Авторизация



 

 

 

Повязанный кровью.6. Геладжио. День второй

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить электронный текст на Литрес

Купить книгу в магазине Автора и скачать текст в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt

Cкачать и слушать аудиокнигу "Повязанный кровью"

 

 

 

Геладжио. День второй

 

 

– Кейн, Кейн…

– Чего?

– Вставай.

– Зачем?

– Пора уже, вставай быстрее!

– Сейчас. – Я перевернулся на другой бок и попытался натянуть на голову одеяло, но его безжалостно стащили.

– Вставай, – продолжил нудить Янек. – Да просыпайся ты!

– Зачем? – Я оторвал голову от подушки и оглядел комнату. Кроме долговязого зануды в комнате был только прислонившийся к стене Шутник. Этот выглядел не лучшим образом и, мельком взглянув на меня, вновь приложил ко лбу глиняный кувшин.

– Дубрава велел за час до полудня вернуться.

– Вернуться куда? – прохрипел пересохшим горлом я.

– Не тупи, Кейн, – оторвал ото лба кувшин Габриель. – Вернуться в таверну.

– А мы где? – Я осторожно уселся на низенькую кровать, и понявший без слов мою просьбу Шутник вложил в протянутую руку кувшин.

Я хлебнул и поежился, когда за шиворот потекла холодная струйка – в кувшине оказалась вода. Лучше бы, конечно, пиво…

– В «Распутной русалке».

– А-а! – Я вспомнил окончание вчерашнего вечера.

– Мари где? – поднял валявшийся на полу перевернутый стул и поставил его к стене Габриель.

– А он ее выгнал. – Змейка ладонью пригладил взлохмаченные вихры и отошел к двери. – Помнишь, Шутник, он вчера все девку какую-то искал? Кроме нее, кричал, никто не нужен. А Мари, значит, из комнаты взашей вытолкал. Она потом Семену жаловаться приходила.

– Зеленый, ты, Кейн. – покачал головой Шутник. – Любовь любовью, но если из-за такого пустяка целибат принимать…

– Заткнулись бы вы оба, – не особо вежливо попросил я, пытаясь вспомнить, что из их россказней соответствовало действительности. Выходило, что почти все. Надо ж было так напиться…

– Ты идешь или нет?

– Иду. – Я осторожно поднялся на ноги – в голове немного зашумело, но почти сразу же сознание прояснилось.

Ага, а чего это я полностью одетый на кровать завалился? А тень его знает. Хоть убейте, не помню. Скорее всего, просто сил раздеться не осталось.

– Да выкинь ты его. – Шутник отшвырнул протянутый мной пустой кувшин на кровать, распахнул дверь и вышел из комнаты.

Янек Змейка тяжело вздохнул и направился следом. Я еще раз внимательно осмотрелся, но, не углядев ничего, что могло бы оказаться забытым мной имуществом, поплелся за ними.

– Чего так долго? – пихнул Янека в бок Висельник, когда мы покинули гостеприимное заведение и вышли на улицу. Прохладный воздух тут же забрался под камзол, да и дышать стало намного легче.

– А Кейн никак вставать не хотел. Пока вина, говорит, не принесут, никуда не пойду, – хихикнул Янек и отошел к Семену Лебеде.

В темной подворотне собралась добрая половина отряда и при нашем появлении дружинники потянулись к выходу из проулка. Потемневшие от сырости стены домов почти сходились над головами, и от этого становилось как-то очень уж неуютно. Думаю, не у одного меня возникло желание поскорее выйти на открытое пространство, и даже чудом увернувшийся от выплеснутого из окна содержимого ночного горшка Язва лишь вполголоса выругался и прибавил шаг.

– Правда, что ли? – заулыбался Ежи Петелька.

– Свистит, – пожал я плечами и поморщился от стрельнувшей в голову боли.

– Ты как, живой? – хлопнул меня по плечу дружинник, от которого не укрылась эта страдальческая гримаса.

– Почти, – набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул я.

– Тогда пошли. – Ежи развернулся и зашагал вслед за остальными.

– Погоди, Кейн, – придержал меня за рукав Шутник и, оглядевшись по сторонам, понизил голос. – Ты насчет предложения Арчи что думаешь?

– Какого предложения? – не припомнив ничего такого, нахмурился я. Неужели по пьяному делу что-то забыл?

– Эх, молодежь… И пить-то толком не умеете. Сам же первый кричал, что обратно на север собрался, – вздохнул Габриель. – Вот Арчи и предложил в Ранлоу идти серебро сдавать.

– А туда-то зачем? – ничего не понял я. – Тогда уж сразу в княжества.

– У церковников с Ранлоу отношения неплохие, через границу серебро провезти труда не составит, а в Северные княжества самим серебро пытаться вывезти слишком рискованно. Он так сказал…

– А смысл тогда туда тащиться?

– Ты совсем, что ли, ничего не помнишь? – фыркнул Шутник. – Тамошние контрабандисты серебро раза в полтора дороже здешних примут.

– Не стоит овчинка выделки, – задумался я.

– Это если за свой счет туда-обратно топать. А если в охрану кому наняться… А там вообще к Ранлоу на службу поступить можно…

– Ну… Тогда другое дело. – Я взвесил все «за» и «против» и решил, что раз мне все равно в скором времени придется возвращаться на север, то в компании путешествовать и веселей, и безопасней. – Только Дубрава на такую авантюру не пойдет.

– Вот и я так думаю, – тяжело вздохнул Габриель. – Да и остальные уперлись как бараны: на орков пойдем, на орков пойдем. А я думаю: Арчи дело предлагает…

– Может, и дело. Но ты-то чего походом на степняков недоволен? Церковь платит…

– Ха! Платит она! – фыркнул Шутник и задумался. – Нет, она, конечно, платит и платит очень неплохо, но пока эти денежки до дружины дойдут… А тому, кто в степи сгинет, золото так и вообще без надобности. А тут дело, вроде, верное…

– Так-то оно так… – нейтрально пробурчал я.

– Вот видишь, – кивнул Шутник. – Ты, кстати, как – подлечиться не желаешь?

– Да мне и так нормально, – ничуть не покривив душой, отказался я.

И действительно: за время прогулки на свежем воздухе головная боль незаметно улетучилась, тяжесть и резь в желудке прошли и даже пересохшее горло почти не раздражало. Что ни говори – в моем теперешнем положении есть определенные преимущества…

 

В «Морском змее» нас встретил только злой с похмелья и недосыпа Арчи, а Анджей Дубрава с утра пораньше уже опять ушел договариваться о продаже серебра – вчера ни с кем сторговаться так и не удалось. Покрутившись на первом этаже таверны, я вышел на задний двор, умылся и, наскоро умяв предложенный хозяином завтрак, потихоньку выскользнул на улицу.

Пусть голова с перепоя и кружится, но нечего штаны просиживать – день уже в самом разгаре. Пойду к Гаспару Плотнику заскочу. Надеюсь, он еще никуда убежать не успел. Очень на это надеюсь – почему-то меня сегодня с утра не покидает чувство, будто начинаю безнадежно опаздывать.

На этот раз найти нужный дом труда не составило. Несколько минут я топтался на перекрестке, доедая купленную у лотошника шаньгу, но ничего подозрительного так и не углядел. Пробежало несколько подмастерьев, проехала карета с гербом Гильдии корабелов, да жены живущих в этом районе плотников и мастеровых уже начали в сопровождении слуг возвращаться с рынков с полными корзинами припасов.

Вытерев жирные руки о штанины, я подошел к дому Гаспара и, заглянув во двор, поздоровался с давешним мордоворотом, который сегодня оказался не один – скучавший рядом с ним на скамейке парень был на несколько лет помладше, но на вид ничуть не хлипче.

– К Гаспару? – прищурился вчерашний здоровяк. – Как мастеру доложить?

– Кейн из Альме.

– Малыш, – мордоворот ткнул локтем под ребра своего подельника, – топай, доложи.

– Лады. – Малыш вытер ладонью с губ налипшие крошки жареных рыбешек, которые они лузгали вместо семечек и поднялся со стоявшей под навесом скамейки.

– Джованни, придет Марио, пусть меня в заведении Доминика ждет, – неторопливо спускавшийся по лестнице со второго этажа мужчина лет сорока, заметив меня, замолчал и остановился.

– Это к вам, мастер, – вскочил Джованни. – Если не соврал, Кейном кличут.

– Чем обязан? – остановившийся на последней ступеньке Гаспар положил затянутую в перчатку из оленьей кожи ладонь левой руки на широкие перила лестницы. Правая рука как бы невзначай опустилась к поясу.

– Мне к вам знакомые из Альме порекомендовали обратиться. – Я внимательно осмотрел насторожившегося мужчину. Широкополая шляпа без каких-либо украшений, длинный темно-синий плащ, высокие кожаные сапоги. Росту среднего, сложения плотного, можно даже сказать, грузного. Лицо видно плохо, но ясно, что кожа сильно обветрена и покраснела, а густые усы немного неровно подстрижены.

– Кто именно? – Плотник поправил роговую пряжку плаща у горла и подошел к топтавшемуся посреди двора Малышу.

– Нежи. – Я потер мочку правого уха. – Он сказал, к вам по поводу розыска одного человека обратиться можно.

– Хм… – хмыкнул правильно истолковавший мой жест Гаспар и пригладил усы. – Малыш, сходи предупреди Доминика, что я задержусь, пусть объяснит постояльцам, как добраться до старого склада семьи Ритонео, там с ними встречусь. Только скажи, чтобы не опаздывали, – это им, а не мне надо. Я их ждать не буду. Все понял?

– Все, – кивнул Малыш, который на две головы был выше хозяина.

– Тогда ступай. – Потеряв интерес к слуге, Гаспар осторожно обошел лужу и указал мне на выход со двора. – Как дела у Нежи? Все так в «Морском волке» и прозябает?

– Мне бы так прозябать, – криво улыбнулся я, припомнив одно из своих самых любимых злачных мест Альме. – Мне бы так…

– Что ж, рад, что со старым пройдохой все в порядке. – Плотник резко остановился и развернулся ко мне. – Остается узнать, с чего это он вдруг обо мне вспомнил.

– Ну… – Я подождал, пока отчитывавшая молоденькую служанку тощая старуха удалится на достаточное расстояние, и взглянул Гаспар в глаза. – Нежи мне кое-чем обязан.

– А я обязан Нежи?

– Выходит, что так. – Я вздохнул и отвел взгляд. – Он просил передать, что забудет о глазах змеи.

– Вот даже как. – Гаспар неожиданно расхохотался и хлопнул меня по плечу. – А ты парень не промах, коли так Нежи за мошонку держишь.

– Мы просто друзья. – Я давно перестал ломать голову насчет смысла фразы о глазах змеи, но, судя по реакции собеседника, старый пройдоха действительно подкинул козырную карту. – И, когда мне понадобилось отыскать одного человека, он по-дружески посоветовал обратиться к вам.

– Запомни, Кейн, у Нежи есть только один друг – это он сам. – В словах широко улыбавшегося Гаспара не было и намека на веселье.

– Вам виднее. – У меня имелось собственное мнение на этот счет, но делиться им с Гаспаром было ни к чему.

– Ладно, кого ищешь? Только сразу предупреждаю – я не волшебник и возможности мои весьма ограничены. Так что не обессудь – луну с неба не достану. Если человека нет в Геладжио, ничем помочь не смогу.

– Луну не надо. – Я слишком засмотрелся на загаженную мостовую, стараясь не вляпаться в выплеснутое из окон содержимое ночных горшков, и Гаспар придержал меня за локоть, пропуская выехавшую с соседней улицы карету.

– Вот и замечательно. Кого надо отыскать?

– Некую Катарину Арк-Берг… – понимая, что от детального описания внешности во многом зависит результат поисков, я попытался вспомнить все мало-мальски существенные приметы девушки. Не умолчал и о ее последнем месте пребывания.

Гаспар внимательно слушал, лишь изредка задавая наводящие вопросы. Наконец, убедившись, что больше ничего существенного из меня не вытянет, он остановился на перекрестке, задумчиво огляделся и повернул в сторону портовых районов. Я мешать его раздумьям не стал и, отстав на полшага, молча поплелся следом.

Заселенный зажиточными горожанами квартал остался позади, и народу на узеньких улицах заметно прибавилось. Причем основной поток двигался в одном с нами направлении. Попадавшиеся навстречу горожане тащились с увесистыми свертками и под завязку набитыми котомками. Некоторых сопровождали слуги с тележками, другие воспользовались услугами наемных грузчиков. Рынок там, что ли?

– Это якобы торговое представительство герцогства Йорк – то еще осиное гнездо. Совать туда руку – все равно, что пытаться вырвать кусок мяса из глотки акулы. – Гаспар поправил полу шляпы, пропустил городского стражника с нашивками капрала на форменном камзоле и раскланялся с хмурым типом, из-под плаща у которого выглядывали ножны длинной сабли. – Я бы посоветовал просто забыть обо всем и вернуться домой, но тебе ведь мои советы не нужны?

– Нужны, – не согласился с ним я. – Но этот я принять не могу.

– Почему-то я так и думал, – не удивился Плотник. – Что ж, тогда придется познакомить тебя с людьми, которые давно не прочь наступить красным кошкам16 на хвост. Надеюсь, ты ничего не имеешь против небольшой прогулки по городу?

 

 

## 16. Красные кошки (сленг) – подданные герцога Йоркского, чье прозвище обязано красному коронованному льву на гербе сюзерена.

 

– Ничего. Куда идем?

– В порт. Запомни: все серьезные вопросы у нас решаются не в магистрате, а именно там. Что бы об этом кто ни думал.

– А что, кто-то еще думает иначе? – усмехнулся я, по жизни в Альме прекрасно представляя, какие деньги крутятся в портах Западного побережья.

– Думают, а как же. Только вот с тех пор, как камнееды17 за проезд по Тан-Норльскому ущелью18 плату вдвое подняли, таких поубавилось. – Плотник свернул к массивным воротам рынка, рядом с которыми переминались с ноги на ногу солидные дядьки в возрасте, все как один с лазурными перевязями через левое плечо.

 

 

## 17. Камнееды – (сленг) гномы.

## 18. Тан–Норльское ущелье – единственный ведущий из Империи в Западный Норлинг проход через Синие горы. Контролируется Анклавом.

 

– А это еще кто? – удивился я. – Неужто ополченцы? Разве в Геладжио стражников не хватает?

– Хватает, даже перебор, на мой взгляд. – Плотник махнул рукой десятнику ополченцев и, не дожидаясь ответного приветствия, прошел в ворота. – Но их на рынок добрым людям пускать не с руки. Это все равно, что козла в огород запустить. Нет, цеха сами очередность караулов установили. Своими силами оно надежней. И мзду не берут.

– Магистрат не против? – Мне показалось, что с соседней улицы в сопровождении двух монахов-патриканцев вывернул хмурый Арчи, но остановиться и убедиться в этом я не рискнул – не ровён час, Плотника в толчее из виду потеряю.

– А им-то что? Эти пройдохи никогда внакладе не останутся.

Гаспар уверенно втиснулся в снующую по рынку толпу, и я, оставив при себе поднакопившиеся вопросы, приложил все усилия, чтобы от него не отстать. А это оказалось совсем не просто. Мой спутник чувствовал себя в сутолоке как рыба в воде, и пришлось поднапрячься, протискиваясь между тележками, коробами, сваленными в кучу мешками и суетившимися вокруг всего этого безобразия покупателями и торговцами.

Шум, гам, толчея. Крики продавцов, тычки локтями, протянутые руки. Заваленные свежей морской рыбой длинные ряды, скользкая от чешуи земля. И тут же рыба – соленая, вяленая, копченая. Все ничего, но – аромат…

К счастью, вскоре Гаспар перешел на мясные ряды, где народу было гораздо меньше. Рубщики мяса в заляпанных кровью дерюгах разделывали коровьи и овечьи туши прямо на глазах у немногочисленных покупателей. Стук тесаков о кости и деревянные чушки, свернувшаяся кровь на иссеченных ножами прилавках, жужжание жирных зеленых мух. Одинокие крики водоноса перекрывала хриплая грызня сошедшейся в схватке за мосол стаи дворняг.

Мясные ряды вскоре закончились и, махнув мне рукой, оглянувшийся Плотник свернул к торговцам овощами. Дальше шла бойкая торговля сырами и копченостями, после продавали ткани, выделанную кожу, конскую упряжь, седла, резные деревянные игрушки, посуду, сети и рыболовные снасти. Небольшой свободный от торгашей пятачок оккупировали уличные циркачи: визжали скрипки, гудели дудки, над толпой по натянутому шнуру вышагивал акробат, а наряженный в трико в черно-белую клетку мим, кривляясь, выпрашивал медяки.

И снова пришлось протискиваться через толпу. Высматривали свежую зелень отправленные за покупками кухарки, сновали меж людей коробейники, до хрипоты торговались приехавшие из соседних деревень крестьяне, выискивали товары подешевле небогато одетые домохозяйки и носились туда-сюда оборванцы… А ко всему прочему – визг ножей на точильных кругах, скрип тележных колес, клекот живой птицы, конское ржание, звон колокольчиков на входе в лавку торговца диковинками и голоса, голоса, голоса…

– Рыба, свежая рыба! Камбала, морской окунь!

– Эльза, представляешь, Марта с Валентино помолвку расторгла. А такая пара была!

– Какая пара? Он кривой, она тоже не красавица! О приданом, наверное, не столковались.

– Сельдь, сельдь!

– Слышь, кум, пшеница второй раз за седмицу подорожала.

– Да что ж за напасть такая, Господи!

– Орки у заозерцев поля пожгли.

– Платки пуховые, шали! Недорого!

– Ножи разделочные, сети, багры!

– Эй, Андриано, говорят – соль подорожает.

– Брешут. Это Джузеппе, прощелыга, слухи распускает, чтобы лежалый товар втридорога загнать.

– Квас, вода, пиво, морс! Квас, вода, пиво, морс!

– Кукуруза горячая! Пирожки с мясом, картошкой!

– Заклепки, гвозди сапожные. Дешево!

– Пироги, кулебяки с рыбой, грибами, капустой! Только из печи!

– А Джеронимо, подлец, с женой аптекаря спит.

– Тунец! Угорь! Крабы!

У входа в лавку торговца южными специями дорогу нам загородили два дородных горожанина и, протискиваясь между ними, я невольно замедлил шаг, прислушиваясь к заинтересовавшему меня разговору.

– Из Эр-Исто три корабля давеча пришли. Племяш говорил, ткани и ковры неплохие привезли. А нитки не бери – гнилые.

– Вино не привезли?

– У братьев Карлито пираты чуть барк на абордаж не взяли, пришлось бочки в море выкидывать. Болтают, не кто иной, как Просперо Одноглазый на своей «Крылатой деве» гнался. И знаешь, где? Неподалеку от Ринвильда!

– Совсем распоясались…

– Ничего, сколько веревочке ни виться… Слышал, небось, на той седмице «Черную ласточку» захватили?

– А то! Все, отплавался Жиль Кангар! Ты как знаешь, а я непременно пойду посмотреть, как его четвертовать будут!

Кангара изловили? Ну надо же!

Когда я уже окончательно ошалел от непрерывной толчеи и сливающихся в один сплошной гул голосов, Гаспар, наконец, вывел меня к выходу с рынка. Снова кивнул ополченцам и, даже не обернувшись, зашагал туда, где за крышами припортовых складов качались мачты кораблей. Слева возвышалась серая стрела маяка.

И какую тень Гаспар на рынке забыл? Неужели нельзя было просто обойти его по соседним улицам? Вряд ли мы от этого потеряли бы хоть сколько-нибудь времени.

Я уже догнал Плотника и собирался поинтересоваться, так ли было необходимо переться через рынок, когда почувствовал неприятный запах. Что-то сдохло?

Нет, не сдохло – в это время мы по небольшому мостку переходили через вдающийся в берег широкий канал, в который из обложенной камнем трубы стекал мутный поток нечистот. Запах моря непередаваемо-отвратительным образом смешивался с вонью гниющих водорослей, дохлых крыс и покачивающихся на волнах объедков и только усиливал зловоние текущих из канализации нечистот.

Гаспар покосился на мою кислую физиономию, но, промолчав, закрыл нос полой плаща и прибавил шагу. Забыв про все вопросы, я устремился следом. Твою тень! Хорошо хоть желудок пустой, а то бы точно вывернуло.

Охраняемый солдатами въезд на территорию порта остался в стороне – мы сворачивать к нему не стали и углубились в застроенный доками и складами прибрежный район. Сначала люди попадались навстречу довольно часто – наемные работники разгружали подводы и таскали тяжеленные вьюки, владельцы помещений торговались с приезжими купцами, а у мастерских капитаны и их помощники договаривались о ремонте и текущем осмотре судов. Местные пройдохи, как обычно, вынюхивали, где бы чего задешево купить или вовсе стянуть. Ну и пьяненькие моряки, передавая друг другу неведомо где раздобытые меха с вином, гурьбой валили в ближайшие к порту кабаки. Те же, у кого увольнение уже закончилось, нетвердой походкой возвращались на корабли.

Мое внимание привлекли два тайнознатца, судя по роскошным одеяниям цвета морской волны, то ли Владыки глубин, то ли Хозяева волн19. Окруженные учениками, они о чем-то степенно беседовали и поглядывали в сторону трех также совещавшихся промеж собой капитанов.

 

 

## 19. Хозяева волн, Владыки глубин – разные специализации практикующих управление водной стихией заклинателей Дома Волн, который после роспуска Гильдии тайнознатцев сумел сохранить большую часть своего могущества, образовав с Гильдиями мореходов и рыбаков Морской союз.

 

Гаспар, не останавливаясь, шел дальше и вскоре мы остались на улице в одиночестве. Да и соседние обветшалые строения, как мне показалось, давненько уже были заброшены и находились в запустении.

– Мастер Гаспар, вы уверены, что нам надо именно сюда? – немного забеспокоился я, оглядываясь по сторонам. Обвалившиеся крыши, выломанные двери, забитые окна. Тянувшийся вдоль дороги забор, хоть и сколочен из добротных досок, но уже покосился. Да и неширокая дорога вскоре превратилась в узкую тропинку, обочины которой заросли полынью, крапивой и репейником.

– Конечно, уверен! – фыркнул тот, тяжело вздохнул и, ослабив ремень, перевел дух. На раскрасневшемся лице выступили мелкие капельки пота, и он смахнул их рукавом плаща. – Сам понимаешь: некоторые люди предпочитают оставаться в тени.

– Это понятно, – не стал спорить я, сворачивая вслед за ним в узкий проход между сложенным из красного кирпича складом и высоким забором, над которым торчала покатая крыша. Двери склада давным-давно выломали вместе с петлями, но никто так и не озаботился их вставить. – А что это за место?

– Старые склады, – объяснил Гаспар. – Почти все здесь раньше купцам из Норлинга принадлежало. А в войну, сам, поди, слышал, какие дела творились…

– И что, никто к рукам их прибрать не удосужился?

– Понимаешь, тут как получилось: Гильдия мореходов о своих правах заявила, вот никто сюда и не сунулся. Да только и у мореходов коса нашла на камень: с магистратом по плате за землю они договориться так и не смогли. Те, вишь, тоже кусок от пирога откусить решили.

– И до сих пор не договорились? – удивился я. – Сколько лет с войны прошло! Давно бы уже между собой поделили. Чего зря добру пропадать?!

– Амбиции взыграли. А может, у кого из сильных мира сего свой в этом деле интерес имеется. – Гаспар остановился, тяжело вздохнул и вдруг неожиданно крепко ухватил меня чуть выше локтя правой руки. – Никогда ж не знаешь, у кого какой интерес…

Чужое присутствие я почувствовал еще до того, как из-за соседнего склада вышел невысокий мужчина средних лет в куцем сером плаще с откинутым капюшоном. Короткая стрижка и выгоревшие на солнце обвислые усы придавали ему сходство с выходцами из Заозерья, но слишком уж невыразительные черты лица и тусклый взгляд глубоко запавших карих глаз заставляли усомниться в этом предположении.

Одежда подстать небогатому, но бывалому путешественнику: удобная и какая-то мешковатая. Очень уж неприметная. Разве что заляпанные грязью сапоги стачаны из первоклассной кожи. Встретишь такого на улице, скользнешь взглядом и пройдешь мимо, не обратив никакого внимания. Но этот простым горожанином быть никак не мог: затянутая в черную кожаную перчатку ладонь уверенно сжимала рукоять направленного в небо небольшого арбалета.

Не знаю, что насторожило меня больше всего – глухое место, странные слова Плотника, вид снаряженного арбалета или скрип кожи за спиной. По отдельности – ничего особенного, но вот все вместе…

Даже не попытавшись вырваться из железной хватки Гаспара, я выхваченной из потайного кармашка метательной звездой снизу вверх полоснул его по лицу – Гаспара сразу же, отпустив меня, зажал рассечённую щёку – и обратным движением метнул бритвенно заточенную сталь в арбалетчика.

Поразив меня просто невероятной реакцией, незнакомец качнулся в сторону, и звездочка с глухим стуком воткнулась в деревянную стену сарая у него за спиной. Мгновенье спустя он выстрелил из арбалета, но все же немного поторопился, и болт прогудел пальцев на пять выше моей макушки.

Рванувшись в сторону, я в два прыжка достиг покосившегося забора, присел, подпрыгнул и, уже перевалившись через верх, услышал как в доску вошел еще один арбалетный болт. Не иначе, это выстрелил тот, кто подкрадывался со спины.

Приземлившись в заросли полыни, я в один миг оказался на ногах и бросился к углу стоявшего шагах в тридцати склада. Ожидание выстрела в спину придало мне прыти и преодолеть дистанцию удалось за сущие мгновенья. Но и этого времени оказалось одному из арбалетчиков достаточно, чтобы перезарядить оружие, забраться на забор и вновь попытаться продырявить мою шкуру. Короткий, но весьма увесистый болт выбил щепки и глубоко ушел в доски стены, когда я, поскользнувшись, уже завалился за угол склада.

Тень!

Еще мгновенье и быть мне пришпиленным к этой развалюхе.

Жадно хапнув ртом воздух, я быстро огляделся и сразу понял, что добраться до следующего забора не успею: треск досок и кустов выдавал скорое появление преследователей. И что же делать? В рукопашной я бы еще мог попытаться справиться с тремя противниками, но сейчас такой номер не пройдет: меня просто-напросто расстреляют. Что остается? Укрыться на складе? Благо, ворота выломаны и ничто не мешает мне заскочить внутрь.

Едва не врезавшись в рассохшиеся от дождя и солнца бочки, которые были навалены у входа в склад, я в последний момент изменил направление движения и ужом юркнул под днище стоявшей в зарослях крапивы телеги. Опиравшаяся на единственное уцелевшее колесо ось едва поднимала его над землей и мысль, что там может укрыться беглец, была способна прийти в голову только очень подозрительному человеку. Очень…

Главное, чтобы не осталось поломанных стеблей крапивы. И нельзя так громко дышать. Лучше – вообще не дышать. Да еще стук сердца за сто шагов слышен. Сглотнув слюну, я начал успокаивать дыхание и медленно втягивать воздух через приоткрытый рот. Все равно теперь уже ничего не изменить: если меня здесь найдут, зарежут как свинью. Я даже рукой пошевелить не смогу.

По потемневшему от влаги днищу телеги прямо перед моим лицом проползла двухвостка, но я даже не моргнул – со стороны склада, послышались скрип кожи и осторожные шаги. Шаги быстрые и легкие. Послышались и тут же стихли.

Человек вывернул из-за угла и замер, оглядывая пустырь? Наверняка…

Мгновеньем позже раздалось хриплое дыхание, хруст сминаемой травы и новые шаги – эти явно принадлежали весьма грузному человеку. Гаспар?

– Где этот выродок? – выдохнул Плотник и шумно хакнул, прочищая легкие.

– Заткнись, – без особого выражения, тихо, но весьма настоятельно посоветовал ему незнакомый женский голос. И Гаспар не вспылил – заткнулся. Даже дышать стал тише.

– Ну что? – нарушила молчание женщина, когда с противоположного конца склада медленно приблизился еще один человек. Судя по стихшим шагам, подходить вплотную к ней он не стал и остановился с другой стороны складских ворот.

– Сама не видишь? – рявкнул на нее мужчина. Голос сиплый и вроде как простуженный. Это, выходит, тот, который в сером плаще.

– Этот гад на складе, – уверенно заявил Гаспар. – Там мы его и прихватим. Прикройте меня.

– Уверен? – скептически поинтересовалась женщина. – А если он спрятался в бочках?

– Не полный же он идиот, – буркнул Плотник.

– Именно идиот, раз с тобой связался, – осталась при своем мнении женщина.

Послышались скрип, треск и глухие удары о землю рассыпавшейся пирамиды бочек – видимо, мужчина решил таким образом поставить точку в споре Гаспара и своей спутницы.

– Никого здесь нет, – некоторое время спустя объявил он.

– Сама вижу, не ослепла пока еще, – не осталась в долгу женщина.

– Ну что я говорил? – приободрился Гаспар. – На складе он!

– Головад, посмотри в траве, – не признала правоту Гаспара женщина, и у меня екнуло сердце.

– Да негде здесь укрыться. – Зашуршала трава, раздался хруст сминаемых стеблей, и неожиданно днище телеги просело, едва не свернув мне нос. – Гаспар, ты выход карауль, мы внутрь.

Потянулись минуты ожидания. Интересно, не обнаружив меня там, начнут они прочесывать прилегающую территорию? Вот уж интересно, так интересно…

Немного погодя послышался треск, негромкая ругань, и вскоре Головад со своей спутницей вернулись к Гаспару.

– Пусто? – разочарованно протянул тот. – Вы все осмотрели?

– Негде там укрыться. Хочешь, сам сходи – посмотри, – огрызнулась женщина.

– Я сразу знал, что его там нет, – немного помолчав, заявил Головад. – Шустрый…

– Он знал! – взвизгнула женщина. – Да как ты мог промахнуться с тридцати шагов?

– Ты, Рона, промахнулась с двадцати пяти, – напомнил Головад.

– Он в этот момент прыгнул!

– И что это меняет?

– Что это меняет? Все! Почему ты не дал ему подойти ближе?!

– Он опасен, Бальтеро об этом особо предупреждал. К тому же сама видела – неладное сразу заподозрил…

– Ты мог…

– Все, что мог, я сделал.

– Этого оказалось недостаточно!

– Не тебе…

– Головад!

– Хватит! – оборвал грозящую перейти в серьезную ссору перепалку Гаспар. – Этого мерзавца надо из-под земли достать! Он где-то рядом, я его нюхом чую!

– Ты-то чего горячишься? – уже совершенно спокойным голосом поинтересовалась Рона. – Не так уж сильно он тебе и личико порезал.

– Ну, знаете! Это вообще-то вам перед мастером Бальтеро отчитываться, – повысил голос Плотник. – И если он узнает, что этот малый ушел у вас из-под носа, о следующем заказе можете и не мечтать.

– Он не узнает. – В отличие от собеседника Головад голоса не повысил, но в этом необходимости, честно говоря, никакой и не было: угроза в его словах сквозила с остротой загнанного меж ребер стилета. – Ведь так?

– Не узнает, – враз осип Гаспар, но тут же пришел в себя. – Ничего он не узнает. Но если этого мерзавца прихватят мои парни, вся награда до последнего медяка моя. Ясно?

– Договорились, – неожиданно легко согласилась женщина. – Только не путайся у нас под ногами.

– Вот и отлично. – Тяжелые шаги Гаспара вскоре затихли и охотники за скальпами остались одни.

– Если он донесет Бальтеро… – в голосе Роны злости не было, один лишь холодный расчет, и я решил, что участь Гаспара предрешена.

– Бальтеро сейчас нет в городе, – успокоил ее Головад. – Но к его возвращению скальп этого молодчика должен быть у нас.

– Все равно надо избавиться от Гаспара, слишком много он стал себе позволять.

– Пока еще не время. Пусть сначала его люди прочешут Геладжио и вспугнут дичь.

– А если они найдут его первыми?

– Тогда мне их жаль… – Головад тихонько усмехнулся. – Учитывая, какого шороха мальчик навел в Альме…

– Без Гаспара найти его будет сложно, – высказала свое опасение Рона. – А эта толстая сволочь нам больше не помощник.

– Не волнуйся, дорогая, я обо всем позаботился. Когда Кейн поймет, что птичка улетела, он рванет вдогонку. А за совершенно смешную мзду его промурыжат на выезде из города хоть полдня, так что время перехватить его у нас будет.

– А если он решит из Геладжио уплыть?

– Порт – вотчина Гаспара. Туда ему соваться не с руки.

Голоса охотников за скальпами давно затихли, а я продолжал без движения лежать под телегой. Дело было даже не столько в мерах предосторожности, сколько в необходимости перевести дух и поразмыслить.

Самое неприятное даже не то, что за мою голову назначили награду – заказ получили профессионалы не самого высокого уровня, – а то, что теперь с подачи Гаспара к охоте за моим скальпом подключится все отребье Геладжио. Нет, из города надо выбираться.

Да и Катарина скорее всего уже покинула Геладжио. Только вот пока я совершенно не представляю, где ее теперь искать. Куда же ты, любовь моя, так спешишь? Куда? Единственная зацепка – торговое представительство Йорка. Следует разузнать, кто такой этот "монсеньор" и куда, собственно, собирается отбыть.

Но покинуть дружину и рвать из города подметки пока тоже нельзя: на предстоящие поиски понадобятся очень немалые деньги. А их у меня кот наплакал. Как ни крути, придется дожидаться продажи серебра. Да и с охотниками за скальпами надо что-то делать. Если подкупленные стражники на воротах задержат меня до появления этой парочки, на удачу рассчитывать уже не стоит. Второй раз они так уже не оплошают.

Полежав на всякий случай еще с полчаса, я начал осторожно выползать из-под телеги. Выбрался, огляделся и, не теряя времени, побежал через заросли полыни к дальнему забору – нечего здесь отсвечивать. Перелез через покосившиеся доски, забрался в какой-то склад с провалившейся кровлей и только тогда позволил себе перевести дух.

Да… Ну и вид у меня! Будто на помойке одежку подобрал. Хорошо еще, что камзол зеленый, пятна от травы не так заметны. Твою тень! Придется в таверне раскошелиться, чтоб прислуга почистила. В таком виде на улицу разве что только ночью выйти можно. И то стражники прицепиться могут.

Ладно, хватит ерундой заниматься, лучше очистить штаны и камзол уже не получится. Да и в таверну возвращаться давно пора. Как бы еще на глаза никому не попасться…

Не попадаться никому на глаза удавалось ровно до конца застроенной складами припортовой территории. А стоило ступить на разбитую мостовую ведущей к центру города дороги, как тут же послышался тихий свист и мне замахал рукой выглянувший из подворотни крепыш Карло.

Ну и какого дьявола понадобилось от меня подручному Лорда? Сделать, что ли, вид, будто не заметил? Нет, не стоит с этими оборванцами отношения портить. Да и вдруг он чего нового о Катарине узнал…

– Привет, – настороженно оглядываясь по сторонам и прикрывая ладонью рукоять ножа, подошел я к парню, напялившему длинный выгоревший на солнце плащ.

– Здорово, Кейн, – отозвался тот, отступил от выхода на улицу и уселся на выгнувшуюся под его весом доску, поставленную на два чурбака. – А я тут смотрю – ты идешь, дай, думаю, окликну…

– Ты чего здесь делаешь-то? – немного успокоился я и осторожно присел рядом.

– Смотрю, – как-то невнятно ответил тот и кивнул на прекрасно просматривающийся отсюда главный въезд в порт. – Может, работа непыльная подвернется, может, еще чего…

– Понятно, – не стал я уточнять насчет "еще чего". И так все ясно: вовремя углядеть что, где и у кого можно умыкнуть – половина успеха. Да и за крутящимися у порта малолетними попрошайками глаза да глаз нужен. И чтоб милостыню не тырили, и чтоб их самих кто не обидел. Люди разные бывают.

– А я сразу понял, что ты парень сообразительный. – Карло достал из-за пазухи пузатую кожаную фляжку, свинтил крышку, глотнул и протянул мне. – Ром.

– Не стоит, пожалуй. Вчера крепко перебрал.

– Бывает. – Парень спрятал фляжку и блаженно потянулся. – Ты девку-то свою нашел?

– Не. Она оттуда съехать успела.

– Плохо. – Неожиданно согнал безмятежную улыбку с лица подручный Лорда. – Тебе бы из города самый раз ноги делать.

– Чего так? – оторопел я.

– Да ходят людишки разные, о тебе спрашивают. Людишки мутные, Лорд с такими дел не ведет, но у нас и безмозглых дурачков хватает. Сболтнут лишнего и все дела.

– А что спрашивают?

– Сам не знаешь, что в таких случаях спрашивают? – оценивающе посмотрел на меня Карло.

– Догадываюсь, – признался я.

– Вот видишь. Так что ты в Геладжио не задерживайся, – посоветовал парень и неожиданно хохотнул. – Смени это… как там Сержио говорит… А! Обстановку, вот.

– Обязательно сменю. – Я задумался и тихонько забарабанил пальцами по чурбаку. – А скажи-ка мне, Карло, что за притон в вашем городе содержит некто Доминик? Если не ошибаюсь, он какие-то дела с Гаспаром Плотником ведет…

 

И все же я ошибся. Нет, Доминик действительно вел дела с Гаспаром, но его заведение оказалось вовсе не притоном, а вполне приличным постоялым двором в далеко не самой худшей части города. Хоть и до порта, и до городских ворот расстояние от него было немаленькое, но зато в этом районе порядок царил и днем, и ночью, а заселявшие его мастеровые наравне с постояльцами просиживали вечера в питейном заведении на первом этаже постоялого двора.

Решил туда заглянуть и я – благо, Карло не слишком дорого запросил за свой старый плащ с глубоким капюшоном, и у меня хватило мелочи его приобрести. Пусть и не должны были охотники за скальпами меня как следует рассмотреть, но лишняя осторожность не помешает – встречались мне люди с просто поразительной памятью на лица, было дело. Да и описать им меня заказчик должен был достаточно подробно.

Ненадолго замерев у двери, я переборол неожиданную робость и уверенно шагнул в обеденную залу. Людей в заведении Доминика оказалось не так уж и много: за столами обедали всего человек десять. Все правильно – для ежевечерних посиделок еще слишком рано. Быстро окинув взглядом собравшихся и не обнаружив никого знакомого, я немного успокоился и скинул с головы капюшон. Еще раз оглядел помещение и, усевшись за потемневшую от времени длинную стойку, развернулся спиной к стене.

Что меня узнают, я, немного поразмыслив, опасаться перестал. Вход с улицы и лестница на второй этаж с моего места просматривались просто прекрасно. Если что – успею отвернуться или капюшон накинуть. Да и не станут они меня на людях резать, а незаметно стилет в почку воткнуть я и сам могу. Конечно, сюда может заявиться Гаспар, но после сегодняшнего разговора сомневаюсь, что он рискнет лишний раз попадаться охотникам за скальпами на глаза. Этот гад вовсе не такой простак, каким старался выглядеть утром.

Так что беспокоило меня больше не возможное появление Головада или Роны, а отсутствие идей, как выбираться из этой передряги. Бегать от них вечно не получится – рано или поздно меня подловят. Можно, конечно, устроить засаду и напасть первым, но с двумя профессионалами так просто не справиться. Да даже если и повезет, остается риск остаток жизни провести прикованным к галерному веслу. Так что как быть – совершенно непонятно. Ладно, осмотрюсь, ясно станет. Гладишь, и придет чего в голову.

Вот только смотреть здесь особо не на что. Полумрак, свет едва проникает через мутные стекла забранных широкоячеечной металлической сеткой окон. К длинным столам придвинуты лавки. У задней стены уровень пола поднят локтя на три и там стоят рассчитанные на четыре–пять человек столы. Под потолком массивные обода люстр с потушенными пока свечами – точнее, огарками меньше чем в полпальца длиной. Дверь в подсобку – с другой стороны стойки, лестница на второй этаж – в противоположном углу обеденной залы.

– Чего изволите? – вынырнул откуда-то из-под стойки лысоватый мужичок, давно разменявший пятый десяток, но по-прежнему крепкий, как гриб-боровик.

– Кружку пива, нет – две. – Я выложил на липкую стойку медный шлем, порылся в кошельке и добавил щит.

– Горький стаут или янтарный эль? – Трактирщик обернулся к выставленным позади бочкам, ожидая под какой кран подставлять высокую деревянную кружку.

– Стаут, – решил я и плотней запахнул плащ. – Бр-р-р… Что-то меня знобит. И на улице, как назло, холод собачий.

– Лето ни к черту, – согласился выставивший кружку с элем на стойку хозяин, от которого не укрылись ни пятна на камзоле, ни мой обтрепанный плащ. – Рюмку кишкодера20?

 

 

## 20. Кишкодер – настоянный на травах самогон.

 

– Нет, благодарю. Пожалуй, не стоит, – на мгновенье задумавшись, отказался я. – Меня дядька в город послал цены на зерно узнать, если приду поддатый – всыплет.

– Да что там будет с одной рюмки? Только для сугрева. – Трактирщик отходить не стал и, лениво оглядев почти пустую обеденную залу, пригладил остававшиеся вокруг гладкой лысины редкие волосы.

– Нет, и не предлагайте, нам сегодня домой в Анаджио отплывать, а цены на зерно куда выше, чем мы рассчитывали. Дядька злой как черт.

– Да, зерно подорожало, – поскучневший трактирщик выставил передо мной вторую кружку, вытер о замызганное полотенце руки и сгреб медяки в нашитый на фартук карман.

– Это что! Говорят, и на соль цены взлетят. – Я отпил стаута и одобрительно покачал головой. Хорош…

– Брехня, – как-то не очень уверенно возразил мужик. – Ладно, в Заозерье поля пожгли, но солеварни-то под боком – что с ними станется?

Тут уже пришла моя очередь пожимать плечами и надувать щеки. Вышло это у меня вполне натурально – действительно, а что с ними случится? – и преисполненный чувства собственного превосходства трактирщик поделился парой свежих слухов. Я в долгу не остался и, припомнив мельком услышанные на базаре разговоры, тоже продемонстрировал свою осведомленность о жизни города.

Разговорившийся трактирщик предложил мне копченой камбалы, и у меня уже появилась мысль, как перевести разговор на постояльцев, но тут с лестницы на весь зал кто-то заорал:

– Хозяин! Мяса с кровью и поживее! Никакой рыбы! Мяса! И кувшин старого Эр-Нагорского.

Услышав голос Роны, я чуть не подавился пивом и во все глаза уставился на слегка подвыпившую девушку. Спускавшийся следом невзрачный Головад держался на ногах ничуть не тверже своей спутницы. Хоть за перила, в отличие от нее, и не держался.

Поднеся кружку к лицу, я прислонился к стене и сделал длинный глоток. На мое счастье, парочка охотников за скальпами не удостоила стойку своим вниманием, а сразу же свернула к стоявшим на возвышении столам. Стараясь не выдать своего интереса засуетившемуся трактирщику и нащупывая зашитый нитками кармашек на левом рукаве камзола, я с интересом смерил взглядом Рону.

Вот так посмотришь – ничего особенного. Симпатичное лицо портили резкие черты, темные волосы заплетены в косу, а свободного покроя длинное синее платье почти полностью скрывало излишне коренастую, на мой взгляд, фигуру. У нее оружия видно не было, у Головада в ножнах на поясе висел длинный прямой кинжал.

И почему этой братии никогда не составляет труда выхлопотать разрешение на оружие?

– Хозяин, тащи мясо! – Рона уселась за стол и потрепала по щеке нахмурившегося Головада. Тот отбросил ее руку и принялся сбивать с принесенного разносчицей кувшина с вином сургучную печать. – Да не вздумай его пережарить!

Сколько времени может понадобиться для того, чтобы приготовить мясо? При разогретой плите – всего ничего. Я прищурился и посмотрел в спину уже потащившему на подносе хрустальные бокалы и корзинку с хлебом трактирщику. Этот из кожи вон вывернется, но таким гостям угодит – выдержанное Эр-Нагорское вино по карману очень немногим. Значит, и мясо быстро приготовят, и к столу его сам хозяин унесет. Да даже если не сам…

В любом случае, в запасе у меня времени не так уж и много.

Я, наконец, вытащил из потайного кармашка замотанную в просмоленную ткань лепешку сушеной травы и выбрал из кошеля самую крупную монету – найденный вчера серебряный талер. Ну же…

Трактирщик уже успел вернуться к стойке и вовсю нарезал зелень и овощи, когда выбежавший с кухни поваренок передал ему здоровенное блюдо с поджаренным мясом и тушеными овощами. Хозяин тут же отложил нож и подхватил поднос, но я не стал терять время и остановил его, слегка заплетающимся языком попросив кишкодера.

– Одну минуту, – досадливо поморщился трактирщик, собравшийся к столу с куда более солидными и денежными заказчиками, но в это момент у него из нашитого на фартук кармана выпала и зазвенела на полу серебряная монета. Профессиональная бережливость взяла свое – поставив поднос на стойку, он поднял закатившийся под стул талер, сунул его в карман и, вновь подхватив поднос, поспешил к столу охотников за скальпами.

Я отряхнул об штанину налипшие на пальцы крошки багрян-травы, накинул на голову капюшон и, немного пошатываясь, вышел на улицу. Что ж, все прошло как нельзя более удачно. Вскоре Головаду и Роне станет не до меня. Надеюсь, они не слишком нагрешили за прошедшее с последней исповеди время. А впрочем, какая разница…

Перейдя на другую сторону улицы, я остановился напротив постоялого двора и в это время меня скрутил приступ рвоты. Избавившись от двух кружек пива, утерся полой плаща и закрыл глаза, дожидаясь, пока перед глазами перестанут мелькать разноцветные пятна. Да, багрян-трава штука крайне неприятная. Ну, сколько я мог ее вдохнуть? Всего ничего. И то по самому краю прошелся.

Постояв некоторое время, опершись о стену, я вытер плащом покрывшееся испариной лицо, потом подумал и выкинул его в заполненную грязью канаву.

Раздававшиеся на постоялом дворе крики меня сначала не заинтересовали, но когда с грохотом распахнулась входная дверь, и выскочивший из нее поваренок помчался по улице, стало понятно, что моя уловка сработала и больше охотников за скальпами можно не опасаться. Теперь бы только убраться от сюда побыстрее…

 

– Привет, Кейн, где пропадал? – подсел ко мне за стол подвыпивший Янек, когда под вечер я вернулся в таверну и только принюхивался к аромату, идущему от утащенной с кухни миски ухи.

– Дела были, – не очень вежливо буркнул я, даже не повернув голову в его сторону, и активно заработал ложкой. Настроение было отвратительным, нервы натянуты до предела, а неуместные расспросы вызывали лишь желание забить их обратно в глотку излишне любопытному дружиннику.

И действительно, мало того, что меня чуть не подстрелили утром, а мой скальп хочет заполучить Гаспар, так еще Дубрава наотрез отказался выдать хоть сколько-нибудь монет даже в счет полного отказа от своей доли в добыче. И то, что, пообщавшись с рекомендованным Карло уличным торговцем, удалось выяснить имя вчерашнего монсеньора, настроение нисколько не улучило. Этот франт оказался ни много, ни мало эрлом Майторном, вторым лицом в здешнем торговом представительстве герцогства Йорк. Что самое паскудное, вчера вечером он в сопровождении небольшого отряда отбыл на родину.

Получается, последняя ниточка оборвалась. Надо отправляться в погоню – иного выхода пока не вижу.

– Дела? На помойке, что ли, поваляться? – хмыкнул проходивший мимо с кружкой пива Язва.

– Что-то типа того. – Я бросил взгляд на испачканный камзол и тяжело вздохнул.

– Иди, Янек, погуляй, мне с Кейном поговорить надо, – с ходу заявил Арчи, плюхаясь на скамью рядом со мной. Змейка без лишних вопросов поднялся и пересел за соседний стол.

– Чего тебе? – вздохнул я.

– Дело есть, – как-то очень уж неуверенно замялся здоровяк. – Только учти, кому сболтнешь – язык вырву.

– Давай без угроз.

– Это не угроза. Это предупреждение. – Арчи бросил по сторонам пару мрачных взглядов, но продолжить не успел: по лестнице со второго этажа в сопровождении какого-то весьма неприятного на вид типа в длинном коричневом плаще спустился Анджей Дубрава. Причем мне сразу почудилось, что со спутником командира дело нечисто, но отчего именно возникло такое ощущение, с ходу разобрать не удалось.

Дубрава махнул Арчи рукой, и тот, только цокнув языком, пересел к ним за стол, где уже успел вольготно развалиться Семен Лебеда. Там сразу же завязался оживленный разговор, разобрать из которого у меня получалось в лучшем случае одно слово из трех. Но и услышанного с лихвой хватило, чтобы понять, о чем идет речь. Все просто – этот неприятный тип оказался очередным скупщиком, которому Дубрава пытался пристроить наше серебро.

Странно, не похож он ни на скупщика, ни на посредника. Присмотревшись, я понял, что меня смутило с самого начала – его жестикуляция. Могу поклясться, покупатель изо всех сил старался контролировать свои движения, но получалось это из рук вон плохо – от въевшихся намертво ужимок так просто не избавиться. И некоторые его жесты были мне определенно знакомы. Без всякого сомнения, выдававший себя за посредника человек проводил немало времени в общении с тенями Геладжио: ворами, бандитами и прочим отребьем. Рыбак рыбака…

Почесывая кончик носа костяшкой большого пальца, я чуть не выругался в голос, когда Анджей и этот проходимец ударили по рукам. Неужели они не видят, с кем ведут дела? Это ведь даже не мошенник, который расплатится фальшивыми золотыми коронами, это наводчик самых настоящих убийц.

– Что за птица? – сразу же поинтересовался я, когда Арчи вновь вернулся за стол, а Дубрава начал прощаться с довольным собой прощелыгой.

– Покупатель на серебро.

– Арчи, это плохой вариант.

– Что?

– Он не скупщик, не контрабандист и уж точно не посредник. Тенью клянусь, он – наводчик.

– Выпей пива, Кейн, – не отнесся к моим словам Арчи всерьез. – Анджей не первый раз в Геладжио, знает, с кем дела вести можно.

– Ну, если так…– протянул я и, встав со скамьи, направился к выходу за уже покинувшим таверну покупателем. – Ладно, пойду, пройдусь перед сном.

Привык я доверять своим предчувствиям и все тут. Не понимаю, как остальные не видят, что дело большой кровью закончится? Пуд серебра – достаточно веская причина, чтобы отправить в край теней полтора десятка чужаков, содержателя таверны и пару его слуг. И уж кто-кто, а портовое отребье крови никогда не боялось. Получить нож под ребра из-за чьей-то опрометчивости? С какой стати? Лучше, пока еще не поздно, эту ошибку исправить. И я даже знаю, как это сделать...

– Обожди. – Арчи ухватил меня за плечо и несильно вроде бы потянул к себе.

Я попытался выдернуть руку, но хватка оказалась неожиданно крепкой, и мне пришлось плюхнуться обратно на скамью.

– Так куда, говоришь, собрался? – не отпуская мою руку, поинтересовался Арчи.

– Погулять. Перед сном, – нагло соврал я.

– Да? – Откровенно издевательские нотки в голосе Арчи столь не вязались со сложившимся у меня образом недалекого здоровяка, что я даже растерялся. – А мне показалось, ты этого господина решил в мир иной переправить, пока он на нас бандитов не навел.

– Не понимаю, о чем ты, – немало раздосадованный тем, что Арчи удалось разгадать мой замысел, вновь начал подниматься со скамьи я.

– Сиди, – дернул меня тот обратно. – Сиди и слушай. Этот посредник заявился сюда не один, а с приличной охраной, которая дожидается его на улице. Все еще хочешь пройтись перед сном? Нет? Ну, тогда слушай дальше. Я предлагал самим отвезти серебро в Северные княжества или хотя бы в Ранлоу, но меня подняли на смех. С кем связался Дубрава, ты сам видел. Или фальшивыми монетами с нами расплатятся или еще как обжулить попытаются.

Я молча кивнул, хоть и был уверен, что сюда просто-напросто завалится толпа до зубов вооруженных головорезов.

– Не хочу остаться без медяка в кармане, ты, думаю, тоже, – продолжил настойчиво подводить меня к какому-то решению Арчи. – Ты ведь собираешься на север? Как насчет немного подзаработать?

– Что ты предлагаешь? – решил добиться конкретики я.

– Уговор про язык помнишь? Он остается в силе.

– Валяй.

– Отвезти это чертово серебро в какое-нибудь Северное княжество и там его продать.

– Что? – переспросил я, немало ошарашенный странным предложением. – Да кто нам его отдаст?

– Мы и спрашивать никого не будем, – начал излагать видимо давно продуманный план Арчи. – Заменим шар на точно такой же только оловянный. И свалим из города.

– А подмену, конечно, никто не заметит… – Предложение меня, мягко говоря, не вдохновило. Ладно, я, но не похож Арчи на законченного мерзавца, готового своих товарищей обворовать. А не проверка ли это? – Да и остальные что, не за тень головами рисковали?

– Они в накладе не останутся. Я тут с одним колдуном столковался – он нам весьма интересные чары обеспечит – олово от серебра никто и не отличит. От шара и так непонятной магией крепко несет, а тайнознатец посредника, прямо тебе скажу, не из лучших, подвоха не заподозрит. Так что парни останутся при своих, а мы немного подзаработаем.

– Почему ты выбрал меня? – не спешил соглашаться я.

– А кого еще? Заозерцы друг за друга глотку порвут, а тебе на остальных наплевать. Так? Так. К тому же ты собираешься на север, а в путешествии лишние деньжата никогда не помешают.

– А что Шутник? Почему я, а не он?

– Ты мое предложение примешь. Насчет него такой уверенности нет. Ну так что – по рукам?

– По рукам, – для виду поколебавшись, согласился я. С Дубравой каши не сваришь, а Арчи дело предлагает. Да и этот странный посредник никак из головы не идет. – Когда шар подменять будем?

– А прямо сейчас и подменим. Точнее, ты подменишь, – усмехнулся Арчи. – Сегодня очередь Змейки и Язвы дежурить, но я о них позаботился – до рассвета проспят беспробудно. Оловянный шар у меня в комнате, как окончательно стемнеет, через окно выберешься на крышу и залезешь к ним. Я тебя на улице буду ждать.

– Я смотрю, все подготовил и моего согласия дожидаться не стал. А если бы я отказался?

– Не отказался бы – мне в эти окошки не пролезть, а ломать дверь – слишком рискованно. Так что без тебя никак.

– Делим напополам? – от прямоты Арчи и чувствовавшейся в его словах угрозы мне сделалось не по себе, но я все же решил поторговаться.

– Договорились, – не стал мелочиться Арчи и поднялся из-за стола. – Значит так, если все проходит удачно – дожидаемся своей доли от Дубравы, покупаем лошадей и едем на север. Устраивает?

– Вполне, – согласился я.

Предложенный план, действительно, меня вполне устраивал. И не думаю, что Арчи задумал подставу, слишком серьезная подготовка была проведена. Да и с Анджеем у него разногласия, судя по всему, очень серьезные, раз он парней подбивал на север пойти. Странно это все, конечно, но мало ли что у человека произойти могло? И все равно ухо востро держать надо: как бы он и меня обжулить не попытался.

 

Забраться в комнату с Янеком и Язвой особого труда не составило, даже с учетом оттягивающего плечо мешка с оловянным шаром: опыт по этому делу как-никак у меня имелся весьма солидный. Туда забраться труда не составило, а вот обратно… Спускаясь вниз, я чуть не сорвался с водосточной трубы. И дело было вовсе не в усталости: просто в комнате стоял такой густой дым чертова корня, что волей-неволей пришлось наглотаться дурмана.

Фу-у-у… Аж в глазах потемнело. Это ж сколько они выкурить умудрились? Одно скажу: очень, очень немало. Заснули прямо на полу и, когда я залез в окно, даже ухом не повели.

Спустившись по показавшейся бесконечной водосточной трубе, я несколькими глубокими вздохами прочистил легкие и, подождав, пока перед глазами перестанут прыгать зайчики, а руки и ноги дрожать, огляделся по сторонам. Ну и где Арчи? Небо затянули темные облака, начал накрапывать дождик. Не видно ни зги. Да где же он?

В узком проходе между соседними домами мне почудилось движение и, отпустив котомку с серебряным шаром на землю, я пригнулся и вытащил метательный нож. Арчи откинул капюшон почти сливавшегося в темноте со стеной дома темного плаща и махнул мне рукой.

– Заменил? – первым делом спросил он, когда я перебежал через улицу и заскочил в тесный проход между домами.

– Разумеется. – Я передал ему котомку. Не то, чтобы из-за особого доверия, но пусть уж лучше его движения этот пуд серебра сковывает, а не мои. У меня и так левое плечо еле-еле ворочается.

– Тогда пошли – есть у меня тайничок один на примете, куда товар на время пристроить можно. – Арчи ничуть не напрягаясь закинул котомку на плечо, развернулся и неожиданно замер на месте.

– Ты чего? – остановился я, чуть не врезавшись ему в спину, и выглянул у него из-за плеча.

– Далеко собрались? – Голос перегородившего проход Габриеля звучал весьма неприветливо, да и крутившийся на тонкой цепи шар кистеня не оставлял надежды на случайность встречи.

Тень тебя забери, Шутник! Ну, как же не вовремя! И ведь какое место выбрал, подлец – Арчи свой молот из поясной петли даже достать не успеет. И что делать?

– Да нет, тут недалеко, – совершенно спокойно ответил Арчи и, будто почувствовав, что моя ладонь легла на рукоять ножа, добавил. – Ты, Кейн, не суетись. Нормально все.

– Да что ты говоришь? Правда, что ли? – Рука Шутника немного дрогнула, и шипованный шар прошуршал прямо перед лицом даже не шелохнувшегося здоровяка. – Значит, тебе теперь старых товарищей обокрасть – это уже нормально?

– Старые товарищи получат столько, сколько им обещал Дубрава и ни медяком меньше. Или ты сомневаешься в моих словах?

– Я теперь во всем сомневаюсь, – чуть спокойней пробурчал Шутник. – Даже в тебе. Ты еще скажи, что у тебя в мешке не наш пуд серебра заныкан?

– Знаешь, Габриель, я тебя без всякого сомнения уважаю, но волновать тебя должно не то, что лежит у меня в мешке, а то, что осталось у Дубравы.

– И что же осталось у Дубравы?

– У Дубравы осталось то, за что покупатель выложит столько золота, сколько стоит пуд серебра. Сечешь?

– Не надо так со мной разговаривать, Арчи. Я тебе не мальчик, которому голову красивыми словами запудрить можно. – Габриель нахмурился и я понял, что сейчас он предложит нам возвратиться в таверну.

– Шутник, хорош невинность из себя корчить. – Я немного отодвинул Арчи в сторону и выглянул у того из-за плеча. – Тебе лишнее золото помешает?

– Эх, мальчик…– Шутник тяжело вздохнул и я понял, что выбрал неверный тон. – Не за счет друзей…

– Габриель, ты меня слушаешь – нет? – тут же оттеснил меня плечом назад Арчи. – Я же тебе говорю – то золото нам всем обеспечено. Это приработок. На нас троих.

– На троих? – задумался Шутник. – Дополнительно?

– Да. Ты в доле?

– Наши точно деньги получат?

– Я похож на самоубийцу? – вопросом на вопрос ответил Арчи. – Или у тебя есть основания сомневаться в моих словах? Ты меня сколько лет знаешь?

– Столько не живут, – ухмыльнулся Шутник и перестал раскручивать кистень. – Значит, на север?

– На север.

Первым донесшийся через тихий шорох дождя скрип колес расслышал я. А когда послышались всхрапывание лошадей, скрип кожи и едва слышный лязг железа, насторожились и остальные.

– Это что?.. – заикнулся было Габриель, но Арчи поднес палец к губам и он замолчал.

Я осторожно выглянул из прохода и сразу же отпрянул назад: мимо нашего проулка к таверне проехала карета, которую сопровождали десятка полтора до зубов вооруженных людей в темных плащах и полностью закрывающих лица масках с узкими прорезями для глаз. Человек пять, на ходу доставая из ножен абордажные палаши, побежали к черному ходу, а из остановившейся у входа в «Морской змей» кареты выбрались шесть арбалетчиков и верзила с костяным посохом тайнознатца Дома Волн.

И ведь даже не надо гадать, по чью душу они сюда заявились. И чем закончится этот визит…

Так уж получилось, что все мы пришли к одинаковому выводу почти одновременно. И, к счастью, мои мысли полностью совпали с мнением Шутника.

Арчи еще только начал открывать рот, чтобы попытаться предупредить о грозящей опасности остававшихся в таверне дружинников, когда мы с Шутником, не желая оказаться нашпигованными арбалетными болтами, прыгнули на него. Габриель, всем своим весом врезавшись под колени, сбил здоровяка с ног, я навалился сверху, зажал рот и придавил голову к земле. И все же Арчи оказался слишком силен: меня он просто отшвырнул в сторону, уперся рукой в стену дома, приподнялся… и тут Шутник врезал ему по голове рукоятью кистеня.

– Под руки хватай его, и ходу, – распорядился Габриель, как только мне удалось вновь глотнуть воздух, выбитый из легких ударом о стену.

Я так и сделал, и мы потащили находившегося в беспамятстве здоровяка по переулку от доносившихся из таверны криков людей и лязганья клинков. Весил наш долговязый компаньон будь здоров, но выбора не оставалось – чем дальше мы успеем убраться от «Морского змея», прежде чем он очнется, тем лучше.

Уж в этом у меня сомнений не было ни малейших.

 

<- Предыдущая часть / Следующая часть ->

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить электронный текст на Литрес

Купить книгу в магазине Автора и скачать текст в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt

Cкачать и слушать аудиокнигу "Повязанный кровью"

 

Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

Павел Корнев. ПадшийСпящий

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон