Авторизация



 

 

 

Ледяная цитадель. Глава 5

Читать книгу Павла Корнева "Ледяная цитадель", цикл Приграничье

 


Купить бумажное издание
Купить электронный текст на Литрес
Купить и скачать электронный текст на сайте автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Скачать аудиокнигу

 

Глава 5

 

 

Но сразу отправиться в путь не получилось. Сначала ждали, пока соберутся свободные от дежурства патрульные, потом искали неведомо куда запропастившегося колдуна. И все это время на холодном ветру. Замерзли так, что пальцем щелкни — зазвеним.

— Без колдуна не поедем, — сразу предупредил старший лейтенант, раскуривая очередную папиросу. — Мало ли на кого наткнемся.

 

— Понятно, — вздохнул я и отвернулся к судорожно сглотнувшему слюну Напалму. — Чего ты?

— Да так. — Пиромант искоса глянул на прислонившуюся к стене Веронику и сунул мятую сигаретную пачку обратно в карман. — Курить охота, сил никаких нет. Аж скулы сводит.

— Мне бы твои проблемы.

— Ты-то чего дергаешься? — удивился парень. — У тебя ж все хорошо, наслаждайся жизнью.

Все хорошо, да не очень.

Но говорить об этом я, разумеется, не стал. У меня ведь действительно всегда все хорошо. А то и замечательно. В крайнем случае — нормально. А как оно на самом деле, кому какая разница? Это уже мое личное дело.

Поэтому ничего пироманту не ответив, я отошел к гаражу в тщетной попытке найти хоть какой-нибудь защищенный от ветра закуток.

— Евгений, ну чего ты? — и не подумал отстать Напалм. — Расслабься и получай удовольствие.

— Расслабиться и получать удовольствие? — прорвало вдруг меня. — С чего бы это? Меня заказали и пытались убить, компаньон оказался сукой, я жутко замерз и ко всему прочему придется лезть на промзону под бандитские пули!

— Слушай, Жень, ты на все это как-то повлиять можешь? Нет? Вот и расслабься. Чего дергаться? — Напалм обернулся, настороженно глянул на подругу и полез в карман за сигаретами: — А вот я могу попытаться втихаря покурить и, если ты немного сместишься в сторону…

— Сигареты в покое оставь, — предупредила его Вероника.

— Какие сигареты? — удивился пиромант.

— Плохо понял?

— Видишь? Вот это проблема. Как тот осел, у которого перед носом морковку повесили. Видит око, да зуб неймет.

— Ты-то хоть не мерзнешь, — буркнул я и начал подпрыгивать на месте, пытаясь немного согреться.

— Толку-то? — пожал парень плечами. — А тебе, может, тот самый шанс выпал. Главное, клювом не прощелкай.

— Какой еще шанс? — не понял я, потом вспомнил вчерашний разговор и поморщился: — Ты об этом! Да ну, припрягли на общественных началах. Даже не за харчи.

— Зато новыми связями обзаведешься. Если все срастется, многие влиятельные люди будут тебе весьма признательны.

— А другие влиятельные люди уже сейчас мозги мне выбить желанием горят. Да и вилами по воде писано, что хоть кто-то спасибо скажет.

— Писями по воде виляно, — поправил Напалм и хохотнул: — Сказать скажут, может, даже руку пожмут. Вот с материальным поощрением не все так радужно.

Я хотел, было, в подробностях рассказать, где видел это самое поощрение, но вовремя сообразил, что никто не обязан выслушивать мое нытье, и махнул рукой:

— Ладно, видно будет. Лучше скажи, чего ты сам как удав спокойный? Не на антидепрессантах, случаем, сидишь?

— А чего дергаться? Как говорил товарищ Гной: «Прорвемся»! — фыркнул пиромант и вздохнул: — Покурить бы только…

— Для тебя прогулка на промзону — это ерунда, что ли?

— Работа как работа. Бывало и хуже. Да и не изменить уже ничего, карты розданы. И смысл себя накручивать?

— Тоже верно, — кивнул я, начиная постепенно успокаиваться. — Ладно, что ни делается, все к лучшему.

— Само собой.

Тут к машинам подошел невысокий дядька лет сорока в меховой шапке и теплом кожаном плаще до пят. Он огляделся по сторонам и крикнул:

— Юрий Аркадьевич! Куда пропал?

— Здесь я, здесь, — вышел из гаража старший лейтенант. — Где тебя черти носили?

— Амулеты подбирал, — объяснил дядька, в котором я с первого взгляда опознал колдуна. — Сами-то вы готовы?

— Мы как пионеры, Павел Геннадьевич, всегда готовы.

— Амулеты у парней проверил?

— Только вчера заряжали.

— Поехали тогда. — Колдун с кряхтением забрался на гусеницу, распахнул дверцу Нивы и уселся рядом с водителем, но сразу же выглянул обратно. — Шевелитесь, а то магическая буря приближается. У меня аж зубы ломит.

— Давайте к нам, — предложил мне старший лейтенант.

Я отказываться не стал, а вот Напалм покачал головой:

— Не, мы лучше в грузовике.

— А чего так?

— Меньше народу, больше кислороду.

— Ну как знаете…

Я залез в Ниву, замкомроты уселся рядом, а стоило Напалму и Вере забраться в кузов к десятку рассевшихся там по лавкам патрульных, как заранее прогретые автомобили зарычали двигателями и отъехали от гаража.

— Заходи вечером, — обернулся к Юрию сидевший на переднем сиденье колдун. — В шахматишки сыгранем.

— Не, я к Людке сегодня, — отказался старший лейтенант.

— Разве? — удивился Павел Геннадьевич. — Она вроде с Самойловым в Форт умотала.

— Вот ведь паразит! — выругался расстроившийся патрульный. — Не, тогда напьюсь. У меня пол-литра заначено. Буду стресс снимать.

— А какие проблемы? Ты с бутылкой и заходи. Я рыбы пожарю, мне с Нижнего хутора передали.

— На рыбу приду, — поерзал на не шибко удобном сиденье Юрий и, почесав заросший рыжеватой щетиной подбородок, повернулся ко мне: — А чем, если не секрет, Дружину Бородулин заинтересовал?

— Вы за Бородулиным? — удивился колдун. — Головастый мужик.

— Да он свидетелем по одному старому делу проходит, — не стал придумывать лишних подробностей я. — Сейчас по нему подвижки появились, надо срочно показания уточнить.

— А-а-а…

Старший лейтенант сразу сообразил, что ему вешают лапшу на уши, но лезть с расспросами не стал. И неладного не заподозрил — настоящий дознаватель в подробности дела тоже вдаваться бы не стал. Если вообще соизволил бы что-нибудь ответить. Патруль как-никак под Дружиной числится, а не наоборот.

Тут я ненадолго прикорнул и потому был лишен сомнительного удовольствия слушать треп гимназиста и патрульного, а заодно и лицезреть вызывающие дрожь виды полуразрушенных цехов. Снег, бетон и ржавое железо. Бр-р-р…

Разбудили меня, когда автомобили въехали в какой-то заметенный снегом двор, и остановившийся в воротах грузовик заблокировал проезд. В кузове остался только расчет крупнокалиберного пулемета да двое автоматчиков, а остальных патрульных тут же принялся гонять старший лейтенант.

Одних туда, других сюда. Боевое охранение выставить, огневые позиции занять…

Спросонья мне в смысл его распоряжений вникнуть никак не удавалось, но я не очень-то и старался. Единственное, что в очередной раз отметил — о какой-то единой форме в Патруле даже речи не было. Нет, одевались парни кто во что горазд. Пуховики и фуфайки, белые полушубки и зимний камуфляж. И с оружием ситуация аналогичная. Многие предпочли автоматам охотничьи ружья, пара человек остановила свой выбор на пистолетах-пулеметах. И почти у всех — холодное оружие. Короткие сабли и больше напоминающие мачете тесаки, топорики и изогнутые кукри.

Местная специфика? Должно быть, так.

— Товарищ старший лейтенант! — окликнули замкомроты с соседнего склада. — Сюда!

Я двинулся, было, следом, потом глянул на спокойно сидевшего в Ниве колдуна и решил остаться. Если что — позовут. А уносить ноги со двора всяко удобней. Пусть никакой опасности пока не ощущаю, но мало ли… Вот и Напалм с Верой от грузовика отходить не спешат.

И правильно — чего суетиться-то? Ветра здесь нет, еще б снег этот противный с неба не сыпался, вообще замечательно было.

— Снег, снег, как это мило… — подмигнул Вере пиромант и как бы между делом закурил.

— Ну, ты пошляк! — прыснула от смеха та.

— А если так? — Напалм откашлялся в кулак и затянул: — «А снег идет, а снег идет. И все вокруг чего-то ждет…»

— Вот именно, что ждет, — подошел я к ним. — Куда лейтенант убежал, не в курсе?

— Вроде, здесь мобильная группа пару своих нашла, — просветила меня Вера. — Сейчас место перестрелки осмотрят и вернутся.

Но вышло все совсем не так. Минут через пять со склада прибежал патрульный и и легонько постучал в окошко Нивы.

— Чего еще? — распахнул дверцу колдун.

— Товарищ старший лейтенант вас подойти просит…

— О-хо-хо, — тяжело вздохнул Павел Геннадьевич и направился за рядовым.

Тут уж я колебаться не стал и поспешил следом. Зря ехал, что ли?

В здании склада оказалось еще холоднее, чем снаружи. И куда как мрачнее. Высоченные потолки, заметенные снегом рельсы, ржавый мостовой кран. И пустые провалы окон под крышей. Изморозь, сквозняки, полумрак. И — тишина.

Впрочем, нас сейчас интересовало не само здание, а двухэтажный кирпичный пристрой к нему. И вот там от пугающей безмятежности запорошенного снегом склада не осталось и следа. Испещренные свежими сколами бетонные стены, кровавые пятна, россыпь автоматных гильз, неглубокая воронка. И в довершение всего — валявшиеся на первом этаже трупы.

Двое патрульных в когда-то белых полушубках и замерший вниз головой на лестнице парнишка в пуховике.

— Этот не наш, — указал на него колдуну старший лейтенант. — Спустился со второго этажа и ударил в спину. А потом и остальные бандиты подтянулись. Парней через окна расстреляли.

— Мы еще одного нашли, — заглянул в дверь командовавший группой быстрого реагирования старший сержант. — Пархоменко в соседнем тупике зарезали. Раненого догнали и добили.

— Сволочи! — выругался замкомроты. — Что еще выяснили?

— Поначалу наши без потерь отбились, — начал рассказ патрульный, — а здесь их в клещи взяли.

— Что с ликвидаторами? — влез я в разговор.

— Не знаем пока, но четверо патрульных прорвались. Возможно, они с ними.

— А что ликвидаторы вообще посреди промзоны забыли? — только тут пришло в голову поинтересоваться мне. — На кой черт их сюда понесло?

— В соседнем цехе пробой случился, — пояснил колдун. — Всякая гадость заводиться начала, колебания энергетического поля пошли, а это ничего хорошего…

— Ясно, — кивнул я и подошел к окну глянуть на громаду цеха. — А бандитам какой толк с патрульными связываться?

— Могли случайно наткнуться, — пожал плечами старший сержант. — Могли на снаряжение позариться. Да кто знает, что им в голову взбрести могло? — Он махнул рукой и отвернулся от трупов. — Ну и за вольнонаемных можно выкуп получить.

— А за патрульных?

— А кто за нас платить будет?

— Мне надо место первой перестрелки осмотреть, — попросил я, наблюдая за странными манипуляциями гимназиста.

Павел Геннадьевич обычным маркером наносил на стены какие-то отметки, и между ними немедленно протягивались лучи будто бы солнечного света. Пылинки, по крайней мере, в них так и вспыхивали.

— На кой ляд? — нахмурился замкомроты и вытащил засунутую в карман разгрузки рацию. — Да? — Выслушав неразборчивый хрип, он сунул ее обратно и принялся командовать: — Трупы несите в грузовик и ждите команды.

— А что такое? — насторожился старший сержант.

— Похоже, парни на запасную точку отступили. Вторая группа там перестрелку зафиксировала.

— Что за точка? — поспешил уточнить я.

— Специальное место, где магическую бурю переждать можно или оборону занять, если совсем уж припрет, — пояснил командир группы быстрого реагирования.

— Кстати, а почему вы ее сразу не проверили? — нахмурился замкомроты.

— А это не наш сектор ответственности. Да и точка резервная! — принялся оправдываться патрульный. — И по инструкции они в ту сторону отходить не должны были!

— Будь они там, давно бы на связь вышли, — засомневался колдун, — скинули бы координаты…

— Не могли они на связь выйти! Рация у Пархоменко осталась!

— Так я закругляюсь? — остановился, не дорисовав очередной символ, гимназист.

— Да! — кивнул Юрий Аркадьевич и скомандовал: — За мной!

Старший лейтенант побежал через склад к оставленным во дворе машинам, мы поспешили следом. И даже Павел Геннадьевич не отставал и, тяжело дыша, несся наравне с бойцами мобильной группы. Я одним из последних выскочил на крыльцо и, замедлив шаг, вновь глянул в сторону злополучного цеха.

Что там произошло? Куда делась бригада Бородулина? Захватили их бандиты или удалось отойти с патрульными? Мне б хоть одним глазком…

— Товарищ дознаватель, быстрее! — поторопил меня старший сержант.

— Сейчас.

Я закрыл глаза и попытался воспользоваться ясновидением. В голове моментально завертелись обрывки неразборчивых видений, но пролитая поблизости кровь, недавние смерти и приближающаяся магическая буря сбивали с толку и мешали сосредоточиться. И, тем не менее, у меня сложилось однозначное впечатление, что патрульные отступили одни. Не потащили с собой обузу, или ликвидаторы решили выбираться самостоятельно — не суть важно. Главное, мы движемся в неверном направлении.

И, что самое паскудное, сейчас уже ничего не изменить. Служивые в любом случае сначала своим на выручку отправятся, а шарахаться по окрестностям втроем — неплохая заявка на групповое самоубийство.

— Юрий Аркадьевич! — нагнал я старшего лейтенанта. — Если ликвидаторов не окажется с вашими людьми…

— С чего бы это?

— Предчувствие. Что тогда?

— Продолжим поиски.

— А…

— И заново осмотрим место нападения, — с полуслова понял невысказанную мной просьбу замкомроты и крикнул сидевшим в кузове ЗИЛа бойцам: — Остаетесь здесь, ждите команду.

Мы поспешили рассесться по машинам, и в этот раз Напалму и Вере волей неволей пришлось лезть к нам в Ниву.

— Зря грузовик оставляете, — буркнул пиромант, втискиваясь в салон.

— Пусть лучше в резерве будет, — объяснил свое решение старший лейтенант. — Да и непонятно пока, сможет ли он там проехать.

— Час от часу не легче, — вздохнула Вера, пытаясь уместить меж сидений чехол со снайперской винтовкой.

— Не волнуйтесь вы так, нас вторая мобильная группа прикрывать будет.

— А на складе что? — спросил Напалм.

— Три трупа, — не стал отмалчиваться я. — Четверо патрульных оторвались от бандитов, но у меня сложилось впечатление, что ликвидаторов с ними уже не было.

— А и Б сидели на трубе, — не смог промолчать пиромант. — А упало, Б пропало…

Вера толкнула его локтем в бок, и Напалм предпочел не нарываться на неприятности и заткнулся. Я отвернулся к заиндевевшему окну и в очередной раз попытался пробежаться по окрестностям ясновидением. В голове на миг возник образ несшихся через заснеженный двор людей, но тут Ниву тряхнуло, меня хорошенько приложило макушкой о крышу, и дар моментально вышел из-под контроля.

— Все, дальше пешком, — распахнув дверцу, почти вывалился из салона старший лейтенант, когда водитель резко остановил Ниву перед высоченным сугробом. — А вы здесь оставайтесь, машины караульте.

— Договорились, — кивнул я.

Лезть под пули, прямо скажем, не хотелось. Пусть профессионалы этим занимаются. А тут в глухом переулке — с одной стороны двухэтажный барак, с другой бетонный забор — риск нарваться на неприятности куда как меньше. И дорога на сто метров в обе стороны просматривается…

Юрий Аркадьевич внимательно глянул на меня, потом вытащил из автомобиля АКМ и махнул рукой успевшему закинуть на плечо ремень «укорота» водителю. Экипаж второй Нивы, один из бойцов которого оказался вооружен ручным пулеметом, присоединился к командиру; колдун в этот раз тоже отсиживаться в кустах не стал и с «дыроколом» наизготовку поспешил за патрульными.

— Ты уверен, что мы пустышку тянем? — тихонько поинтересовалась у меня Вера.

— На все сто, — ответил я. — Но без поддержки нам тут ловить нечего.

— Тогда караульте, куда деваться. — Девушка вытащила из машины чехол со снайперской винтовкой и полезла через сугроб к двухэтажному бараку. — Я прикрою.

— А стоит ли? — окликнул ее пиромант.

— Да!

— Вот ведь засада! — Напалм поежился и повернулся ко мне. — Вера зря суетиться не станет.

— Твои предложения? — проформы ради поинтересовался я.

— Да какие могут быть предложения? Стоим, ждем. Караулим. Без нас не уедут. — И пиромант со смешком похлопал по дверце Нивы, а потом запрокинул голову: — Какое небо голубое…

В этот момент послышались первые хлопки выстрелов. Следом меж развалин заметалась гулкая пулеметная очередь, эхом вернулись взрывы гранат, и тут же все перекрыл визг боевого заклинания.

Неужто «Закатным муаром» долбанули? Нет, больше на «Блеск хаоса» похоже. Очень уж звук специфический.

— Весело там сейчас. — Я снял с плеча ремень ружья и предложил: — Может, в сугроб залезем?

— Думаешь, не найдут? — усмехнулся пиромант и принялся тихонько напевать себе под нос: — «На пароходе музыка играет, а я одна стою на берегу»…

— Это не пароход, это какая-то подводная лодка получается, — прислушиваясь к и не думавшей прекращаться стрельбе, заметил я.

— Не все тебе фьючерсами и опционами людям головы морочить, — усмехнулся Напалм и, пользуясь отсутствием подруги, закурил. — Здесь все по-настоящему. Вот она — правда жизни.

— В топку такую правду!

— Эту правду не задушишь, не убьешь…

Потихоньку отпускаемое на волю предвидение метр за метром начало растекаться по переулку, но ничего подозрительного ощутить пока не удалось. Никто не проявлял к нам нездорового любопытства, не подкрадывался с целью причинения несовместимых с жизнью повреждений и не раскатывал губу на служебный автотранспорт. Нечисти тоже никакой поблизости не наблюдалось, и это откровенно радовало.

Вот только как-то очень уж неспокойно на сердце было. Сейчас нам ничего не угрожает, но это — сейчас. А вот в ближайшем будущем…

— Стой! — насторожился вдруг я.

Что-то приближалось. Что-то? Да нет, скорее — кто-то. И ведь все будто смазанное, ничего толком не разобрать. Магическая буря, мать ее…

— Чего еще? — обернулся ко мне Напалм, и тут в переулок ввалилась какая-то вооруженная до зубов компания.

Что это не патрульные, стало ясно с первого взгляда. И вот именно это как раз и вогнало меня в жесточайший ступор.

Бандиты?! Они-то как здесь оказались?

Глупый вопрос, не правда ли?

И если бы не Напалм, этот вопрос наверняка оказался бы в моей жизни последним. Но явно не единожды оказывавшийся в подобных переделках пиромант моментально сориентировался в происходящем, и резким движением руки сотворил прикрывшую нас пелену ярко-оранжевого пламени.

Ничуть не менее ошарашенные неожиданной встречей бандиты открыли стрельбу с секундным опозданием, и выпущенные ими пули, попадая в огненную завесу, принялись взрываться фонтанчиками свинца. Несколько капель угодили на куртку, и запах паленой кожи моментально вывел меня из оцепенения.

Я рухнул в сугроб, а в следующий миг по щиту стеганули заряды «свинцовых ос». По ушам ударили оглушительные хлопки разрывов, и поспешивший снять защитный полог пиромант метнулся за ближайшую Ниву. Бандит с чародейским жезлом радостно заулюлюкал, но в следующий миг с простреленной головой повалился под ноги своим приятелям. Устроившаяся на втором этаже барака Вера выстрелила второй раз, и короткими перебежками приближавшийся к нам парень с пистолетом-пулеметом безжизненно уткнулся лицом в снег.

Над головой прошла автоматная очередь, я упер приклад двустволки в плечо, выгадал подходящий момент — будто шепнули на ухо: да, сейчас! — и дуплетом пальнул по начавшим разбегаться бандитам. Возможно, в кого-то и попал, но оценить результат своих выстрелов не сумел: мгновенье спустя на соседней улице раздался рев ДШК, и попавших под кинжальный огонь парней просто раскидало в разные стороны. Ну или уже не совсем их…

Без особой суеты зашедшие в переулок патрульные проверили едва ли не разорванные на куски тела, добили одного подранка и, побоявшись нарваться на шальную пулю, замахали нам руками.

— Эгей! Как вы?— крикнул знакомый мне по разговору на складе старший сержант.

— Нормально! — Я перезарядил ружье, потом полностью снарядил патронташ на прикладе и лишь после этого поднялся из сугроба. — Порядок!

Впрочем, служивых больше интересовало вовсе не наше самочувствие, а состояние попавших под обстрел автомобилей. К счастью свежих пробоин на них не обнаружилось, и первым делом кинувшийся осматривать свои ненаглядные Нивы замкомроты немного успокоился и начал отвечать на вопросы.

— Своих парней мы отбили, но ликвидаторов с ними не было, — отдышавшись, заявил он.

— А есть предположения, где их теперь искать?

— Сразу после нападения они в другую сторону рванули. Одного бандита мы живым взяли, после допроса, может, что и прояснится.

— А эти как здесь очутились? — кивнул я на валявшиеся поодаль останки.

— Мы хоть и с тыла зашли, но часть банды сразу наутек кинулась. Только здесь и нагнали.

— Капец, блин, — выругалась Вера, уже успевшая к этому времени выбраться из барака. — Еще б немного…

Старший лейтенант молча пожал плечами и отправился по делам. Напалм сделал вслед ему неприличный жест и вытащил из мятой пачки последнюю сигарету. Девушка выразительно посмотрела на приятеля, но ничего говорить не стала. Да оно и понятно — руки у пироманта так и ходили ходуном. Пусть покурит, успокоится.

Чуть ведь не достали…

Тут мне в бедро угодила картечина, и я повалился на Ниву. Только начал приходить в себя и в голос взвыл, когда обожгло огнем простреленную чуть выше локтя руку.

Мать! Больно-то как!

— Евгений, вы в порядке?! — подскочила ко мне встревоженная Вероника.

— Ага, почти.

Я несколько раз глубоко вздохнул и встал на ноги. И действительно — боль схлынула так же внезапно, как и накатила. То ли регулярный прием лекарств свою роль сыграл, то ли в расстоянии дело. Пальни по бандюкам в упор, глядишь, до сих пор бы с воображаемой картечиной в ляжке катался. Паскудное ощущение. В руку навылет и то не так больно.

— Что с вами?

— Ерунда, откат словил.

Нет, откат, конечно, совсем даже не ерунда, зато адреналину в крови сейчас столько, что расшатанные нервы уже и не беспокоят вовсе. Так — трясет немного, но не от паники, а от радости.

Жив остался — это же просто праздник какой-то!

Потом, конечно, скисну, но это когда еще будет. А значит — в топку. И таблетки пить пока не стану. Если только не поплохеет.

— И что делать будем? — Напалм выкинул в снег докуренную до фильтра сигарету и огляделся по сторонам. — Как думаете, выделит нам людей товарищ страшный лейтенант?

— Выделит, никуда не денется.

Я несколько раз подпрыгнул на месте и удовлетворенно хмыкнул — нога больше не беспокоила. Стянул с лица подшлемник, вытер пот.

Аж взмок весь!

— Думаешь?

— Ему за потерю бригады ликвидаторов погоны вместе с головой оторвут. Да и за бандитов премию наверняка выпишут.

— Охотники за головами, блин, — выругался Напалм и повернулся к подруге: — Вер, а чего мы амулетов не взяли?

— У меня отводящий пули амулет есть, а у тебя они не живут, — пожала плечами девушка. — Вот и твой чарофон не сильно нам помог. Он заработал, кстати?

— Чарофон совсем не чарофон, — усмехнулся пиромант. — У миелофона батарейки сели.

— Зря только со склада выписывали.

— Кто ж знал?

— Вон старшой возвращается, — обрадовался я.

— И колдун при нем, — прищурился Напалм. — Кажись, разузнали чего.

— Бандиты ликвидаторов на морозильный цех загнали, и те в подвалы от них ушли, — поспешил успокоить нас замкомроты. — Несколько человек сунулись, было, за ними, но гимназист силовой полог поставил и ход перекрыл.

— Гимназист? — удивился я.

— Бригадир ликвидаторов — колдун, — подтвердил Павел Геннадьевич. — Не из сильных, но все же…

— То есть, они так в подвале и сидят? — оживилась Вероника.

— Трое бандитов выход контролировать остались, остальных мы здесь накрыли.

— Трое — это не так много, — обрадовался Напалм.

— Людей дадите? — в лоб спросил я.

— Берите грузовик и езжайте сами, — решил старший лейтенант. — Там дорога расчищена, а десяти человек на это дело за глаза хватит. За главного командир группы быстрого реагирования старший сержант Дьячок. Мы здесь освободимся и вас нагоним.

— Не нравится мне все это, — заявил вдруг колдун. — Магическая буря надвигается. Энергетическое поле нестабильное.

— Давай тогда с ними, — предложил замкомроты. — На всякий случай.

— Пожалуй, так лучше будет, — кивнул Павел Геннадьевич и заторопился. — Все, не будем терять время. Идем, идем, идем…

Торчать на морозе никакого резона не было, а потому мы вслед за колдуном поспешили к грузовику, в кузов которого уже забирались бойцы группы быстрого реагирования. Павел Геннадьевич устроился рядом с водителем в кабине; я недобрым словом помянул оставившего себе Нивы замкомроты и уселся на холодную лавку.

Поездка в открытом кузове, да еще в компании мертвецов, и в самом деле оставила не самые приятные впечатления. Мало того, что холодно, так еще и ветер насквозь пронизывает. Уж на что моя куртка утепленная, а промерз до костей. И пальцев не чувствую, хоть под меховушки кожаные перчатки пододеты.

Но больше всего из себя выводила приближающаяся магическая буря. Это в защищенном стенами Форте они почти не ощущаются, а тут так и трясет всего. Энергия настоящими колючими волнами накатывает. Если б дар таблетками не глушил, давно бы уже дым из ушей повалил.

На миг я отключился, но голова мотнулась, и сознание на какое-то время вновь прояснилось. И ведь не разобрать: то ли задремал после бессонной ночи, то ли в транс впадать начал. Хотелось бы на первое надеяться …

— Интересно, кто здесь снег чистит? — удивилась Вера, когда грузовик, осторожно пробравшись меж сугробов, выехал, наконец, на нормальную дорогу.

— Где трактор пускаем, где штрафники вкалывают, — объяснил старший сержант Дьячок. — Правда, чистим только центральные улицы или если куда-то конкретно подъехать надо.

— А зачем сюда ездить? — оглянулась по сторонам девушка.

И в самом деле — зрелище было на редкость неприглядное. Снег, бетон, ржавое железо, торчащая тут и там арматура… Что тут могло понадобиться нормальному человеку, было совершенно непонятно.

— Конкретно здесь пробой случился, ликвидаторов сопровождать пришлось. А вообще — мы бандитов гоняем; гимназисты и технари СЭС своими делами занимаются. Ну и заразу всякую вычищать приходится. Тут же заводится невесть что…

Будто в подтверждение его слов грузовик резко затормозил и остановился перед выходившим на дорогу обычным для промзоны бараком. Клацнула дверца кабины, выпрыгнувший в снег колдун что-то задумчиво пробормотал себе под нос и мрачно уставился на ряд темных провалов давным-давно раскуроченных окон.

— Приехали, что ли? — удивился Напалм.

— Не, — настороженно оглянулся сержант и взял наизготовку АКМ. — Колдун чего-то почуял.

Я приподнялся было с лавки, но Дьячок моментально дернул меня обратно.

— Сиди. Пока не разрешат — сиди.

— А если бандиты?

Вероника расстегнула кобуру АПС, но доставать пистолет не стала.

— Он бы так и сказал, — покачал головой сержант. — Да и разведка не предупреждала…

— Там что-то есть, — попятился от барака назад к грузовику Павел Геннадьевич. — Разберитесь.

— Шарапов, зажигательную, — скомандовал Дьячок.

— Второе окно слева, — подсказал колдун.

Сидевший у противоположного борта рядовой вытащил из разгрузки заполненный какой-то переливающейся жидкостью шар из толстого — скорее всего органического — стекла, несильно размахнулся и отправил его в темный пролом.

В тот же миг полыхнула ослепительная вспышка, и темноту барака осветили взметнувшиеся к потолку длинные языки фиолетового пламени. Что-то пронзительно заверещало, и уловленное на мгновенье чужеродное присутствие рассеялось без следа.

— Поехали! — скомандовал колдун, забираясь в кабину.

— И часто у вас такое? — спросила у командира группы Вера.

— Да не, — покачал головой тот и стряхнул нападавший на полушубок снег. — Днем нормально. Особенно если солнечно. А ночами мы из лагеря ни ногой.

— Весело, — поежился я.

— Если чистить загодя, то ни зверушек, ни нечисти не заводится почти, — пожал плечами Дьячок и указал на длинный трехэтажный цех, который выглядел размытым из-за сгустившегося тумана. — Вот сейчас это здание обогнем и уже на месте.

Он поднялся с лавки, подошел к кабине и заколотил кулаком по крыше.

— Стоп машина!

Водитель моментально среагировал на стук и остановил грузовик; солдаты начали, настороженно поглядывая по сторонам, выбираться из кузова. Я неудачно выпрыгнул в глубокий сугроб, поморщился из-за набившегося в ботинки снега и подошел к задумавшемуся колдуну. Вид, по крайней мере, у него был именно такой. А глаза — закрыты.

— Не нравится мне этот туман, — буркнул вдруг Павел Геннадьевич. — Ни черта разобрать не могу, что в нем скрывается.

— А что-то скрывается?

Я осторожно высвободил свой дар, но ничего подозрительного не почувствовал.

Снег, бетон, колючие волны накатывавшей с севера энергии. И — холод.

Но холод — это нормально. Тут и без всякого тумана не курорт. В том смысле, что на жару рассчитывать не приходится.

— Не знаю, — пробурчал гимназист. — Может, обычный туман.

— Выдвигаемся, Павел Геннадьевич? — подошел к нам сержант. — Или проблемы?

— Идем одной группой, — решил колдун. — Сколько людей у машины оставишь?

— Водителя и пулеметный расчет.

— Хорошо. Амулеты у всех активированы?

— Да.

— Тогда пойдем.

По глубокому снегу мы пробрались к территории завода, и тут я понял, почему колдуна так беспокоил этот туман. Вроде всего метров на сорок от машины отошли, а будто в киселе очутились. Не видно толком ничего и холод стоит просто несусветный.

Я поудобней перехватил ружье, рядом залязгали затворами патрульные. От пироманта на миг повеяло теплом, но парень тут же взял себя в руки, и лишь некоторые снежинки таяли в воздухе, не долетая до него.

Но и бойцам Патруля, и колдуну сейчас было не до этих странностей. Ежеминутно ожидая нападения, они пробирались по снегу к едва различимому силуэту заброшенного цеха.

— Вышел немец из тумана, — как-то очень уж неуверенно прошептал Напалм, — вынул ножик из кармана…

И тут меня как по голове тюкнули: ты-то что здесь забыл? Зачем тебе это? Неужели нельзя было подождать в грузовике? Не твое ведь это все! Какой из тебя, на фиг, боец?!

— Подходим, — тихонько предупредил нас старший сержант. Впрочем, голос он мог и не понижать: туман и без того прекрасно скрадывал все звуки. — Держитесь позади, на бандитов можем наткнуться в любой момент. Видимость ни к черту…

— Я предупрежу, — успокоил его колдун. — Идем.

Мы дождались, пока патрульные исчезли в туманной пелене и потихоньку двинулись следом. Как ни крути, оставаться одним было боязно.

Боязно? Да меня просто от ужаса трясет уже!

От ужаса? Или из-за медленно накатывавшего предчувствия?!

— Напалм, жги! — во всю глотку завопил я, чувствуя, как стягивается в кольцо незаметно подкравшаяся со всех сторон Стужа.

Пиромант не сплоховал. Без неуместных колебаний и дурацких вопросов он вскинул над головой руки, и вокруг нас моментально взвилась в воздух тончайшая пелена почти бесцветного пламени. Взвилась — и приняла на себя первый, самый страшный удар ледяной стихии.

— «Взвейтесь кострами, синие ночи,

Мы — пионеры, дети рабочих!»

Напалм во всю глотку проорал первый куплет песни, и тут поднятые чьей-то чудовищной волей снежинки подобно бессчетным дробинкам обрушились на полог огня, и в один миг истаяли, едва не погасив защитившее нас пламя.

— «Близится время светлых годов,

Клич пионера — всегда будь готов!»

Пиромант закашлялся, и затрепетавшая пелена с трудом остановила очередной рывок пытавшейся добраться до нас Стужи.

— Помогай! — крикнул я Вере, едва удержав на ногах покачнувшегося парня.

Вместе мы подхватили пироманта под руки и поволокли к почти неразличимому отсюда цеху. Сгустившийся туман попытался задержать нас, утопив окружающую действительность в своей молочной белизне, но трепетавшее внутри меня ясновидение не дало сбиться с курса и сгинуть в растекшемся вокруг море Стужи.

Откуда-то, будто из другого мира, послышались глухие хлопки выстрелов, на миг неподалеку вспыхнул маяк колдовского огня, но нам было уже не до того: стоило забежать в полуразрушенное здание цеха, как сзади послышался странный скрежет.

Волна противоестественного холода ударила в спину и умчалась дальше, едва не проморозив насквозь, а поредевший туман не помешал разглядеть вырастающие из снега фигуры. Фигуры, созданные из тьмы и обломков льда. Вобравшие в себя саму квинтэссенцию холода и ночных кошмаров. Овеществленные воплощения беспредельной Стужи.

— Отойдите! — сбросил наши руки пиромант и выкинул вперед крепко сжатый кулак. — Н-на-а-а!!!

Сорвавшийся с его пальцев огненный шар, наливаясь пронзительным оранжевым сиянием, вылетел из ворот цеха, врезался в страшные фигуры и взорвался. Вырвавшаяся на волю стихия огня в один миг выжгла Стужу и Тьму, растопила лед и испарила снег. Пламя лизнуло моментально растрескавшийся из-за резкого перепада температур бетон и расплавило раскалившееся докрасна железо.

Ворвавшаяся внутрь здания взрывная волна подкинула меня в воздух и зашвырнула в наметенный ветром сугроб. Кое-как выбравшись из него, я поморгал, дожидаясь, пока перестанут мелькать в глазах разноцветные пятна, а потом поспешил к валявшемуся на полу Напалму.

— Вера!

Оглушенная взрывом девушка перевела взгляд с продолжавшего полыхать за воротами племени на бившегося в судорогах приятеля и вытащила из пристегнутой к поясу сумочки одноразовый шприц. Пошатываясь, она добрела до пироманта и воткнула ему в шею тонкую иглу. Парень моментально затих, Вера выкинула пустой шприц в снег и без сил повалилась на колени.

— Потащили! — скомандовал я, и девушка со стоном поднялась из снега.

В этот момент полыхавшее в воротах пламя понемногу начало опадать, а завитки куда более густого, чем уже заполонивший цех, тумана стали потихоньку проскальзывать в оконные проемы.

— Он сейчас очнется! — склонилась Вера над пиромантом.

— Нет времени! — заорал я в ответ и, ухватив под руки не спешившего приходить в сознание Напалма, мы поволокли его вглубь здания.

— Куда ты? — тяжело выдохнула запыхавшаяся девушка, когда впереди замаячила уходившая в подвал лестница.

— Я чувствую, там кто-то укрылся от тумана, — объяснил я, осторожно спускаясь по заметенным снегом ступенькам. — Нам туда…

— А бандиты?

— А что бандиты? — удивился я и вдруг осознал, что мы здесь не одни.

И кто бы ни находился рядом, порождением Стужи он не являлся совершенно точно. Нет, стоило сосредоточиться, и ясновидение сразу высветило скрывавшегося в тумане человека. А мгновенье спустя — еще одного.

Бандиты? Они самые.

— Держи, — протянул я Веронике двустволку.

— Зачем? — удивилась девушка.

— У тебя АПС из кобуры выпал, — зная это наверняка, пояснил я, потом вытащил сосватанный Смирновым пистолет и поспешил дослать патрон.

Металлический лязг затвора царапнул нервы, и в тот же миг бандиты начали расходиться в разные стороны.

Услышали? Так и есть.

Но ничего страшного.

Стоп!

Пытаться в одиночку расправиться с двумя головорезами — это ничего страшного?!

Пусть в подвале темно и ни черта не видно из-за вновь настигшего нас тумана, а предвидение позволяет легко ориентироваться тут и с закрытыми глазами — это преимущество, на самом деле, не стоило сейчас и ломаного гроша. Ведь даже в случае успеха у меня возникнут очень большие, просто огромные даже проблемы из-за своего бестолкового дара. Откат так и вовсе в могилу свести может…

Выбросив из головы пустые сомнения, я выудил из кармана коробочку с таблетками и закинул одну из пилюль себе под язык. Потом, стараясь не шуметь, двинулся вдоль стены навстречу первому бандиту и замер неподалеку от едва различимого в темноте пятна дверного проема.

Приближается…

Пистолет обеими руками. Указательный палец левой руки под предохранительную скобу, подушечку указательного пальца правой на спусковой крючок.

Две пули в корпус, одну в голову.

Хороший совет, да только не видно ни зги.

И тут дар ясновидения будто подтолкнул меня под руку, я шагнул от стены, вскинул пистолет и открыл огонь по дверному проему.

Раз! Два! Три! Четыре!

Какие еще две пули в корпус?!

Пять! Шесть! Семь!

Какую такую пулю в голову?!

Смутно различимый ясновидением человек повалился на пол, я судорожно сглотнул и заставил себя прекратить стрельбу.

Второй где?

И вот тут я в очередной раз убедился, что самые большие проблемы возникают, когда берешься не за свое дело. Дилетант никогда не сможет на равных тягаться с профессионалом. И даже выстоять против бывалого человека у лоха не так уж и много шансов.

Второй бандит оказался позади.

И стоило осознать это, как в тот же миг перед мысленным взором возник направленный мне в затылок обрез двенадцатого калибра.

Прекрасно понимая, что уже не успеваю уклониться, я все же начал приседать, и тотчас по ушам ударил грохот выстрела из охотничьего ружья.

Угодившая бандиту в спину картечь отбросила его к стене; я от избытка чувств в голос выругался и разжевал обжегшую рот нестерпимой горечью пилюлю.

Бывалому человеку в свою очередь не стоит связываться с профессионалом.

— Ты попал? — не двигаясь с места, тихонько уточнила Вера.

— Что?

От громыхавших в замкнутом помещении выстрелов заложило уши, и с первого раза разобрать вопрос не удалось.

— Ты попал? — переспросила девушка.

— Да, мой готов.

— А третий? Говорили, их трое!

— Ничего не чувствую. — Я поднялся на ноги и подошел к пироманту. — Надо убираться отсюда! Стужа приближается!

— Куда убираться? — забеспокоилась Вера и переломила ружье.

— Здесь недалеко!

Долго по темным коридорам и в самом деле плутать не пришлось. Через несколько поворотов мы подтащили Напалма к перегородившей проход мерцающей пелене, прикасаться к которой почему-то совершенно не хотелось. Да и труп валялся перед ней явно неспроста. Вот и третий бандит нашелся.

— Стой! — остановил я решившую было рвануть напролом девушку и заорал: — Дайте пройти! Дружина!

Некоторое время ничего не происходило, потом из-за угла высунулся какой-то парень в камуфляжном полушубке и наставил на нас ствол охотничьего карабина:

— Убирайтесь!

— Дружина, пропустите нас!

Сзади так и накатывал обжигающими волнами холод, и казалось, уже слышался хруст снега под ногами порождений Стужи. Если еще хоть немного промедлим…

— Сюда смотри, убогий! — Я сорвал с ремня Веры служебную бляху и показал ее стрелку: — Смотри!

— Мы не бандиты! — Девушка закатала закрывавшую лицо лыжную шапочку с прорезями для глаз и повторила: — Мы не бандиты! Не видите, что ли?

— Убирайтесь или стреляю!

— Стой, — положил ему на плечо ладонь выглянувший на крики паренек в длинном кожаном пальто. Нахмурившись, он окинул нас заинтересованным взглядом, потом удивленно хмыкнул и крикнул куда-то вглубь подвала: — Оксана, открывай!

Призрачный полог мигнул, и мы с Верной одним рывком протащили через него так и валявшегося в отключке пироманта.

— Все!

В тот же миг за нашими спинами вновь возникла мерцающая пелена, и успевшие проскользнуть через колдовскую завесу язычки тумана моментально растворились в воздухе.

— Вы кто такие? — продолжая удерживать нас на прицеле, спросил мужик в камуфляже.

— Успокойся, я их знаю, — положив ладонь на ствол карабина, опустил его к полу распорядившийся пропустить нас гимназист.

А в том, что этот паренек колдун, сомнений не было ни малейших: во-первых, бившаяся внутри него энергия прекрасно ощущалась даже отсюда, во-вторых, кожаные плащи у них в Гимназии едва ли не униформа.

— Славик? — пригляделась к нашему спасителю Вера. — Ты?

— Ну, узнала, наконец!

— Линев? — неожиданно открыл глаза Напалм. — Ты какого хрена здесь делаешь?

— И тебе, огнемет ходячий, здравствуй.

— Блин, опять в какое-то попадалово угодили. — Пиромант, опираясь руками о стену, с трудом поднялся на ноги и спросил: — Вода есть у вас теплая?

— Проходи, — кивнул Линев, и тут в мерцающую пелену у нас за спиной с размаху врезался сгусток льда и тьмы. Защитное поле замерцало, выгнулось, но выдержало, и странное существо оказалось отброшено обратно в туман.

— Слава, энергии сорок процентов осталось! — окликнула колдуна из соседнего коридора какая-то девушка. — Пару часов продержимся, не больше…

— Говорю же, попадалово, — обернулся к Вере Напалм и, пошатываясь, заковылял в указанном Славой направлении.

Я глянул на успокоившегося мужика с карабином и направился вслед за пиромантом. Потом остановился и спросил:

— Бородулин-то хоть с вами?

— Да. А что? — вновь с подозрением уставился на меня вооруженный «Сайгой» парень.

— Разговор есть, — не стал ничего объяснять я и прошел в небольшую комнатушку.

Тут меня повело в сторону и, чтобы не упасть, пришлось опереться о стену. Пытаясь прогнать накатившую вдруг дурноту, я медленно опустился на пол и стянул шапку.

Здесь хорошо, здесь натоплено.

Дым, правда, глаза ест. Но, как ни крути, два часа тепла — это совсем ведь неплохо, на самом деле…

Я лениво оглядел просторное подвальное помещение с голыми бетонными стенами и ржавыми трубами под потолком. В паре мест оказались закреплены помаргивавшие трубки одноразовых фонарей, и темно тут не было. Дверной проем в дальней стене перекрывал железный лист с отогнутым углом и в эту дыру худо-бедно утекал дым от костра.

— Кипятка, дайте кипятка! — подскочил к чадящему костерку с каким-то бумажным пакетом в руках Напалм и принялся стягивать с опухших ладоней перчатки.

Выглядели кисти у него просто жутко: все в крупных гнойниках, внутри которых мерцали ярко-алые точки противоестественного пламени.

Бородатый мужик в валенках, ватных штанах и обтрепанном пуховике налил в алюминиевую кружку из чайника горячей воды, протянул пироманту и задумчиво подгладил прокуренную бороду.

— Сорок четвертый? — спросил он ни с того, ни с сего.

— Чего? — удивился Напалм.

— Абсорбент, говорю, сорок четвертый?

— Ага.

— Его надо заранее принимать, — неодобрительно пробурчал мужик. — Так усваивается плохо.

— А какие варианты? — Пиромант развел в горячей воде белый порошок и тяжело вздохнул: — Придется настойку железного корня колоть.

— Возьми. — Бородач покопался в обшарпанном саквояже, который давно следовало выкинуть на помойку, и протянул пироманту заткнутую деревянной пробкой колбочку. — Добавь в раствор, поможет.

— И что, само рассосется? — с сомнением глянул Напалм на мужика. — На этой-то стадии?

— До девяноста пяти процентов поглощение будет, — важно заявил тот. — Бери, здесь концентрированная настойка железного корня, вытяжка из бархатника и экстракт панциря снежных червей. Никакой химии. Натур-продукт.

— Давай тогда попробуем…

Тут меня несильно стукнуло в грудь, и я откинулся спиной на стену. Второй удар пришелся в живот, третий — в плечо.

Три попадания из семи? Не так уж и плохо, если учесть, что стрелял вслепую.

Мать вашу…

 

А вот боли, как ни странно, не было — просто расползлось по всему телу оцепенение и стало трудно дышать. Меня потянуло куда-то во тьму, подвал остался далеко позади, а голоса находившихся там людей вскоре и вовсе превратились в еле слышное бормотание.

Ну нет! Так дело не пойдет!

Усилием воли я заставил себя очнуться и перевалился на колени. Так, еще немного…

Послышались удивленные крики, но дурнота уже начала понемногу отступать, и я вяло отмахнулся от склонившейся ко мне Вероники.

— Нормально, все нормально уже.

И в самом деле — приступ закончился так же неожиданно, как и начался. В голове прояснилось и стало легче дышать. Хорошо, что таблетку заранее принять догадался, иначе запросто спекся бы. Как-никак, тому бандиту несовместимые с жизнью ранения причинил. А на своей шкуре чужие предсмертные ощущения прочувствовать — ну его в топку. Мне одного раза хватило. Чуть пацифистом на всю оставшуюся жизнь не остался.

Хорошо хоть пилюли раздобыл — не живут у нас пацифисты. Живьем их харчат…

— Ты уверен? — обеспокоенно глянул на меня Напалм. — Виктор Петрович, вы бы глянули товарища. А то еще загнется на почве отката…

— Ну-ка, ну-ка, покажите глаза, — присел рядом со мной бородач и посветил в лицо миниатюрным фонариком.

— Елки! — мотнув головой, зажмурился я. — Предупреждать же надо!

— Так, молодой человек, какие препараты принимали?

— Какие, какие… — Я вытащил из кармана коробочку с пилюлями и сунул ее химику. — Вот какие!

— Ухты, мы вышли из бухты! — удивился Бородулин и перевел взгляд на обступивших нас людей. — Все, расходитесь — не цирк, чай. Алекс, ты установку уже починил, что ли?

— У меня перекур, — пожал плечами парнишка в линялой фуфайке и высоких зимних ботинках.

— Время не тяни! — повысил голос Виктор Петрович. — Два часа осталось!

— Алекс, давай займись уже, — поддержал химика высокий светловолосый мужчина, который без всякого сомнения, как и встретивший нас Слава Линев, был колдуном. Их брата сразу видно, не перепутаешь. Вот и склонившаяся над генератором защитного поля девушка точно выпускница Гимназии.

Стоп! А не много ли колдунов для обычной бригады ликвидаторов СЭС? Что-то здесь концы с концами не сходятся. Надо бы Веру по этому поводу расспросить…

— Да нечего там ремонтировать, Антон! Нечего! — сорвался на крик паренек. — Все внутренности в крошево!

— А ты попробуй! — рявкнул в ответ колдун. — Шевели поршнями!

— Господин Василенко, — поморщился Виктор Петрович, — не могли бы вы не орать мне в ухо?

— Учту на будущее, — буркнул Антон и обернулся к сидевшей рядом с генератором девушке: — Оксана Григорьевна, как у нас дела?

— Внешнее воздействие постоянно увеличивается. Времени в запасе остается все меньше, — глянув на показания какого-то прибора, отозвалась та.

— Алекс, выручай…

— Давай, давай, арбайтен, — подошел к пареньку тип в камуфляжном полушубке и собачьих унтах, тот самый, который не хотел нас сюда пропускать. — Не раскисай только…

— Да ладно, — обреченно махнул рукой Алекс и направился к выставленному на пластиковый пакет ноутбуку, рядом с которым валялись какие-то непонятные обломки и усеянные микросхемами электронные платы.

— Сколько приняли? — дождавшись, когда мы останемся наедине, спросил вернувший мне таблетки Виктор Петрович.

— Одну утром и одну минут пятнадцать назад.

— К откату подгадали?

— Ну да. К нему самому.

— А обычная дозировка какая?

— Раз в три дня. Для профилактики — раз в день.

— И помогает?

— Виктор Петрович, — я заглянул в глаза бородачу и понизил голос, — вы же знаете, что помогает…

— Хм… — смутился тот.

— Вы зачем «озверин» варить начали? — перешел я в наступление.

— Это не я, — быстро ответил Бородулин.

— Да перестаньте, вычислили вас. По этим вот самым пилюлям и вычислили.

— Я просто формулу продал.

— А какая теперь разница?

— Вы не понимаете, я не занимаюсь наркотиками. Это просто побочный эффект!

— Какой интересный побочный эффект, однако, — не удалось удержаться мне от усмешки. — Нагляделся за последние дни…

— Ладно, попробую, объяснить. — Виктор Петрович потеребил бороду, потом достал пачку «Беломорканала» и закурил. — Как, по-вашему, действуют пилюли? Да, те самые, которые вы регулярно принимаете.

— Гасят мой дар? — предположил я.

— Пальцем в небо! Совершенно иной принцип! — Бородулин глубоко затянулся, выдохнул вонючий дым и соизволил пояснить свои слова: — Нельзя таким образом воздействовать на дар уника. Точнее, можно, да только ничего хорошего из этого не выйдет. Сейчас об этом не любят вспоминать, но лет десять назад проводились эксперименты на людях… Так вот — если заглушить дар, человек умрет.

— Да ну?

— Энергетика уника перестраивается таким образом, что становится невозможным абсолютно никакое точечное воздействие.

— А как же тогда?..

— Вы ведь ясновидящий?

— Ну… да.

— В этом нет никакой мистики, — Виктор Петрович забычковал папиросу о стену и тяжело вздохнул. — Просто вы на подсознательном уровне ощущаете колебания энергетического поля.

— Я в курсе.

— А в курсе, почему случаются откаты?

— Из-за моего воздействия на это самое поле?

— Пытаясь достичь нужного развития событий, уник действительно влияет на информационно-магическое поле. Соответственно, происходит энергетический всплеск…

— Мне говорили, ясновидение служит своеобразным шлюзом…

— Именно. Всему виной повышенная чувствительность к энергетическим колебаниям, возникающая в момент использования ясновидения, — подтвердил Бородулин. — Поэтому таблетки воздействуют не столько на сам дар, сколько на восприимчивость отдельного индивида к энергетическим колебаниям.

— И что с того? — совсем запутался я.

— А то, что многие готовы платить большие деньги за обратный эффект. За усиление своей интегрированности в магическое пространство.

— «Магистр»?

— Одна из первых разработок. Стимулятор и интегратор в одном флаконе.

— А «озверин»?

— Более узкоспециализированный препарат. Позволяет получать энергию непосредственно из силовых потоков.

— Грубо говоря, рядовые цеховики, отдав свои жизненные силы верхушке, взамен получают подпитку из разлитой в пространстве магической энергии? — уточнил я.

— Именно, — кивнул Виктор Петрович. — Вот только Директорат не озаботился провести обследования на предмет индивидуальной непереносимости отдельных веществ, и мы получили то, что получили.

— Вспышки агрессии и повышенная живучесть.

— К тому же часть «озверина» уходит на сторону, — тяжело вздохнул химик. — А неподготовленный к притоку энергии человек не всегда способен контролировать свои новые возможности.

— Да, теперь понятно, зачем вы всем понадобились, — кивнул я и покачал головой. — О-хо-хо…

— Всем? Вы ведь из Дружины? — насторожился Виктор Петрович. — Или…

— Или. Но не совсем.

— Как так?! — От удивления брови у бородача взлетели вверх.

— Вон, видите девушку? — указал я на Крылову. — Все вопросы к ней. А я отдохну пока…

Бородулин тяжело вздохнул, поднялся с пола и направился к Вере, занятой разговором со Славой Линевым. Пристально наблюдавший за подругой пиромант сразу успокоился, отошел от костерка и, присев рядом со мной, принялся разглядывать свои припухшие ладони.

— По ходу дела, мы крепко встряли, — заявил он наконец.

— Думаешь? А какие проблемы? Берем Бородулина и, как полог снимут, валим отсюда.

— Да? Ты вообще видел, что там, — пиромант ткнул себе за спину, — творится? Сама Стужа пожаловала!

— В смысле?

— Чего непонятного-то? Магическая буря, туман, снежные лорды. Нас только генератор и спасает. А сам ведь слышал — у него энергии на два часа оставалось.

— Не прорвемся, думаешь?

— Без вариантов.

— Вот ведь! И что делать будем?

— Тот паренек какую-то шарманку починить должен, — пожал плечами Напалм. — Вроде, есть шансы отсюда свалить.

— Слушай, а что за фрукт этот Славик? — пользуясь случаем, решил я хоть немного прояснить ситуацию. — Он ведь точно не из этой бригады.

— Нет, не из бригады. Гимназист. И Оксана оттуда.

— А вы его откуда знаете?

— Одно время на его брата работали, — поморщился пиромант и вдруг оживился. — А ведь это ты точно подметил! Какого рожна им тут понадобилось?

— Вопрос.

Я поднялся с пола и, стараясь избегать резких движений, направился к копавшемуся во внутренностях какого-то разломанного на куски электронного прибора Алексу. Стоявший неподалеку Антон Василенко нервно сжимал и разжимал правую ладонь, затянутую в черную кожаную перчатку. На левой руке у него перчатки почему-то не было.

Эстет, однако.

— Дядя, дай папироску, у тебя штаны в полоску, — подошел к бригадиру ликвидаторов Напалм.

Антон полез в карман, но его опередил оторвавшийся от ноутбука Алекс.

— Угощайся, — достал он из полупустой пачки мятую сигаретку.

Меня вдруг кольнуло острое чувство какой-то неправильности происходящего, и я выдернул сигарету у собиравшегося раскурить ее пироманта.

— Петарда, как, в довесок идет?

Ясновидение не обмануло, сигарета и в самом деле оказалась с сюрпризом.

— Петарда? — удивился пиромант и без какой-либо заминки выдал: — «Динамит заложен в папирос, в котором ганджубас. Он не для анти-нас и анти-вас».

— Опять все испортили, блин. — Алекс забрал у меня сигарету и сунул ее обратно в пачку.

— А давай Линева угостим? — предложил Напалм.

— Да все знают уже, — отмахнулся паренек и вновь вернулся к разложенным у ноутбука микросхемам.

— Вы чего здесь, мужики, химичите? — пригляделся я к инструментам Алекса, который снял очки с замотанной изолентой дужкой и принялся через лупу разглядывать надломленную микросхему.

— Мы пытаемся починить прибор, который позволит отсюда свинтить, — ничего толком не объяснив, Антон Василенко присел рядом с ноутбуком и начал наугад нажимать клавиши.

— Да не трогай ты, — моментально оторвался от лупы паренек. — Не видишь, не работает?

— Вижу, что не работает, — невозмутимо заявил бригадир. — А надо, чтобы заработало.

— Да я, типа, в курсе…

— Через дверь уйти не пробовали? — указал я на закрывавший дверной проем железный лист. Раз дым уходит, значит, есть тяга. Если есть тяга…

— Стоит покинуть защитный купол и все, пипец, — фыркнул Алекс. — Там интенсивность магического излучения такая, что приборы зашкаливает!

— А, вроде, под землей магические бури не так заметны должны быть, — удивился пиромант.

— Да какая, руки-ноги оторвать, буря? — выругался швырнувший поломанную микросхему в дальний угол подвала паренек и указал на коридор, через который мы сюда попали: — Буря там.

— А что тогда внизу? — насторожился я.

— Тоже ничего хорошего, — первым ответил бригадир и протянул руку Напалму: — Антон Василенко.

— Напалм.

— Евгений Апостол, — не стал скрывать я своего имени.

— Алекс Шумов, — начал представлять своих коллег Василенко и указал на парня с карабином: — Семен Лымарь. С Виктором Петровичем вы уже познакомились. Вместе мы третья бригада ликвидаторов СЭС.

— Так эти двое не ваши? — Заранее зная ответ, пиромант обернулся и указал на Славу и Оксану.

— Они нас консультируют по профильным вопросам, — ушел от прямого ответа Антон.

— Час остался, — будто почувствовав чужой взгляд, оторвалась от прибора девушка, и невольно я отметил, что она очень даже ничего. Темненькая, лицо в веснушках. Симпатичная, в общем. Даже более чем.

Познакомься мы при других обстоятельствах…

Ну да ладно.

— Что у вас стряслось-то? — оторвав взгляд от девушки, потребовал я объяснений.

А чего б не потребовать? Дознаватель я или кто?

— На бандитов нарвались, — досадливо поморщился Василенко. — Пару дней на одном объекте работали, ну они нас и подкараулили. Хорошо хоть не подстрелили никого.

— Ни фига себе не подстрелили! — вскинулся Алекс. — А если б очередь чуть ниже прошла?

— А нечего было в машину лезть! — подошел к нам Лымарь. — Сам подставился.

— Да? И что бы мы без моего рюкзака делали?

— То же, что и с рюкзаком, — буркнул Семен. — Так и так ни черта не работает.

— А это Виктору Петровичу спасибо скажи за то, что на чарофоне потоптался! Слонопотам, блин!

— Сам мне под ноги рюкзак кинул, — не остался в долгу краем уха услышавший претензию химик.

— Долго тебе еще? — уточнил Лымарь.

— Долго-недолго, какая разница уже?! — рявкнул Шумов. — Все, приплыли! Чарофон в крошево!

— Так обойдись без него!

— Как?

— Об косяк! Придумай что-нибудь! Кто из нас спец по электронике?

— А я тебе как специалист говорю: не получится ничего!

— Успокойся…

— Сам успокойся!

— Подождите, подождите, — поспешил я остановить разгоравшуюся свару. — Так ты чарофон собрать пытаешься?

— Ну так! Без него не подключиться…

— А это был обычный чарофон? — Пиромант сообразил, что к чему, и сунул в карман руку. — Или безвозвратно погиб какой-то уникальный прибор?

— Не уникальный, но запасного у нас нет, — буркнул Алекс.

— Такой подойдет? — Напалм жестом фокусника выудил свой аппарат и предупредил: — Только у него батарея села.

— И вы молчали! — взвыл Шумов. — Давай сюда, мне еще переходники паять!

— А спасибо? — хмыкнул Напалм, но схвативший чарофон паренек его уже не слышал.

— Спасибо огромное, — вместо подчиненного поблагодарил пироманта Василенко. — Вы только не мешайте Алексу сейчас.

— А то может и паяльником огреть, — предупредил Лымарь.

— Тут электричество есть? — удивился пиромант.

— От батареи чаромета запитал, — объяснил, снимая заднюю панель чарофона, Шумов. — Все, идите отсюда!

— Ну и какие у вас дальнейшие планы? — Я вслед за бригадиром ликвидаторов отошел к костру и плеснул в первую попавшуюся кружку кипятка. Пусть остынет — а то пить охота, сил никаких нет.

— Ну… — замялся Антон. — Мы пока не думали…

— Можешь ввести в курс дела, они с нами идут, — предупредил его Слава Линев.

— Зачем? — несказанно удивился Василенко.

— Во-первых, мы элементарно не можем их здесь бросить, — заявил гимназист. — А во-вторых, помощь нам точно не помешает.

Стоявший рядом с Линевым Виктор Петрович кивнул, и бригадир лишь пожал плечами.

— Как скажете, — буркнул он, но ничего объяснять не стал и принялся о чем-то шушукаться с Лымарем.

Странные у них какие-то взаимоотношения.

И что значит: «с нами идут»? Куда идут? И почему бригадир нас с собой брать не хотел?

Сплошные вопросы.

— Евгений, — потихоньку отозвал меня в сторону Напалм.

— Да?

— Ты можешь почувствовать, что там дальше? — указал пиромант на дверь.

— Не проблема, думаю…

Я прислушался к своим ощущениям, но ничего подозрительного не уловил. Голова не болит, кости не крутит, сердцебиение обычное. Никаких признаков переутомления или надвигающегося приступа. Почему бы и не попробовать? Тем более, мне и самому интересно.

Предвидение лениво заворочалось, будто не успевший толком отойти от зимней спячки медведь, я приложил ладонь к ржавому железному листу с отогнутым углом, и в тот же миг меня обжигающей пеленой укутал неестественный холод. Стужа нахлынула со всех сторон, начавший возникать перед внутренним зрением коридор вдруг затянула непроглядная пелена тумана, а волосы на затылке зашевелились и встали дыбом. Чье-то чужеродное присутствие развеяло выскользнувшее за пределы защитного полога ясновидение, и меня заколотила крупная дрожь.

— Ты чего? — удивился Напалм.

Я молча стиснул его запястье, и парень, вздрогнув от неожиданности, поспешил высвободить руку.

— Холодно, блин.

— Там что-то очень холодное, — поежился я. — Что-то очень холодное и очень большое.

— Ледяная пирамида, — подсказал подошедший к нам Антон Василенко.

— Та самая? — округлив глаза, ткнул Напалм пальцем в потолок.

— Именно.

— Ох, ты, блин! — только и выдохнул пиромант. — Попали…

— Не понял? — уставился я на парней. — Какая еще, на фиг, пирамида? Вы о чем вообще?

— Видел, на Черный полдень над Фортом пирамида летала? — Напалм стрельнул у Антона нормальную сигарету и жадно затянулся. — Это она и есть. Так?

— Она самая, — подтвердил бригадир ликвидаторов.

— Подождите, — пусть это объяснение полностью соответствовало вызванному ясновидением видению, сомнений у меня не убавилось, — в Черный полдень не мираж разве был?

— Цитадель это была, — присоединился к нашей компании Слава Линев. — Летающая пирамида пришельцев с Севера. Про мираж мы потом специально слухи распустили.

— С какого еще Севера? — не понял я.

— Ну, блин, из другого мира. Того, к которому Приграничье притянуло, — пояснил гимназист.

— Ладно, поверю на слово. — Голова у меня пошла кругом; я глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться. — Значит, это Цитадель?

— Да.

— Большая?

— Приличная.

— А как она в подвале поместилась?

— Ты понимаешь, — передернул плечами Антон Василенко, — это все непросто…

— Я б и не спрашивал, будь оно просто…

— Да сбили ее, — фыркнул Слава. — Гимназисты сбили, а господа ликвидаторы наткнулись и случайно к ней ключи подобрали. И, поскольку пирамида искривляет пространство, реального места ей надо совсем немного.

— Сбили? Получается, маленьких зеленых человечков внутри уже нет?

— Уже нет.

— И значит, — я замолчал, пораженный неожиданной догадкой, — вы собираетесь завладеть бесхозным имуществом?!

— Типа того. — Алекс оторвался от разобранного чарофона и почесал за ухом обрезком шлейфа. — Сам понимаешь, такой шанс упускать нельзя…

Шанс? Да — шанс!

Возможность выйти на новый уровень; получить импульс, который забросит на самый верх! Тупо заработать много-много денег.

Главное, самому теперь клювом не прощелкать …

— Да уж… — покивал я и закинул удочку. — А мощная эта штука?

— Всей Гимназией сбивали, — думая о чем-то своем, машинально ответил Линев.

— Замечательно, просто замечательно, — заулыбался я и обвел взглядом ликвидаторов. — Господа, а сколько вы рассчитываете за нее выручить?

 

<- Предыдущая глава 


Купить бумажное издание
Купить электронный текст на Литрес
Купить и скачать электронный текст на сайте автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Скачать аудиокнигу

 


Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

 


Ведьмы, карта, карабин
 


Купить: Лабиринт


Купить: Озон


Текст на Литрес


Текст у автора напрямую