодрил, призрак депрессии отступил, настроение заметно улучшилось. Но - ненадолго. Только вышел на улицу, и сразу с языка сорвалось ругательство: пикап стоял со спущенными колёсами.

Я завертел головой по сторонам, но никого подозрительного поблизости не крутилось. Впрочем, не было видно и охранников.

Приближаться к пикапу я не стал, сначала воткнул в карабин магазин с картечью и оттянул рукоятку затвора, досылая патрон. После обошёл автомобиль со всех сторон, не заметил ничего подозрительного и присел, заглядывая под низ. Тоже чисто.

Блуждания вокруг машины с карабином в руках не остались незамеченными для охраны, и с другого края стоянки ко мне двинулись два крепких парня в бронежилетах и с чаромётами наперевес.

Я демонстративно выложил "Вепрь" на капот, не желая провоцировать братьев на резкие движения, но те, к счастью, знали меня в лицо.

- Что-то случилось? - поинтересовался один из них. Помимо чаромёта и алхимических зарядов в кармашках разгрузки на поясе у него висел короткий тесак в неброских пластиковых ножнах.

- Ага, - кивнул я и указал на внедорожник.

- Лихо, - удивился охранник и по рации вызвал старшего смены.

- Да сразу Климова зови, - обречённо махнул я рукой.

Клим подошёл минут через пять, когда братья уже проверили пикап на предмет взрывных устройств и прочих неприятных закладок.

- Слава, а ты, как вижу, уважать себя заставил, - посмеялся начальник охраны рынка и взял с капота внедорожника один из демонстративно выставленных в ряд золотников.

- Думаешь?

- Ножом ткнуть куда проще. И быстрее. Значит, уважают.

- Издеваются, скорее... - пробурчал я, отпер автомобиль и подключил к прикуривателю электрический насос.

- Опять проблемы?

- Похоже на то.

- Зайдёшь?

- Если только твои орлы за машиной присмотрят, - фыркнул я.

- Присмотрят, не сомневайся.

- Тогда зайду, - пообещал я и начал накачивать шины.

Приподнятое настроение испарилось без следа.

 

Домой ехал медленно и осторожно, аккуратно огибая попадавшиеся на дороге выбоины. Просто голова другим была занята, не хотелось скорость повышать. Требовалось обстоятельно всё обдумать и спланировать дальнейшие действия, но информации катастрофически не хватало. Ясно было одно: кто-то целенаправленно выводил меня из зоны комфорта.

Это только на первый взгляд патрон на капоте и спущенные колёса сущей ерундой кажутся. Нет, это намёк. Призыв одуматься и поменять линию поведения, пока не случилось чего-либо непоправимого. Меня будто дружески по плечу похлопали в подворотне тёмной ночью и напомнили призыв кота Леопольда жить дружно. В таких делах контекст зачастую важнее самого события бывает.

А контекст был поганый. У каждого из нас есть своя территория, куда нет хода чужакам. И мне последовательно давали понять, что безопасных мест больше не существуют. Сначала достали у бывшего штаба Патруля, теперь укололи у колхозного рынка, наплевав на мои дружеские отношения с начальником тамошней охраны.

Что дальше? В бар заявятся?

Заявятся, пожалуй. Вопрос только кто: Ханин, Селин или горожане?

Лигу в я расчет не брал; ведьмы точно придумали бы нечто более изощрённое, благо времени на подготовку у них было предостаточно. А тут конкретно так мускулами поигрывали.

 

Загнав пикап в каретный сарай, я сходил в баню и растопил печь, потом заглянул в бар, который по случаю понедельника от посетителей вовсе не ломился, занято было только два стола. Разрядив "Вепрь", я воткнул в него магазин с пулевыми патронами, сложил приклад и убрал ружьё под прилавок. Помеченные кольцами разноцветной изоленты магазины разложил рядом. Жезл "свинцовых ос", наоборот, забрал, намереваясь кинуть его в машину.

Как ни крути, на такие игрушки дружинники куда спокойней реагируют, нежели на ружья. По Форту лучше с "Шершнем" кататься, его даже в салоне не всегда оставлять придётся.

- Всё нормально? - спросил Иван, наполняя пивом очередной бокал.

- Да, - подтвердил я. - Вымотался что-то, пойду, вымоюсь.

- Хорошо.

- Накачай кувшин светлого, - попросил я и поднялся в спальню. Там надолго задерживаться не стал, только скинул верхнюю одежду, сунул револьвер в кобуру и сразу отправился в баню. Та ещё толком прогреться не успела, но меня это ничуть не смутило. Расположился у печки, пил пиво и думал.

Если бы от меня требовались какие-то немедленные уступки - намёки были бы гораздо более прямыми, а значит, пока просто готовят почву для предложения, от которого не получится отказаться, и резких движений ждать не стоит. Можно не беспокоиться по поводу выстрела в спину или заложенного у ворот фугаса. Я был нужен целым, невредимым и сговорчивым.

Пиво подошло к концу, тогда я наскоро сполоснулся, отнёс "Шершень" в каретный сарай и кинул его на пассажирское сиденье, а потом побежал в бар.

- Вика и Юля подойдут сегодня? - спросил помощника, вспомнив о срезанных при оформлении паспорта браслетах.

- Они в гостевой комнате переодеваются, - ответил Иван и поинтересовался: - А что?

Вместо ответа я продемонстрировал пустые запястья.

- Сейчас пришлю, - пообещал Грачёв и утопал наверх.

Гостевая комната на втором этаже как-то незаметно превратилась в комнату Юли, Вики и Вани, но меня это обстоятельство вполне устраивало. Очень даже неплохо иметь в своём распоряжении двух колдуний, которым не приходится платить сверх возмещения трат на приобретение расходных материалов и покупной магической энергии. Жаль только, в отличие от Сани-чародея гимназистки были не сильны в построении заклинаний длительного действия, их чары требовали постоянного обновления.

Сев на табурет, я взял оставленную Иваном газету, но только развернул её, со второго этажа спустились колдуньи. Судя по сложному макияжу, у девушек были какие-то планы на вечер, но сплести защитные браслеты они не отказались.

Я выставил перед собой руки, Юля с Викой принялись сноровисто вязать на запястьях нитяные жгутики. С каждым разом работа занимала у них всё меньше времени, и обычно я даже не успевал заскучать, но сегодня не выдержал и закрыл глаза.

- Всё хорошо, дядя Слава? - участливо поинтересовалась Юля.

- Глаза устали, - ответил я и, надо сказать, соврал. Просто не хотел лишний раз глазеть на глубокий вырез её декольте. Да и вязаное платье Вики обтягивало немаленький бюст гимназистки более чем откровенно.

А Ирину из Северореченска раньше середины июня ждать не приходилось. Мда, проблема...

Минут через десять браслеты оказались завершены. На левой руке нити были преимущественно синие, зелёные и красные; на правой преобладал чёрный, жёлтый и белый цвета.

- Какие планы на вечер? - просил я, раскатывая рукава рубахи.

- Пригласили на вечеринку, - сказала Вика.

- Дождёмся Ивана и пойдём, - пояснила Юля.

- А забирайте его! - разрешил я. - Вань, слышишь? Иди, за баром сам присмотрю.

- Точно? - выглянул из подсобки удивлённый Грачев.

- Иди! - повторил я.

- Спасибо, дядя Слава! - радостно рассмеялась Юля. Вика чмокнула меня в щёку, и девчонки убежали на второй этаж собираться.

Я покачал головой, налил полбокала пива и поторопил помощника:

- Шевелись, пока не передумал! - Но тут в бар зашёл заместитель начальника городского арсенала Смирнов, и я поправился: - А нет, Вань, не передумаю. Петрович, ты без компании? Давай к стойке!

- Угощаешь? - деловито поинтересовался Смирнов, расстёгивая полушубок.

- Комплимент за счёт заведения, - расщедрился я, наполняя ему бокал.

- Комплимент - это лучше по маленькой.

Я пожал плечами и достал бутыль самогона. Набулькал две рюмки, и отвлёкся на слишком уж лёгкие наряды спустившихся в бар гимназисток. Одна в коротенькой юбчонке, у другой платье ничуть не длиннее, куртки у обеих несерьёзные какие-то. Ещё простудятся, не дай бог.

- Обожди, Петрович, - попросил я, заглянул в коридор и поинтересовался у Ивана: - Куда собираетесь, есть где машину бросить?

- Да не проблема. А что?

- Бери пикап, - протянул я помощнику ключи от машины. - Только завтра подъезжай не позже десяти.

- Буду как штык! - заявил Грачев и вдруг прищёлкнул пальцами. - Да, совсем забыл! С "Западного полюса" кеги так и не привезли.

Для меня это оказалось новостью и новостью не слишком приятной.

Ещё не хватало, чтобы они оборотную тару зажали! И так одни убытки от них теперь.

- Завтра им позвоню, - решил я вернулся за стойку и взял рюмку. - Вздрогнем?

Петрович кивнул и выпил. Выпил вслед за ним и я.

 

Клондайк, 27 апреля, понедельник.

 

Маячок я в субботу под бампером джипа нашел. Обычный такой маячок кустарного изготовления. который можно в Кишке купить в половине лавок. Показал Сане, тот лишь плечами пожал. В "ниве" ничего не оказалось. Снимать его я пока не стал, все равно не секрет что я домой вернулся, так что и нечего показывать врагам, что их трюк разгадан.

Воскресенье я провел в подвале за работой и дома с книжкой, в понедельник до семи в магазине просидел, так что тоже маячок не трогал. К семи Дмитрий подъехал, загнал свой "рэм" во двор, пересел ко мне и мы выехали на патрулирование, как нас мудрое командование и обязало, доложившись по рации что уже приступили к выполнению боевого задания. Затем уже я маячок отковырял и перецепил его на "Ки-Блэйзер" Селина, стоявший у заднего крыльца "Ширлей-Мур", куда специально подъехал. Просто так, пусть будет. У них камера на стоянку уже год как не смотрит и все не починят. Вот пусть страдают.

Дежурство - вещь довольно скучная, наверное. Пока еще люди на улицах, хоть понаблюдать можно, а когда совсем поздно становится, так и вовсе смотреть не на что, зато думать можно. Дмитрий по жизни молчун, так что идеальный компаньон, тоже сидит и о своем думает. Проедемся, встанем где-то, откуда в несколько сторон наблюдать можно, постоим. Время от времени с диспетчером Дружины на связь выйдешь, скажешь, что без происше6ствий. А оно пока и правда без происшествий было. Один раз у того выхода из Кишки, что на перекрестке с Кривой, вроде бы драка намечалась, да так и не наметилась.

Да и не занимаемся мы драками сами, наше дело дружинников вызвать. Сами вмешиваемся только если совсем злодейство какое-нибудь, или тварь увидим. А на пьяные скандалы, семейные разборки, кражи и прочее - это дружинники едут.

Твари же в брошенных домах обычно зарождаются. Не часто, но все же бывает. Ну и вообще любое движение в таких районах вызывает подозрение. Что там нормальному человеку делать? Ночью даже машины там не ездят, а уж если пешеход, то точно подозрительно.

Поэтому, когда я увидел двух парней, быстро идущих по улице, я прибавил газу, а Дмитрий, высунув руку в окно, осветил их мощным фонарем. Отреагировали они предсказуемо - рванули в сторону, забежали в дом с выломанной дверью. а когда мы заскочили следом, их и след простыл - выпрыгнули в окно, перелезли через забор и уже бежали где-то в соседних дворах. Гоняться мы все равно не собирались, главное что спугнули.

Но в дом зашли. Я огляделся, посветил вокруг себя фонариком. Как я уже говорил, район за нами был застроен практически такими же кирпичными особняками, как тот, который мы с Хмелем купили. Просто нашему повезло, в нем все время кто-то находился, а тем, что были дальше - уже нет. Их помародерили, утащили стекла, двери, но вот крыши, например, на многих так и остались на месте. То есть по факту вот этот дом вполне себе ремонту подлежит, как мне кажется. Плесень могла завестись, но вот именно плесень здесь СЭС научилась вытравливать без остатка, это не проблема. Магия бьет ее наповал.

- Что смотришь? - спросил Дмитрий.

- Да так, думаю... это же все восстановить можно.

- Наверное, - пожал он плечами. - Если знать как. А что тут можно сделать?

- Дорогой особняк, например. Две квартиры на двух этажах. Или по вертикали дом пополам разделить. Элитное жилье, так сказать.

- И кто тут жить будет, в этом районе? - хмыкнул он скептически.

- Никто. А вот если весь район восстановить...

- Кирпича не хватит. На нем одном разоришься.

Это да, со стройматериалами в Форте тоже не очень. Мало тут строились, а для Поляны кирпич золотым обходился.

- Может и так, - кивнул я.

- А это что?

Дмитрий подошел к подоконнику, присел, аккуратно поднял с пола маленький пакетик, точнее - сверток синей изоленты. Он достал нож, аккуратно надрезал его, посветил.

- Наркота.

- А чему еще быть? - пожал я. - Вон еще один лежит. Из кармана посыпалось, наверное. Только не знаю какая.

Дмитрий достал из кармана чарофон, активировал функцию счетчика излучения, поднес к веществу.

- Фонит чуток, - сказал он. - Сто пудов алхимическое. Чистый криминал, тяжелый.

Это верно, вся наркота с алхимической составляющей под самыми тяжелыми статьями здесь. Бывает и такая, за которую сразу суд и виселица. Фортовские власти к ней очень нервно относятся, тут когда-то целая эпидемия с мозговертами случилась, торговцев даже линчевать на улицах разрешили, так все плохо было. И, кстати, именно на ней Линев всерьез поднялся, как Хмель рассказал когда-то. Он вроде разработал операцию, по результатам которой это дело пресекли.

Поэтому я связался с дежуркой центрального участка Дружины, дал приметы несунов, какие запомнили, получил указание улики запаковать и потом сдать. Не успели еще из особняка выйти, как мимо проехала "буханка" с синей полосой, помигав нам фарами. Подтянулись.

А мы вернулись к машине и неторопливо поехали дальше.

Большой район, я пятнадцать домов насчитал, и все не то чтобы в хорошем состоянии, но в исправимом, как мне кажется. Каждый дом со своим двором, все еще и с подвалами наверняка. Ну да, раз у нас есть подвал, то и в этих должны быть. И район Лиги... вот это хуже всего, потому что бабы - дуры.

 

 

Хмель

28 апреля, вторник

 

 

Проснулся затемно.

Ничего странного в этом не было: рано лёг, рано встал. И поскольку выпивкой вчера не увлекался и весь вечер цедил единственный бокал, самочувствие нисколько не беспокоило, разве что немного затекли предплечья. Но с тех пор как перестал пить по утрам разноцветные пилюли Бородулина, это стало обычным делом. Пару минут поработал эспандером, быстро размялся и почувствовал себя полным сил. Но не настолько, чтобы заняться чем-нибудь по хозяйству.

Открывать бар было слишком рано, поэтому я без всякой спешки умылся, почистил зубы, оделся и спустился вниз приготовить холостяцкий завтрак. Дело это было вовсе небыстрое, пока топилась печь, успел сходить в подвал, подкинуть угля в котёл и как следует поколотить висевшую в углу боксёрскую грушу. Потом выпил остававшийся в термосе со вчерашнего дня чай и съел пару вчерашних же пирожков с ливером.

Но разве это завтрак? И ливер не особо люблю, и горячего хочется.

Я решил не мудрствовать и приготовить на скорую руку яичницу с беконом. Заодно поставил на плиту чайник, благо заварочник был почти полон. Прислушиваясь к весёлому шкварчанию яиц на сковороде, взял батон, ветчину, кухонный нож и с разделочной доской ушёл в бар готовить бутерброды.

Пусть яичница уже с беконом, но как по мне - колбасы много не бывает. Холодно опять же, в нашем климате постоянно кушать хочется. Постоянно и помногу. Чай, не тропики, чтобы одни соки-воды целый день попивать.

Послышался свист, я бросил нож на разделочную доску и вернулся на кухню. Снял с огня закипевший чайник, убрал с плиты сковороду с уже готовой яичницей, но только собрался приступить к трапезе, к бару подъехал автомобиль. Иван без всякого сомнения загнал бы пикап на задний двор, но мог заскочить перекусить Клондайк, который сегодня патрулировал округу, поэтому я подошёл к окну и выглянул на улицу.

Нет - перед крыльцом стояла "газель" с надписью "Западный полюс" на борту.

Объявились наконец!

Из машины выбрались двое грузчиков в одинаковых синих спецовках; я отодвинул засов и пошёл к стойке. Помогать таскать кеги не собирался в любом случае. Не барское это дело.

- Ставьте в коридор! - распорядился, когда за спиной распахнулась дверь.

И сразу потянуло палёным. В первый миг решил, будто подгорело на кухне, но миг спустя болью опалило левое запястье, там где его охватило плетение нитяного браслета.

- Что за чёрт?!

Я резко обернулся и просто остолбенел: мало того что грузчики заявились в бар без кег, так в руках стоявшего у двери парня ослепительным синим блеском сиял непонятный амулет.

Сияющий амулет и сгоревший браслет. Грузчики и оставленные в "газели" кеги...

Я опустил руку к поясу, и тотчас сорвался с места ближайший бугай. Прежде чем удалось нашарить револьвер, парень врезался в меня и со всего маху впечатал спиной в барную стойку, так что прикрытая рубахой кобура оказалась зажата. Ещё и пальцы отшиб.

Грузчик шустро отвёл для удара немалых размеров кулак, и я ткнул ему в шею схваченный с разделочной доски нож. Раненый захрипел и отшатнулся, но воспользоваться передышкой не удалось: напарник подранка кинулся на меня, замахиваясь телескопической дубинкой.

Подобные штуки обыкновенно дополнялись оглушающими заклинаниями, поэтому я завалился спиной на стойку и со всех сил лягнул ногой. Толчок подошвой ботинка отбросил парня назад, но и меня самого перекинуло через прилавок, падение на пол на миг выбило из лёгких воздух.

Извернувшись, я ухватил лежавшее под стойкой ружьё и поднялся на ноги уже с "Вепрем" в руках. Будь это постоянно готовый к выстрелу жезл "свинцовых ос", на этом бы всё и закончилось, а так пока дёргал рукоятку затвора, досылая патрон, грузчик оттолкнулся от стола и метнулся в сторону как раз в тот миг, когда грохнул выстрел.

Резвость жертвы в купе со сложенным прикладом и немалая навеска пороха сыграли свою роль, и пуля впустую пробила окно. Рыкнула мотором "газель", парень перепуганным зайцем вылетел на улицу, и второй раз я стрелял уже вдогонку через захлопнувшуюся дверь. Бам!

Сметая посуду, я перескочил через стойку и бросился на выход, на бегу раскладывая приклад. Пинком распахнул дверь, выскочил на крыльцо и сразу присел, но предосторожности оказались излишни: фургон сорвался с места, свернул за угол дома и скрылся во дворах.

Не успел!

Вспомнив о подранке, я поспешил вернуться в бар, но у стойки на полу никого не оказалось, лишь пятнала пол немалых размеров лужа крови. Засов задвинул вслепую, удерживая ружьё одной рукой, потом упёр приклад "Вепря" в плечо и неспешно двинулся по проходу меж столов, благо следовало просто идти по алому следу.

Натёкшая из раны кровь выглядела размазанной, словно парень полз, не в силах подняться на ноги; тут и там на глаза попадались отпечатки ладоней. Обогнув стойку, я увидел ничком замершее на полу тело, и особо этому обстоятельству даже не удивился. Выдернул из кобуры револьвер, взвёл курок, отложил на ближайший стол карабин. Держа на прицеле бритый затылок, осторожно опустился к нападавшему, прикоснулся к шее.

Пульса не было. Единственный удар ножом оказался смертельным.

Что ж, случается и такое.

Я ногой отопнул в сторону выдернутый покойником из раны кухонник, отступил от тела и достал из кармана карго-брюк чарофон. Попытался связаться с Гордеевым, но тот на вызов не ответил.

Тогда я подтянул к себе стул, уселся на него и уставился на мертвеца, решая, как быть дальше. Вызывать дружинников в свете последних событий не хотелось. Вот не хотелось и всё тут. Хотелось перетащить тело через дорогу и оставить в сугробе, но столь неосмотрительный поступок был чреват неприятностями куда большими, нежели придирки следователей.

 

Клондайк, 28 апреля, вторник.

 

Выехали на Красный, докатили до перекрестка с Кривой, постояли там. Потом спустились в Кишку с дальнего входа, где работала круглосуточная кофейня, куда ходили охранники, уборщики и прочий люд, работавший здесь, выпили по чашке жидковатого, но горячего кофе с молоком. Дело уже шло к утру, было тихо, лица у людей вокруг сонные и какие-то пришибленные, какими им в это время и положено быть.

Начались сумерки, они в апреле в четыре утра наступают, и в Приграничье тоже, только здесь они тянутся и тянутся, так что пустота на улице кажется немного странной. Примерно в шесть началось движение - появились первые пешеходы, кому на работу пораньше, покатили грузовики-мусорщики - одно из главных достижений новых времен в Форте. Раньше с вывозом мусора, говорят, вообще беда была. Таскали по возможности в заброшенные районы. Зимой еще как-то, а вот что к лету там начиналось - вообще беда. Те же Эстонские болота до сих пор трогать боятся, чтобы не завоняло.

Потом попалось навстречу два тяжелых грейдера - пытаются улицы чистить. Тоже примета новой жизни. Пусть я сюда и провалился, но как-то вовремя, наверное. От старожилов, от того же Смирнова, под рюмку чего только не наслушался про былые времена.

Я снова свернул в заброшенный район, оглядываясь по сторонам. Дмитрий зевнул, сказал:

- Час остался и по домам можно.

- Угу, отдежурили, считай. Спокойно было.

Ровно в этот момент я услышал два приглушенных выстрела, какие при этом не спутаешь - дробовик. И донеслись они примерно с той стороны, где наш дом, потому что ехал я сейчас по Сиреневой, а это как раз и есть улица, на углу которой и Красного проспекта наш особнячок и расположен.

Дмитрий тоже услышал, аж подскочил, схватился за свой "вепрь", который держал стоймя между ногами, стволом вниз. Затем серенький фургончик с какой-то надписью на борту выехал из-за поворота, с заносом вкатился на Сиреневую и проскочил мимо нас. Я успел рассмотреть надпись - "Западный полюс".

- Держись!

Развернуть с заносом "широкого" не получилось, скорость была маловата, а зубастые покрышки вцепились в лед, так что разворот получился в два приема. Тем временем "газель" оторвалась от нас где-то на квартал и неслась дальше, набирая скорость.

Догнали мы ее быстро, рядная "шестерка" легко разогнала джип и буквально через несколько секунд мы повисли на хвосте у фургона. Тот снова попытался прибавить скорости, насколько получилось, но оторваться не смог, разница в мощности у нас ну очень большая. Однако и обогнать их мы тоже не могли - улица узкая, с обеих сторон сугробы. Мне бы чуть-чуть вырваться, дальше я своим силовым бампером смогу толкнуть фургон за задним колесом, и его просто развернет, но даже так вырваться не получалось. Ну ничего, еще будет возможность, все равно не уйдет.

Машины трясло на неровном льду, фургон еще и болтало, он мел хвостом. Водитель изо всех сил старался хотя бы удержать его на дороге и получалось это явно с большим трудом. Проносились мимо пустые дома с темными провалами бесстекольных окон, деревья, столбы без ламп и проводов, заваленные заборы. Но ни машин, ни людей, только мы. Что и к лучшему.

Дмитрий опустил стекло, половчей перехватил короткий дробовик, явно размышляя над возможностью пальнуть в колесо, но колеса с этой позиции видно не было. В кузове фургона кто-то сидел, я пару раз замечал лицо за стеклом задней двери, но удержаться на ногах он не мог, похоже.

Дальше не такая уж и длинная Сиреневая закончилась. Выбор у преследуемого был простой - или направо, к штаб-квартире Лиги, или налево, дальше между заброшенных домов. Он сбросил скорость, начал поворачивать налево, и я этим воспользовался. "Чероки", тоже притормозив, несильно ударил своим железным бампером с кенгурятником в задний левый угол фургона, потащил его на разворот. Тот сразу же потерял траекторию и со всего хода вылетел на левую обочину, в сугроб и в старый бетонный столб за ним. Взлетел фонтан комковатого снега, послышался гулкий удар, я нажал на тормоз, чуть подвернув руль, чтобы нас развернуло носом к "газели", перекинул рычаг трансмиссии в "паркинг" и рванул из машины, выдергивая "кимбер" из оперативки из-под расстегнутой куртки, одновременно скидывая предохранитель.

Задняя дверь фургона распахнулась, в ней показался вооруженный автоматом человек. Я прицелился в него, но Дмитрий успел первый, пальнул в него двойкой из своего "вепря". Полыхнула тусклая вспышка, тот лишь дернулся и завалился назад, внутрь машины, выронив оружие. Гулкое эхо метнулось по пустой улице, вернулось к нам, мгновенно сменившись тишиной, в которой я слышал лишь свое дыхание. И я уже бежал к водительской двери, с оружием на изготовку.

- Замер! Замер, сцуко! Не шевелиться! - заорал я, направив через окно ствол в голову водителю.

Тот выглядел ошеломленным, видать влетел грудью в руль при ударе, и из носа текла кровь. Пока он даже не очень хорошо соображал что происходит. Я видел обе его руки, оружия в них не было, и не было никого на сидении рядом с ним. Рванул дверцу, тут же схватил его за шиворот, вытащил из-за руля, бросив на дорогу лицом вниз, заорав на этот раз: "Руки за спину! Руки за спину!"

Он сопротивляться не стал. Руки ему я плотно стянул пластиковым хомутом из тех, что нам выдали в свое время, поднялся, оглядываясь.

- Двухсотый, - сказал Дмитрий, выходя из-за машины. - И больше никого.

Вид у него был вполне спокойный. Он сменил магазин в дробовике, огляделся в поисках новых опасностей, но вокруг было тихо, лишь где-то вороны каркали, разгалделись. Негромко тарахтел двигатель джипа. Я подошел к водительской двери, повернул ключ. Тогда заблымкала напоминалка о том, что я этот самый ключ забыл вытащить, поэтому пришлось его выдернуть и положить в карман.

- Ну что, посмотрим что у нас есть?

- Давай, - кивнул я.

Мы быстро обыскали арестованного. Нашли на нем большой нож вроде "боуи", явно с какой-то магией, "городской" алхимический браслет-амулет от пуль, но не такой, какие мы припрятали, а другая модель, "дырокол" с увеличенным аккумулятором.

С убитого взяли АКМС, но переделанный, с укороченным почти под самый газоотвод стволом. На такие мода с Ирака пошла, там и наемники подобное мастерили, чтобы в машине было удобней оперировать, и местные радикалы, чтобы прятать под одежду. И вот гля, сюда доехало.

Четыре магазина, "глок" под сорок пятый, без запасного, еще один амулет от пуль, такой же как и у водителя, еще "дырокол", обычный, плюс "щелчок" в петле на запястье... нормально так ребята вооружились.

Документов ни на ком не было.

Потом вдруг мысль стукнула - Хмель!

Схватился за чарофон, ткнул в двойку, он ответил почти сразу.

- Слава, ты там живой? Это к тебе приезжали?

- Ко мне. Живой. Одного положил, двое сбежали.

- Вызвал Дружину?

- А стоит?

Я вздохнул. Потом сказал, стараясь звучать как можно спокойней:

- Слав, тебе статья точно нужна? У тебя холодный на руках и соседи выстрелы слышали, всё верно? Вызывай, короче, и я продублирую. Мы этот фургон перехватили, один пленный.

И дальше я взялся за рацию, вызывая диспетчерскую патруля. Потом по-быстрому попытался допросить пленного, но тот просто молчал. Уже понял, что его сейчас дружинники заберут, так что пугать мне его нечем. Хотя не могу сказать, что в участке ему будет лучше. И еще подозреваю, что скоро Линев нарисуется. Почему подозреваю? Да потому что Кузьминку уже звоню. Правила надо соблюдать, мы теперь с ними в открытую играем. Ну, почти. В части касающейся.

Подошел к фургону, посмотрел на борт - надпись "Западный полюс" почти оторвалась. Бумага на ленте. Одеты грузчиками, в спецовках. Оба.

Заглянул внутрь - пусто.

И чего хотели? Не покушение, точно. Очередная попытка похищения? Теперь Хмеля? Это как-то начинает надоедать. Из-за карты? Или что-то новенькое?

Глянул на бампер "широкого" - ничего, пара царапин. Силовой - штука полезная, хоть и тяжелая.

Послышался звук сирены. В конце улицы показался "хантер" дружинников, затем, почти сразу, на улицу выкатился "соболь" в их же цветах - это уже группа, дознаватели и прочие. Давайте теперь общаться.

 

 

Хмель

28 апреля, вторник

 

Неожиданно завибрировал чарофон, напугав своим жужжанием до полусмерти, я вздрогнул и поспешно ответил на вызов. Звонил Николай; он поинтересовался стрельбой, я вкратце обрисовал ему ситуацию, и Гордеев ожидаемо посоветовал без промедления вызвать дружинников, потом отключился. У него тоже без приключений не обошлось, что только к лучшему - так или иначе скоро всё прояснится.

Но совет он дал верный на все сто: по соседству люди живут, могли выстрелы услышать и куда следует сообщить. А у меня труп на руках. Непорядок.

Я выругался, взял табличку "Санитарный день" и скотчем приклеил её снаружи на дверь поверх пулевого отверстия. Подняв с пола телефонный аппарат, сообщил о происшествии дружинникам, но звонил на случай причастности к нападению Ханина не в дежурную часть, а непосредственно в приёмную отдела контрразведки. Потом набрал знакомого стекольщика с просьбой привести в порядок окно.

А что такого? Не оставаться же теперь с выбитым окном?

Неожиданно со второго этажа послышался какой-то приглушённый шум, я быстро поднялся со стула и перебежал к стене.

- Хмель? - после секундной паузы послышался от лестницы голос Сани-чародея, который не иначе как перебрался на мою половину дома через чердак.

- Я!

- Нормально всё?

- Порядок!

Саня спустился на первый этаж и встал на верхней ступеньке, разглядывая окровавленное тело.

- И это для тебя порядок? - охнул он. - За пиво, что ли, не заплатил?

- Типа того, - поморщился я и укорил чародея: - А ты, смотрю, не торопился!

- Я спал! - возмутился Саня, деактивируя короткоствольный чаромёт. - Проснулся, сразу прибежал.

Явился чародей босиком в тренировочных штанах и майке-алкоголичке, поэтому сомневаться в его словах не приходилось.

К бару подъехала машина, я выглянул в окно и увидел обычный УАЗ с синей полосой на боку.

- Проваливай, - приказал Сане, когда из машины высыпали вооружённые до зубов дружинники. - Тебя здесь не было.

- С Колей связаться?

- Уже связался. У него своих проблем полон рот.

В дверь требовательно постучали, я снял "Таурус" с боевого взвода, убрал револьвер в кобуру и впустил внутрь группу быстрого реагирования. Разумеется, предварительно представился, но и так один боец удерживал меня на прицеле, пока остальные проверяли бар.

- Я вас сам вызвал вообще-то, - поморщился я из-за боли в левом плече, на котором уже проступили кровоподтёки, оставшиеся от хватки зарезанного мной бугая.

- Порядок такой, - отрезал старший сержант и потребовал: - Сядьте и посидите.

- А что такое?

- До приезда следственной группы ничего трогать нельзя.

- У меня время достаточно было так-то, - сварливо напомнил я.

- Порядок, - отрезал дружинник, не слушая возражений.

Впрочем, я особенно на своём и не настаивал. Порядок, значит, порядок.

Сел на стул. Голова кружилась, в ушах звенело.

Но - живой. А это главное...

 

Следственная группа прикатила на "газели" минут через десять, следом подъехал "Хантер" с мигалкой. Из него выбрался худощавый господин в чёрном дорогом пальто, конопатый и длинноносый. Начальник отдела контрразведки Григорий Кузьминок пропустил вперёд следователей, потом поднялся на крыльцо и покачал головой.

- Ну и бардак у тебя, Хмелев! - протянул он, встав на пороге.

- Так это бар, а не библиотека, - парировал я.

- Логично, - кивнул Кузьминок и отпустил старшего сержанта. - Свободны. - Но сразу поправился: - Пока не уезжайте, на улице подождите.

Бойцы группы быстрого реагирования покинули бар. Один из следователей сунул в пластиковый пакет окровавленный кухонный нож, второй занялся фотосъёмкой места преступления. Вольнонаёмный эксперт склонился над мёртвым телом и забормотал в диктофон:

- Одна колотая рана в области шеи...

Я не стал прислушиваться к его словам и обратил своё внимание на гимназиста в длинном кожаном плаще и кожаной же фуражке с меховым подбоем. Прибывший вместе со следственной группой колдун присел у стола, под который закатился оброненный нападавшим амулет и провёл вокруг него алхимическим маркером непрерывный круг. Реагент зашипел, намертво въедаясь в доски.

- Что там? - поинтересовался Григорий, когда гимназист провёл над крупным кристаллом обыкновенным ивовым прутиком.

Колдун предостерегающе вскинул руку, призывая к молчанию, и закрыл глаза, но сразу встрепенулся и поднялся на ноги.

- Хитрая штука. Парализатор.

- Почему тогда хитрая? - удивился контрразведчик. - Их в любой лавке навалом. И у каждого второго защита куплена.

- От такого ментальная защита не поможет, он непосредственно на нервную систему действует. К обороту, кстати, запрещён из-за перманентного паралича конечностей в десяти - пятнадцати процентов случаев.

- Отследить покупателя можно?

- Сомневаюсь, - покачал головой колдун и позвал следователя: - Приобщайте к вещественным доказательствам. Только голыми руками не хватайте, он хоть и деактивирован, но мало ли.

- Ладно, - вздохнул тогда Кузьминок. - Излагай, Хмелев, свою версию.

Я в двух словах рассказал, как всё было, ничего не приукрашивая, ничего не упуская. Но гимназист лишь покачал головой.

- Не сходится, - прямо заявил он. - Парализатор был активирован. Либо его не успели пустить в ход, а значит вы атаковали первым, либо должна быть серьёзная причина, по которой он не сработал. Обычный амулет от ментального доминирования не помог бы.

- Была защита. Была! - подтвердил я и закатал рукав, демонстрируя плетёный браслет с обуглившейся зелёной нитью. - И озаботился я своей безопасностью не вчера и не позавчера. Есть свидетели. Так что не надо инсинуаций.

- Позвольте! - Колдун с интересом осмотрел браслет и даже поводил над ним ивовым прутиком. - Оригинально! - улыбнулся потом. - Задумка отличная, а вот исполнение на троечку.

- Почему это? - оскорбился я. - Сработало ведь!

- Сработало, - подтвердил гимназист, - но видите обугленную нить? Она вплетена в узлы, которые выступают ключевыми точками, и когда произойдёт их разрушение, энергия плетения вырвется наружу, и вы останетесь без руки. Я бы настоятельно советовал вам от этого украшения избавиться.

Недолго думая, я выщелкнул клинок выкидного ножа и срезал браслет.

- Я больше не нужен, заключение пришлю до конца дня, - заявил тогда гимназист.

- Подождите, - задержал его Кузьминок, который до сих пор не задал мне ни одного уточняющего вопроса. - Сейчас машина в участок пойдёт. Подвезём.

И точно, вскоре старший группы подошёл к нам с многочисленными пакетами, в которые сложили обнаруженные у покойника вещи, и объявил, что они здесь закончили, остаётся лишь взять с меня письменные показания. Но Кузьминок следовать протоколу не пожелал.

- Изложи всё в письменном виде до конца дня, - потребовал он, - вечером пришлю кого-нибудь.

- И ещё непонятно как с карабином быть, - замялся следователь, демонстрируя пакет с двумя стреляными гильзами двенадцатого калибра. - Разрешение оформлено, огнестрельных ранений у покойника не зафиксировано.

- Хмелев, ты в кого-нибудь попал? - уточнил Григорий.

- Нет.

- Карабин оставляйте, - распорядился тогда контрразведчик.

- А с этим что? - указал я на мертвеца.

- Позже заберут в морг на опознание, - пожал плечами следователь.

- Особые приметы есть? - уточнил Кузьминок.

- Нет. Возможно, что-то под одеждой обнаружится. Карманы пустые, одежду явно специально для дела приготовили.

- Хорошо, - кивнул Григорий, - возбуждайтесь по попытке похищения, по убийству готовьте отказ. Приеду, подпишу. И да - тут стрельба недалеко была, заберёте её у Могилевского и объедините в одно производство.

- Есть основания?

- Есть.

Следователи погрузились в "газель" и уехали; перед баром остались стоять "Хантер" и УАЗ группы быстрого реагирования.

Я запер дверь и спросил, заранее зная ответ:

- Что за перестрелка?

- Сосед твой фургон перехватил. Сел на хвост, когда он от бара отъезжал и нагнал неподалёку. - Кузьминок подошёл к стойке и взял чудом не сброшенный на пол бутерброд.

- Может, чай? - предложил я.

- Да, давай.

Я поднял с пола чайник, перешагнул через покойника и ушёл на кухню. Набрал воды, поставил его на плиту, потом быстро нарезал булку белого хлеба и кольцо кровяной колбасы и вернулся в бар.

- Угощайтесь.

- Ты этого кадра точно раньше не видел? - указал Григорий на покойника.

- Нет.

- Не встречал в "Западном полюсе", к примеру?

- Не поручусь, - воздержался я от однозначного ответа, собрал разлетевшиеся по полу хлеб и колбасу и выбросил их мусорное ведро. Сходил за чайником, наполнил две кружки, пожал плечами. - Весь персонал в лицо не знаю.

- Владимир Михайлович уверил меня, что не причастен к этому прискорбному инциденту.

- Было бы странно, возьмись он утверждать обратное, - буркнул я, откусил бутерброд и отпил чая.

Кузьминок последовал моему примеру, потом сказал:

- Я ему верю.

- А мне, значит, нет?

- От разрыва контракта потерял ты, а не "Западный полюс". Нет никаких причин оказывать на тебя давление.

- Нормальное такое давление, - хмыкнул я, допил чай и вынес из подсобки ведро с лентяйкой. Кровь смывать лучше, прежде чем она намертво в доски пола въесться успеет.

- Правда, на фургоне и в самом деле была надпись "Западный полюс", - вздохнул Григорий, взяв с тарелки новый бутерброд, - тебе не показалось.

- Угнали?

- Гордеев говорит, ватман приклеили.

Я наполнил ведро водой, сунул в него зацепленную на лентяйку тряпку и предложил:

- Если фургон перехватили, не хотите на место съездить?

- Не хочу, - просто ответил Кузьминок и долил себе чая.

- А чего так?

За тряпкой по полу оставались бурые разводы, но я тщательно замыл оставленный покойником кровавый след, вымыл тряпку и прошёлся второй раз. Стало лучше.

Григорий доел бутерброд, потёр искривлённый нос и задумчиво произнёс:

- Слишком много неясного в этом деле, слишком много. Когда похищают кондуктора - это одно, но в тебе какая ценность?

- Пфу! - выдохнул я. - Тоже мне бином Ньютона! Человек остаётся без покровительства Дружины, и на него сразу пытаются наехать, первый раз такое, что ли?

- Тебя не только Ханин опекал, так ведь? - не вдохновился этой версией контрразведчик. - Сам знаешь, как такие дела делаются. Подошли бы серьёзные люди, предложили охрану, ты бы их в "Ширли-Муры" направил. Правильно? Правильно. И Селина с Гамлетом в причастности заподозрить сложно: ты им живой и здоровый нужен, а не в инвалидном кресле.

Я только вздохнул. Кузьминок был кругом прав: похищать меня никакого резона не было. А если бы Ханин решил рынок перекроить, то налётчики совсем иначе бы действовать стали. С пары коктейлей Молотова начали бы, как минимум.

Начальник отдела контрразведки взял со стула пальто, надел его, оправил лацканы, затем повернулся ко мне.

- Вот я и думаю: кому ты понадобился живым?

- Понятия не имею, - поёжился я.

- А ещё думаю, - продолжил Григорий, - не связано ли это с тем инцидентов в Лудино, когда горожане Платона захватили, а вы его обратно выменяли.

У меня по спине побежали мурашки, но вида я не подал.

Утаить тот случай от контрразведчиков не получилось, но тогда Кузьминок глубоко копать не стал. Когда захватывают кондуктора - мотив лежит на виду. А теперь появилась дополнительная информация для размышления, и наша версия стала трещать по швам.

Поэтому я сходу отбрасывать это предположение не стал и задумчиво протёр переносицу.

- Думаете, это горожане были? Расквитаться решили? Ерунда какая-то. Скорее уж Сёстры Холода могли о нашем участие сами знаете в чём заподозрить.

Григорий указал на покойника.

- Это определённо мужчина.

- А если наёмник?

- Не знаешь их контингент? Уголовники. Все в наколках, а здесь ни одной, по крайней мере, на виду. Больше похоже на работу горожан...

- Горожане хотели оказать услугу ведьмам? - предположил я, рассчитывая увести разговор в сторону, но не вышло.

- Не так давно Лига полностью прекратила сотрудничество с Городом. Причины конфликта нам не известны, но информация точная. Так вот я думаю, может, ты в курсе?

Острый взгляд контрразведчика заставил поёжиться, но я беспечно улыбнулся.

- Чего не знаю, того не знаю.

- Ну, не знаешь и не знаешь, - махнул рукой Кузьминок. - Я тоже многого не знаю. Например, зачем ты сорвался из Форта в день, когда в Лудино захватили Платонова, и почему у тебя было разбито лицо...

Я вздохнул. О вломившихся в особняк парнях, которых застрелил в подвале, мы в Дружину во избежание неуместных вопросов сообщать не стали и закопали их в сугробе на одном из пустырей неподалёку.

- Это вопрос? - уточнил я, не став торопиться с объяснениями.

- А разве не похоже?

- Дурацкая история. На нервах тогда был, злоупотреблял. Утром упал и нос разбил. Гордеев психанул и ждать меня не стал, один уехал. А я кровь остановил и за ними сорвался.

- Долго останавливал, как мне сказали.

- Так я и здоровье заодно подлечил, об этом не рассказали разве?

Кузьминок кивнул и направился на выход. В дверях развернулся, указал на меня пальцем и заявил:

- Я за вами присматриваю. - И вышел за дверь.

Сказал "присматриваю", но УАЗ с группой быстрого реагирования укатил вслед за "Хантером". Вот тебе и присмотр.

Ругательство вырвалось тихим шёпотком; громче я его повторять не стал, вместо этого оттащил покойника к порогу, поменял воду и принялся на третий уже раз замывать пол. А когда за телом приехали из морга, прошёлся с лентяйкой ещё на раз. Особого смысла в этом не уже было, просто требовалось хоть чем-то себя занять.

Иначе на душе как-то совсем уж тошно становилось. Так тошно, что даже пить не хотелось. Не знаю, кто и зачем это устроил, но вывести меня из зоны комфорта ему удалось совершенно точно. Я даже визиту стекольщика обрадовался не столько из-за быстрой починки окна, сколько в силу возможности отвлечься на банальное обсуждение погоды.

Хорошо поговорили, в общем. Ещё бы счёт за работу поменьше был...

 

 

Клондайк, 28 апреля, вторник.

 

Дознаватели на месте перестрелки надолго нас не задержали. Все очевидно и понятно. Мы при исполнении были, в конце концов. Услышали выстрелы, увидели убегающую машину с полуоторванной фальшивой надписью, погнались, те попытались скрыться, а потом еще и отстреливаться. Потребовали от нас написать рапорты, что мы пообещали немедленно сделать в месте потеплей.

Задержанного увезли в "хантере", за трупом приехала еще одна газель, помятая с левого бока - труповозка, но такая, которая сперва в отдельный морг везет. К убитому, скорей всего, еще и колдуны наведаются, остатки ауры там поснимать и все такое. Там уже на носилках один труп лежал, завернутый в полиэтилен. Газель злодеев, хоть и мятая, оказалась на ходу и ее просто угнали, а мы, попрощавшись с дознавателем Могилевским, который был в группе за главного, поехали в паб.

Паб, к моему удивлению, был открыт, Хмель замыл с пола большую лужу крови, похоже, а воду выплеснул в сток у края тротуара, отчего остатки снега там порозовели и выглядели... подозрительно. Но что кровь - так сразу и не скажешь, так что нормально. Дыра в двери была заклеена с обеих сторон листками бумаги, труп увезли, та же "газель" прихватила и его.

- Ну давай, наливай и рассказывай, - с порога объявил я.

Людей в пабе не было вообще покуда, рано, в это время разве что случайные и похмельные залетают, но вот сейчас никого не было. Или Хмель только открылся?

- Пива? - Хмель спросил чуть с подозрением, выразительно покосившись на часы.

- Мне чаю, - замотал головой Дмитрий.

- А мне пива, - радостно объявил я. - Это у тебя, Слава, утро, а я с ночного дежурства, сейчас спать пойду, так что самый, что ни на есть, вечер. С тебя показания взяли уже?

- Кузьминок, - кивнул он.

- Кузьминок? Из дружины не приезжали, что ли?

- Кузьминок сразу дело забрал. Я ему что-то про происки конкурентов загнул, но он сказал забыть. Думают, что тут что-то серьезней.

- Почему думают? - чуть насторожился я.

- Откуда я знаю? - Хмель выставил передо мной полную кружку. - Мне он не докладывал. Но есть чувство, что им что-то известно. Захват Платона припомнил, явно на Город грешит.

- Город? За картой приходили?

Вообще-то логично предположить.

- Может быть и Город. Но вот в то, что городские шпионы мне будут колеса спускать..., - Хмель покачал головой, - как-то сомневаюсь я.

- Колеса?

- Золотники вывинтили.

Хм... ну да. Теперь уже не логично. Если Хмеля похитить хотели, что самое глупое что можно сделать перед этим - начать пугать. Жертва от такого только насторожится. Может Хмель и насторожился?

- Слав, а расскажи, как было. Подробно.

- Этому сейчас чаю налью, - он показал пальцем на Дмитрия, уже севшего писать рапорт, - и расскажу. К пиву дать чего-нибудь?

- А что есть?

- Пирожки с ливером остались со вчера, только холодные.

- Давай парочку, я не завтракал, окривею с пива.

Из подвала поднялся Иван, подошел поздороваться.

- У нас все приключения, - сказал.

- Да вижу. Разберемся, надеюсь.

- Хотелось бы.

Хмель оставил бар на помощника, сам подсел ко мне, за самый дальний столик.

- Ну расскажи, как было.

Хмель рассказал. Неторопливо, обстоятельно, со всеми подробностями. ну молодец, отбился, хоть и случайно.

- Слав, вот зачем тебе оружие, если ты носишь его в обычной сумке? Держишь под прилавком без патрона в патроннике? Со сложенным прикладом? Для чего делается складной приклад?

- Для компактности? - предположил он.

- Для езды в машине. Выскакиваешь и раскладываешь. Слав, почему патрона в стволе не было?

- Ну... техника безопасности, - несколько озадачился он.

- Чьей безопасности? Того, кто на тебя нападает? Есть предохранитель, он в "вепре" удобный. Там и спуск такой, что случайно нажать трудно. То есть получается, что на тебя нападают, а ты должен достать оружие, дослать патрон, при этом без приклада это медленней, потом ты там начнешь что-то делать. Револьвер на тебе?

Он молча похлопал по кобуре под рубашкой.

- А почему не стрелял?

- Он сразу на меня кинулся. Прижал к стойке, не дотянуться было. Попытался кулаком навернуть, я его ножом достал.

- Нож ведь случайно там оказался?

- Ну так-то да.

- А если бы не оказался, что бы делал?

- Так выкидуха в кармане. Её просто доставать дольше было.

- С выкидухой против двоих вооруженных?

Дмитрий прислушивался к разговору с явным любопытством.

- А как еще?

- Если на тебя бегут, а ты вооружен - не жди, блин, успеешь достать ствол или нет, отбегай! - вздохнул я. - Маневрируй. Всегда подставляй левый бок. Если бьют уже - не отмахивайся, прикрывай ствол собой и продолжай его тащить. Я покажу, смотри, - я встал из-за стола. - Вот я здесь, противник... метра три или сколько до него было?

- Три-четыре, это до второго. Первый ближе подойти успел.

- Значит, я левой рукой хватаю свитер... или рубашку как у тебя, за полу, поддергиваю ее вверх, смотри, - я начал медленно показывать. - И при этом двигаюсь в сторону, не боюсь даже спиной повернуться, лишь бы прикрывать собой оружие и основную руку. Даже если навалился - тащу ствол, - я, горбясь и почти пополам согнувшись, медленно вытащил "кимбер". - И вот так, все еще прикрывая собой, стреляю в упор. Или сблизи. Никакой амулет на такой дистанции не работает, кстати. А в упор ты еще в него всю струю газов запустишь.

- Он мне по голове по-любому успевал дать. А там товарищ немаленький был.

- И что? - я даже возмутился. - Нагни голову, напряги шею, не подставляй лицо - и что дальше? Там же кость, только руки отобьет. Ты знаешь почему человека в драке неопытного нокаутируют? Потому что он голову от плюхи старается держать подальше. То есть тянет шею и подставляет подбородок. А надо ее наклонять вперед, подставлять лоб и держать как можно ниже. Пусть бьет, это теперь его проблема, - я снова вздохнул. - Раз ударит, два, с третьего ты его застрелишь. Нокаут - это всегда неожиданный удар, если удара ждешь - хрен кто тебя так запросто вырубит.

- Я сумку же быструю купил, - напомнил мне он.

- А ты с ней практиковался? - я ткнул его пальцем в грудь. - Вот только честно? Я просто уже личную статистику собрал: на тебя уже и раньше нападали и ты не разу не смог вовремя вытащить ствол. Потому что он каждый раз у тебя хрен знает где и доставать ты его не умеешь.

- И что делать будем?

- Будешь ко мне на курсы ходить по вечерам, - я убрал пистолет в кобуру и сел обратно за стол. - Потому что иначе тебе оружие просто не нужно. Я все это умею - и все равно каждый день хоть десять минут, но практикуюсь. А ты ствол купил, а стрелять не купил. Пулевая стрельба в тире "Динамо" меткость дает, но больше ничего.

Я и вправду возмутился. Ну какой смысл вооружаться, если ты это все применить вовремя не можешь? Хотел и дальше продолжать высказываться, но тут прямо у окон остановилась машина, казенного вида "Хантер" с мигалкой на крыше, следом подъехала грязная "нива" с эмблемой "Форт-Логистка" на борту. Двери открылись, с заднего сиденья выбрался невысокий мужик в вязаной шапочке-подшлемнике, с ним вышли еще двое, вооруженные.

- Это кто?

- Гельман, - мне показалось, что он произнес это с облегчением. - Доложили уже, значит.

Когда Гельман вошел в бар, я его узнал, видел разок на стоянке перед штабом Патруля. Он у них за зампотыла там, а теперь еще и Хмелю теневой партнер.

Подошел к столику, поздоровался, потом спросил у Славы:

- Где может тет-а-тет организовать?

- Пошли вниз, - сказал Хмель. - Сюда народ сейчас подтянется.

Они ушли, а я тоже сел за рапорт, попутно попивая пиво под пирожок. Все же голодный.

 

Хмель

28 апреля, вторник

 

Лучший способ отвлечься от нелёгких раздумий - занять себя делами. Так и поступил. Поначалу просто руки опускались, но понемногу втянулся. Осколки стекла подмёл и в мусорное ведро выкинул, незамеченные брызги крови подтёр, сдвинутые столы по своим местам расставил. Потом приехал Иван Грачев, и мы открыли бар.

А почему нет? Нельзя ото всех закрыться и надеяться, что пронесёт. Не пронесёт, факт.

Когда я уже позвонил плотнику и договорился о замене простреленной филёнки, подъехал автомобиль Гордеева. Накормил его с Митей завтраком, рассказал о случившемся, ожидаемо выслушал кучу советов о том, как вести себя в подобных обстоятельствах.

Возмущаться нотациям не стал; если на чистоту, всё было по делу. Так уж получилось, что при обучении в Братстве упор делался на несколько иные вещи. Что нам точно не преподавали, так это индивидуальную огневую подготовку. Лишним не будет.

 

Потом пожаловал Гельман. Заместитель начальника Патруля захотел общения наедине, и я отвёл его в подвал. Артём с интересом оглядел сводчатый потолок, баки и котлы, потом улыбнулся.

- Первый раз здесь.

- Пиво будешь?

- Нет, я поговорить...

- Подожди, - остановил я его, взял собранный Саней-чародеем детектор и прошёлся по комнате, выискивая возможные подслушивающие устройства. Ничего не обнаружилось. - Чисто.

- И часто жучки в пивоварнях ставят?

- Так и похищают пивоваров не каждый день.

- Логично. - Гельман расстегнул пальто и убрал его на вешалку, потом уселся за стол и указал мне на место напротив. - Рассказывай.

Я с обречённым вздохом начал в очередной раз описывать утренние события, но как оказалось, само по себе нападение Артёма нисколько не интересовало.

- Брось, Слава! - отмахнулся он. - Ты это дружинникам заливай, они такое любят.

- Не понял, - насторожился я.

- Меня не интересует "как", меня интересует "кто" и "зачем". Кто на тебя наехал, Слава?

- Понятия не имею, - ответил я, особо даже не покривив при этом душой.

Гельман забарабанил пальцами по столу.

- Так дела не делаются, - заявил он некоторое время спустя. - Есть устоявшийся порядок действий. Если ты перешёл кому-то дорогу, тебе намекнут. Не поймёшь намёка, объяснят доступно. И лишь потом, повторяю: только после этого! - применят меры физического воздействия.

- Да ладно!

- Пойми, Слава, весь Форт давно поделён на сферы влияния. Поломаешь мелкого коммерсанта, а он под серьёзными людьми ходит. И не напрямую, не очевидно, а через десять прокладок. Себе дороже. Так больше не делают.

- Прямо Семёра церемониться станет.

- Ты мне зубы не заговаривай! Меня всякая босота не интересует! - разозлился Гельман. - Скажи, намёки были?

- А ты с чего всполошился?

- Не считая того, что штаб на тебя оформлен?

- Ну да. Не считая.

- А дело в том, Слава, что намёки могли быть не только тебе адресованы. Или вообще не тебе. А мне. Об этом не думал?

Я откинулся на спинку стула и задумался. Определённый резон в этих словах был.

- У тебя неприятности, Артём?

- Если не заметил, я на себя неплохой бизнес перевёл. Многие на него облизывались, Хмель. Очень многие.

- А я тут при чём?

- А на кого здание оформлено, где "Форт-Логистика" базируется, а? Мы теперь в одной лодке.

Я кивнул. Действительно - в одной.

- Ладно, - вздохнул я. - Были намёки. Но о-о-очень тонкие. Я их не понял.

- Так может они были не тебе? Излагай!

Но ни патрон на капоте, ни спущенные колёса Гельману ничего не сказали.

- Ерунда какая-то, - пробормотал он, задумчиво глядя куда-то в сторону.

- Ерунда, - подтвердил я. - Как по мне, должен был последовать ещё один... намёк, а никак не налёт.

- Думаешь, разные люди?

- Ничего не думаю.

- А стоило бы! - подался вперёд Гельман. - Думать далеко не столь вредно, как об этом говорят. Я бы даже сказал - полезно! Хотя бы иногда!

- Не кипятись, Артём, - вздохнул я. - Думал я, думал. И даже к тебе приходил по этому поводу, так?

Заместитель начальника Патруля удивлённо хмыкнул.

- Так ты на Ханина грешишь?

- А на кого ещё? Только с ним разошлись, сразу начались... намёки.

- Ханин бы на тебя труп повесил.

- У соседа подвязки в Дружине, отмазали бы.

- А Селин? - выдвинул новую версию Гельман. - Беспокойные ребята, могли тебя крутить начать.

- Крутить - могли. Налёт зачем устраивать?

- Да, не вписывается, - подтвердил Артём. - Значит, нет идей?

- Нет. Но если к тебе придут с разговорами, ты не забудь, что мы в одной лодке, да?

- Я тебя умоляю, Слава! Когда я забывал о друзьях?

- У тебя есть друзья? - не удержался я от укола.

Гельман поднялся из-за стола и снял с вешалки плащ.

- Смешно пошутил, смешно, - обернулся он, застёгивая пуговицы. - Мой тебе совет: прими сто грамм и ложись спать. Не у всех есть чувство юмора, знаешь ли.

- Приму к сведению. Пиво возьмёшь?

- Нет, спасибо. Коньяк предпочитаю. Держи меня в курсе, хорошо?

- Меня бы кто в курсе держал. Я послезавтра до конца недели уеду, в понедельник с утра вернусь только, наверное.

- Не пропадай, - напутствовал меня Артём Гельман и взбежал по лестнице, покидая подвал.

Я поплёлся следом и даже вышел попрощаться. Уже на крыльце заместитель начальника Патруля указал на "ниву" с эмблемой "Форт-Логистика" и предупредил:

- Ребята постоят тут на виду сегодня-завтра.

- Тоже намёк?

- Именно.

Гельман укатил, я вернулся в бар и подсел к Николаю и Дмитрию.

- Ну что? - спросил Гордеев.

- Ничего, - покачал я головой. - Боится, как бы это не из-за раздела наследства Жилина пожаловали.

- А могли? - удивился Митя.

Я задумался об этом, но сразу покачал головой.

- Нет, не могли. - И поднялся из-за стола. - Ладно, пойду показания оформлю, Кузьминок обещал человека вечером прислать. Если что, позже поговорим. И это... там "нива" стоит, не обращайте внимания. Гельман оставил.

- А смысл? - удивился Митя. - Если что, в машине их и положат.

А вот Клондайк о мотивах Гельмана догадался сразу.

- Это для тех, кто колёса спустил, так? - предположил он..

- Именно, - кивнул я и отправился искать ручку и чистую бумагу. Проходя мимо стойки, вдруг вспомнил о словах приезжавшего с контрразведчиками колдуна и повернулся к помощнику. - Да, Ваня, представляешь, меня ведь браслет сегодня спас. Не говорил?

- Отлично! - обрадовался Грачев. - Передам девчонкам.

- Передай, - кивнул я. - А ещё передай, что сработавшая нить могла нарушить узелки, и выброс энергии оставил бы меня без руки.

- Ох ты, блин...

- Вот тебе и блин. Так что и благодарность передавай, и для размышления информацию.

- Но завтра им подходить?

- Обязательно! - похлопал я по плечу приунывшего помощника. - Обязательно пусть подходят, хрен я без такой защиты теперь из дома выйду...

 

 

 

<- Предыдущая часть // Следующая часть ->

 


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать электронный текст в магазине Андрея Круза в форматах fb2 и epub
Купить и скачать на Литрес
Скачать и слушать аудиокнигу

 

 

 

Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

 

Павел Корнев. ПадшийСпящий

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон