Авторизация

 

 

 

Безликий. Часть 3
Читать книгу Павла Корнева "Безликий"


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать электронный текст на Литрес
Купить и скачать книгу в магазине Автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Cкачать и слушать аудиокнигу "Безликий"

 

 

 

 

4

 

В фойе клуба дежурил Антонио. Высокий светловолосый красавчик с голубыми глазами и ямочкой на подбородке пользовался неизменным успехом у танцовщиц из кордебалета и слыл записным сердцеедом, но с гостьями себе никогда лишнего не позволял, был безупречно предупредительным и не более того. Как-то раз Софи упомянула, что охранника вышибли из армии за интрижку с женой командира, и он дал себе зарок не повторять прежних ошибок.

Когда я подошёл, Антонио посмотрел на меня с нескрываемым сомнением и язвительно поинтересовался:

- Говорят, теперь ты здесь главный?

- Если речь идёт о главном мальчике на побегушках, то - да, так оно и есть, - рассмеялся я в ответ.

- Хозяйка никогда о тебе не говорила.

- У нас не те отношения с кузиной, чтобы отправлять друг другу открытки на именины, - пожал я плечами. - Ты здесь один?

- Жиль курит на улице.

Жилем звали неприметного коротышку с крупным носом и вечно-сонными глазами. Он мало говорил и казался не слишком сообразительным, но когда охранники собирались за карточным столом, легко обчищал всех остальных. Чем коротышка занимался до того, как устроился в "Сирену" вышибалой, никто толком не знал; на работу его принимал ещё граф Гетти.

Антонио отвернулся к зеркалу, достал расчёску и спросил:

- Сицилийцы настроены серьёзно?

- Не думаю, - покачал я головой. - Но с ними никогда наперёд ничего нельзя сказать, поэтому держи ухо востро. Премьера должна пройти без сучка, без задоринки.

Охранник кивнул, давая понять, что принял моё предупреждение всерьёз.

- И да - сегодня ночью забираем товар, - сообщил я. - Собираемся после закрытия.

- Ого! Так ты в деле? - удивился красавчик.

- В деле. И что стого?

- Ничего, просто... странно это, - пожал Антонио плечами. - Появился из ниоткуда и вот уже знаешь всё и обо всех. - Он покачал головой и повторил: - Странно.

- Может, кузина никогда и не говорила обо мне, - ответил я обезоруживающей улыбкой, - но она мне доверяет. Это главное. Ясно?

- Ясно. А что с Моретти? Говорят, он укокошил двух полицейских и подался в бега?

- Пьетро большой мальчик и способен сам о себе позаботиться.

Я хлопнул вышибалу по плечу и прошёлся по фойе. Дальнюю стену занимало изображение лесной поляны с кружащими в танце обнажёнными нимфами. Неподготовленному зрителю подобная картина могла показаться излишне фривольной, но от нападок моралистов её спасал античный сюжет. Грань между приличным и неприличным в нашем обществе удивительно... тонка.

Не задерживаясь у картины, я свернул в боковой коридор и отправился на кухню. Пьетро предпочитал питаться в окрестных закусочных, но мне, как родственнику хозяйки, скромничать было не с руки. Не обращая внимания на неодобрительный взгляд шеф-повара, я снял пробу с готовящегося для вечернего приёма угощения и выставил вверх большой палец.

Шеф похвалы не оценил и велел убираться с кухни немедленно.

- Спокойствие, папаша! - улыбнулся я в ответ. - Только спокойствие!

Дядечка в белом халате и высоком поварском колпаке задохнулся от возмущения, чем я и поспешил воспользоваться. Откромсал пару кусков от копчёного окорока, взял булку свежего хлеба и юркнул за дверь, не забыв ухватить по дороге уже откупоренную бутылку красного вина, которое намеревались использовать для приготовления соуса.

В клубе я оставаться не стал, отпер полученными от Софи ключами дверь на чердак и выбрался через слуховое окошко на крышу. Там устроился рядом с печной трубой, разложил еду на газете и принялся без спешки обедать, попутно разглядывая раскинувшийся во все стороны город.

Дул несильный ветер, в затянутом серой дымкой и облаками небе медленно дрейфовали дирижабли. Над старым городом летальных аппаратов было непривычно много: там, постепенно прирастая этажами, тянулся ввысь новый императорский дворец.

Острословы уже успели окрестить это строение Новой Вавилонской башней, но лично я не видел в желании её величества стать немного ближе к небу ровным счётом ничего предосудительного. И сам не без греха, что уж там говорить...

Запрокинув голову, я приложился к бутылке и сделал длинный глоток вина, потом достал карандаш и блокнот. Но рисовывать стал не окрестные виды, а навестивших клуб сицилийцев. Лица, очертания фигур, движения.

Просто так, на всякий случай. Вдруг на что сгодится...

 

Спустился я с крыши, когда уже начало вечереть. Прошёлся по клубу, наблюдая за приготовлениями к представлению, проверил, как обстоят дела у охраны, потом заглянул в общую гримёрную. Танцовщицы накладывали макияж и только-только начинали переодеваться в сценические наряды, большинство девушек пока ещё расхаживали в коротеньких халатах, а некоторые и вовсе ограничились лишь кружевными панталонами.

Одна такая полуголая красотка стояла у самого входа; я не удержался и шлёпнул ладонью ей чуть ниже спины. Девица взвизгнула, застигнутые врасплох танцовщицы закрылись руками и полотенцами, загомонили, требуя убираться прочь.

- Привет-привет! - беспечно улыбнулся я, но на всякий случай всё же отступил к двери. - Я Жан-Пьер, кузен госпожи Робер!

Крики смолкли, в глазах девушек появился интерес. Кто-то как бы невзначай принял соблазнительную позу, кто-то позволил слегка соскользнуть полотенцу и распахнуться халатику. Одна рыжая чертовка после моих слов и вовсе стала не столько закрывать ладонями груди, сколько приподнимать их, выставляя напоказ.

Я сделал вид, будто ничего не заметил, и объявил:

- Кузена попросила присмотреть в клубе за порядком, поэтому если у кого-то вдруг возникнут проблемы, например начнёт приставать излишне ретивый ухажёр, не скромничайте и сразу зовите меня. Помогу, чем смогу.

- Будешь провожать домой? - поинтересовалась рыжая кокетка.

- И даже в кроватку уложу, если понадобится, - с усмешкой подтвердил я. - Главное не тяните! Всем всё ясно?

Я дождался утвердительных кивков, вышел в коридор и наткнулся там на Гаспара.

- Жан-Пьер! - окликнул меня испанец. - Пришёл какой-то странный тип, госпожа Робер просит тебя им заняться.

- Кто такой?

- Какой-то Моран. Никогда его раньше не видел.

- А! - сообразил я, о ком идёт речь. - Где ты его оставил?

- В холле.

- Идём!

К этому времени уже начали подходить первые зрители. Антонио и Жиль сверялись со списками и запускали их внутрь. Сегодня была закрытая премьера и случайных людей в клубе не ожидалось, но полицейский на фоне избранной публики нисколько не выделялся.

- Вон, у зеркала, - подсказал Гаспар.

Инспектор Моран оказался худощавым господином средних лет в отлично пошитом вечернем костюме; в петлице пиджака алела гвоздика, из нагрудного кармана выглядывал аккуратный треугольник белого платка. Аристократическое лицо сыщика было худым и бледным с высокими, круто заломленными бровями, прямым носом и тонкими бледными губами. Напомаженные волосы он зачесал назад.

Я поспешил к полицейскому и радушно улыбнулся:

- Мсье Моран?

Инспектор нисколько не походил на полицейского, а скорее напоминал театрального критика или даже бездельника из театральной богемы, но стоило ему только повернуться ко мне, и от пристального взгляда колючих серых глаз враз сделалось не по себе.

- С кем имею честь? - поинтересовался Моран и поинтересовался, надо сказать, весьма холодно, но я и не подумал разыгрывать смущение.

- Я Жан-Пьер, кузен мадам Робер. Она попросила вам здесь всё показать.

Бастиан Моран взял со столика кожаную папку и попросил:

- Проводите меня в кабинет госпожи Робер.

- Её сейчас нет...

- Неважно! - отрезал Моран и уже несколько мягче добавил: - С ней я побеседую позже, а сейчас просто хочу осмотреть... место происшествия.

- Как скажете. Нам сюда...

Взмахом руки я отпустил наблюдавшего за нами со стороны Гаспару и провёл сыщика к кабинету Софи. Отпирать его не понадобилось, Моран просто огляделся в коридоре и спросил:

- Это ближайший путь из зала?

- Так и есть.

- А где работал Пьетро Моретти? Не вчера, а вообще. Была у него постоянная студия?

- Это в другом крыле здания. Идёмте.

Я повёл инспектора по коридору, а тот вдруг хмыкнул.

- Вы разве здесь не первый день? Хорошо ориентируетесь в этом лабиринте.

- Успел пробежаться, - беспечно ответил я, отпирая нужную дверь. - Не собираюсь терять место из-за какой-нибудь дурацкой оплошности. Если разочарую кузину, она запросто выгонит меня взашей, несмотря на родство.

- И всё же она доверяет вам...

- Вы о ключах, мсье? - Я тряхнул кольцом. - Ну да, доверяет. Кровь не вода, знаете ли.

Инспектор прошёл в мастерскую, а я остался стоять на пороге. Сыщик на миг замер посреди студии, потом откинул занавес с одного из полотен и задумчиво заломил крутую бровь.

- Что скажете?

Я подошёл, взглянул на картину с тремя танцовщицами и пожал плечами.

- Ничего в этом не понимаю, но как по мне - ему повезло с натурщицами!

Моран снисходительно улыбнулся и начал осматривать незаконченные работы. Многие из них оказались выполнены в стиле абстракционизма, их чёрно-красно-оранжевыми тонами Пьетро пытался раскрыть тему огня. Другим его постоянным сюжетом выступали ночная река и чёрный, едва различимый дом на заднем плане, но хватало и обнажённой натуры. По правде, таких картин было больше всего.

- Госпожа Робер состояла в отношениях с Пьетро Моретти? - спросил сыщик некоторое время спустя.

- С чего вы взяли? - опешил я от неожиданности.

- На некоторых полотнах она изображена обнажённой, - пояснил свой интерес инспектор. - А кроме того, как ещё безвестный художник мог оплачивать аренду мастерской?

- Об этом вам лучше спросить у кузины.

- Спрошу, - кивнул Моран. - Так где, говорите, я могу опросить персонал?

- Здесь?

- Не самое подходящее помещение.

Я на миг задумался, потом вспомнил о кабинете графа Гетти на втором этаже и попросил:

- Следуйте за мной.

Кабинет супруга Софи встретил нас полумраком. Сюда редко кто заглядывал, и окна закрывали плотные шторы. Их я первым делом я и отдёрнул, запустив в просторную комнату лучи заходящего солнца. Пыль здесь протирали каждую неделю, поэтому никакой дополнительной уборки не понадобилось.

- Проходите! - пригласил я внутрь инспектора. - С кем хотите поговорить?

Моран переступил через порог и внимательно оглядел обстановку. Рабочий стол с висевшим на стене за ним пейзажем сыщик по какой-то причине забраковал и остановил свой выбор на одном из кресел у камина. Уселся в то, что было развёрнуто высокой спинкой к окну, и почти растворился в густой тени. На свету остались лишь убранные на подлокотник руки; в перстне заискрился крупный жёлтый бриллиант.

- Морис Тома, знаете такого? - спросил Моран.

- Нет, мсье, - ответил я, но сразу прищёлкнул пальцами, будто поймал нужное воспоминание. - Буфетчик?

- Он самый. Приведите его. И передайте пепельницу.

Получив хрустальную пепельницу, сыщик достал пачку "Честерфилда" и закурил, а я отправился за буфетчиком. Тот командовал официантами и следил за правильной сервировкой столов, но, памятуя о распоряжении хозяйки, отказаться от общения с нашим гостем не посмел. Только пробурчал под нос какое-то ругательство и на миг задержался у зеркала. Разгладил выглядывавший из-под фрака чёрный жилет и слегка сдвинул в сторону чёрную же бабочку. Думаю, поправил бы и прикрывавший лысину парик, но при мне делать это постеснялся.

Я привёл буфетчика в кабинет графа, и Морис замялся на пороге, не решаясь ступить внутрь.

- Присаживайтесь, любезный! - указал тогда инспектор на кресло напротив. - Жан-Пьер, не уходите. Хочу, чтобы вы присутствовали при беседе. Я ведь здесь неофициально...

При этих словах буфетчик встрепенулся и напомнил:

- Я всё рассказал в Ньютон-Маркте! Под протокол!

- Знаю, я читал, - спокойно подтвердил Бастиан Моран и требовательно взглянул на меня. - Жан-Пьер?

С обречённым вздохом я прикрыл дверь и уселся за рабочий стол графа. Упоминание сыщиком неофициального статуса беседы убедительным мне не нисколько показалось. Третий департамент обычно не обременял себя формальностями, решая сунуть нос в чужие дела.

Бастиан Моран затушил сигарету о дно пепельницы и спросил:

- Морис, когда вы вчера уходили, кто оставался в клубе?

- Госпожа Робер, ночной сторож и художник, Пьетро Моретти, - ответил буфетчик без малейшей заминки. - Вчера был выходной, клуб не работал. Я готовился к сегодняшнему приёму.

- А танцовщицы, музыканты, хореограф? Никто из них не мог задержаться внутри?

- Репетиция закончилась раньше. Перед уходом я обошёл все помещения и погасил светильники, на глаза никто не попался.

- Вы затушили все светильники?

- Несколько осталось гореть в зале, где работал Пьетро. Он обещал погасить их сам.

- Но не погасил?

- Нет.

Я не понимал, к чему клонит инспектор, а тот, казалось, и сам этого не знал и задавал вопросы исключительно наобум. Какое-то время Бастиан Моран молча постукивал кончиками пальцев по подлокотнику, а Морис как завороженный следил за искоркой вставленного в перстень бриллианта. Но потом буфетчик скинул оцепенение и забеспокоился.

- Сегодня очень важный день, мне нужно работать!

- Не беспокойтесь, надолго вас не задержу, - уверил его сыщик и произнёс: - Согласно показаниям прибывших на место преступления констеблей, светильники в зале продолжали гореть.

- Так я же говорю, - всплеснул руками Морис Тома, - я не погасил их, потому что Пьетро ещё оставался работать!

- Но их не погасил и художник. А он бы непременно сделал это, если бы собрался уходить. Так?

- Не понимаю, почему это так важно, - признался сбитый с толку буфетчик.

- Просто интересно, - мягко улыбнулся Бастиан Моран. - Скажите, когда вы покидали клуб, не заметили на улице никого подозрительного?

- Нет.

- Никто не стоял у входа?

- Я никого не видел.

- Хорошо, можете идти.

Я выпустил буфетчика из кабинета, прикрыл за ним дверь и спросил:

- Кого звать теперь?

- Пожалуй, никого, - решил вдруг Бастиан Моран. - Но у меня есть несколько вопросов к вам.

- Задавайте, - разрешил я со спокойным сердцем, поскольку скрывать Жан-Пьеру от полицейских было нечего.

И всё же сыщик сумел удивить: он начал с того, что потребовал мой паспорт. Изучил его, уделяя особое внимание отметкам о пересечении границы, и как бы невзначай поинтересовался жизнью в колониальной Африке, а попутно что-то записал в блокнот. Затем Моран пожелал выяснить, чем я занимался два месяца, прошедшие с моего прибытия в Новый Вавилон.

- Пил, гулял, искал работу, - пожал я плечами, разваливаясь в кресле.

- Почему же не обратились к кузине?

Я рассмеялся.

- Мсье! У кузины своих забот полон рот. Она в долгах как в шелках, выручки едва хватает, чтобы платить по закладным. Так что ещё неизвестно кто кому оказывает услугу: Софи мне, принимая на работу, или я ей, соглашаясь помочь.

Инспектор выгнул бровь.

- Но клуб, кажется, процветает?

- Дело в старых долгах.

- В старых долгах?

- В очень старых долгах.

- Это как-то связано с её пропавшим супругом? - предположил инспектор.

Я почувствовал, что ступил на очень тонкий лёд, и осторожно кивнул.

- Да, граф был заядлым игроком. Слишком азартным и не очень удачливым.

Бастиан Моран покачал головой и вдруг спросил:

- Вы встречались с ним?

 

Студёный октябрьский ветер, плеск тёмной речной воды...

 

Я беспечно улыбнулся и спокойно ответил:

- Перекинулся как-то парой слов. Уже даже не помню когда.

- Что вам известно о его исчезновении?

- Только то, что писали в газетах. В то время я был на континенте.

Граф Гетти бесследно исчез два года назад, в самом конце октября. После одной из шумных вечеринок он вдруг перестал появляться на людях, а несколько дней спустя вышел на яхте в море и... больше его никто никогда не видел.

- Есть предположения, что с ним могло стрястись? - полюбопытствовал инспектор.

- Ни малейших, - ответил я и принялся выдвигать ящики письменного стола. В одном из них обнаружился выкидной стилет с накладками из леопардового дерева. Посередине рукояти была сделана серебряная вставка с гербом рода Гетти - мечи и щуки, разделённые восходящей диагональю, - а на больстере сплелись в затейливый вензель буквы "М" и "Г".

Судя по клейму мастера, нож изготовили в одной из многочисленных мастерских итальянского Маниаго. Я сдвинул кнопку, полюбовался разложившимся клинком, хищным и узким, потом сложил его обратно.

Бастиан Моран взглянул на меня с непонятной улыбкой и вновь спросил:

- Могла госпожа Робер иметь отношение к исчезновению супруга?

 

Студёный октябрьский ветер, плеск тёмной речной воды, щелчок предохранителя...

 

- Разве есть основания подозревать в исчезновении графа убийство? - прищурился я.

- Просто скажите, что вы об этом думаете.

- Но какое...

- Ответьте, прошу вас!

Вот только сыщик не просил, а требовал. Я вздохнул и покачал головой.

- Нет, мсье. Софи ни в чём таком не замешана, это ясно как белый день. В противном случае тело графа нашли бы очень и очень быстро.

- Из-за страховки?

Ни для кого не было секретом, что супруги Гетти застраховали свои жизни в пользу друг друга, но к тому времени как появилась возможность признать пропавшего Марко умершим, срок действия страховки давно прошёл.

- Вижу, вы подняли материалы дела, - отметил я. - С чего бы это?

Бастиан Моран потёр пальцами бледное лицо и ничего на мой вопрос не ответил. Вместо этого задал очередной вопрос:

- Так вы полагаете, граф наделал долгов и сбежал от кредиторов?

 

Студёный октябрьский ветер, плеск тёмной речной воды, щелчок предохранителя...

Вспышка!

 

Я непроизвольно потёр грудь, но сразу взял себя в руки и фыркнул.

- Во-первых, мсье, я ничего об этом не думаю. Во-вторых, раз уж вы спрашиваете, нет - эта версия не кажется мне убедительной. Никто не отправляется на дно в одиночестве, все стараются утянуть за собой близких. Реши граф скрыться, он не оставил бы здесь Софи. Увёз бы её с собой. Скорее уж Марко сорвал куш и решил не отдавать долги, а начать новую жизнь.

Инспектор закурил и кивнул.

- Яхта, штормовой океан, крушение. И никакого криминала.

- Послушайте, мсье! К чему эти расспросы? - не выдержал я. - Вы можете объяснить?

На этот раз Моран уходить от прямого ответа не стал.

- Детектив-сержант Льюис, которого вчера застрелили в клубе, расследовал обстоятельств исчезновения графа Гетти. Он опрашивал работников марины, которые видели графа на борту отплывавшей яхты. Именно эти показания послужили основанием для отказа в возбуждении уголовного дела. Но вдруг имел место подлог? Возможно, Льюис явился сюда с целью шантажа?

- А что говорит его инспектор?

Бастиан Моран досадливо поморщился.

- Инспектор Остридж предоставляет подчинённым излишнюю, на мой взгляд, самостоятельность. По его словам, сержант собирался проверить какую-то зацепку по одному из текущих расследований. Это всё, что ему известно.

- А констебль, которого оглушили? Я слышал, кто-то остался в живых!

- Фредерик Гросс? Уверяет, что просто выполнял приказ сержанта. Но я ещё поговорю с ним. И не только с ним.

Прозвучало заявление инспектора на редкость многозначительно; я вновь щёлкнул стилетом, затем сложил клинок и спрятал нож в карман.

- Что-то ещё? - спросил я, откидываясь на спинку кресла.

- Нет, на этом всё. Благодарю, Жан-Пьер, вы мне чрезвычайно помогли.

Бастиан Моран затушил сигарету и поднялся на ноги. Я выпустил его из кабинета, да и сам оставаться там не стал, вышел в коридор и запер дверь. Смотреть уже начавшееся представление не пошёл, вместо этого отправился проверить охранников. У них всё оказалось спокойно, поэтому я решил не раздражать вышибал назойливой опекой и заглянул на кухню. К счастью шеф-повар был занят последними приготовлениями, и никто не помешал мне нагрузить поднос тарелками с мясными деликатесами, прихватить бутылку вина и вернуться в кабинет графа.

Я не заедал стресс, просто Пьетро был слишком уж худощавым. Дабы полностью соответствовать образу хулиганистого Жан-Пьера мне требовалось набрать вес и окрепнуть.

Что же касается расспросов сыщика - они встревожили меня не слишком сильно. Инспектор лаял не на то дерево и очень скоро должен был это понять.

 

<- Вернуться // Читать дальше ->

 


Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон
Купить и скачать электронный текст на Литрес
Купить и скачать книгу в магазине Автора в форматах fb2, mobi, epub, rtf, txt
Cкачать и слушать аудиокнигу "Безликий"

 

 

Короткое лето

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

Павел Корнев. Лёд. Кусочек ЮгаЛёд.Кусочек юга

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон