Авторизация

 

 

 

Холод, пиво, дробовик. Часть 5
Читать книгу Павла Корнева и Андрея Круза "Холод, пиво, дробовик"
Хмель и Клондайк 2

 

Андрей Круз, Павел Корнев

цикл Приграничье

 

 

 

 

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить и скачать на Литрес в форматах fb2, epub, mobi, rtf, txt и других

Купить и скачать в магазине Андрея Круза

Скачать и слушать аудиокнигу

 


 

 

"Холод, пиво, дробовик"

часть 5

 

 

Хмель, 2 января

 

Солнце к этому времени клонилось к закату; оно и так не особо высоко над крышами домов зимой поднимается, а сейчас и вовсе уже готовилось нырнуть за городскую стену. Но окончательно скрыться не успело, и стоило только вывернуть на Красный проспект, принялось светить прямо в глаза. Тени сгустились, здания казались мрачными развалинами, снег приобрёл тёмно-серый оттенок. Похолодало, сгустившиеся на юго-востоке тучи казались иссиня-чёрными пятнами, лишь самый их край подсвечивали зловещим багрянцем закатные лучи.

Зловещим? Да нет, всё как обычно, в общем-то, просто настроение ни к чёрту.

В расчищенном от снега переулке перед нами пристроился тянувший на санках алюминиевую флягу мужичок, которого прямо-таки пошатывало из стороны в сторону. Плёлся он с черепашьей скоростью, но я сдержался, не стал сигналить и продолжал тихонько катить следом. Дорога узкая, отвалы высокие - не объехать. Только больше времени на выяснение отношений потратим.

Загнав УАЗ на освободившийся пятачок перед воротами, я заглушил двигатель, а Дмитрий выскочил на улицу и догнал водовоза. Если только у него там не брага...

- Дядь Жень! - крикнул телохранитель кондуктора. - День добрый! Ты вчера вечером Сергея не видел?

Качало дядю Женю вовсе не от усталости; сивушный дух расходился во все стороны просто волнами. Торопиться с ответом он не стал, остановился, достал пачку папирос, закурил.

- Серёгу-то? - переспросил сосед. - Нет, не видел. Случилось что? А то вчера менты катались, сегодня катаются. Как мёдом намазано...

- Да найти его не можем.

- Праздники, - с философским спокойствием выдохнул папиросный дым дядя Женя и поплёлся дальше.

Оставив УАЗ за воротами, мы прошли в дом. Митя отправился на поиски ежедневника кондуктора, я взялся за телефон. Позвонил в бар и оружейный магазин, и тут вернулся озадаченный кондуктора.

- Слава, смотри, - протянул он солидный блокнот в кожаной обложке. - Второе число...

Цифра "семнадцать" за этот день была подчёркнута дважды, рядом Платон приписал "Св. - Зол. Вс., дом" и размашисто: "не заезжать". Больше на вчерашний вечер ничего запланировано не было.

- Ну и что это за Св. Зол. Вс.? - хмыкнул я, ради интереса просмотрев соседние записи. Как оказалось, Сергей имел обыкновение сокращать все слова до двух-трёх букв. Сокращение "Св. Зол. Вс." встречалось только пару раз.

Дмитрий забрал ежедневник и зашелестел страницами.

- "Зол. Вс.", "Зол. Вс.", - забормотал он. - Что-то знакомое. - И вдруг встрепенулся: - "Золото Вселенной"! Это ювелирный салон, тут рядом!

- Знаю, - кивнул я, поскольку и сам захаживал в это заведение не столь уж и редко. - А "Св."?

- Светлана?

- Логично. Тут сколько пешком идти, минут десять?

- Да меньше! - Дмитрий подошёл к окну и указал на возвышавшиеся за частной застройкой пятиэтажки. - Если напрямик, то рынок пройти и уже здесь.

Я озадаченно хмыкнул. Сколько раз в гости приезжал, никогда внимания не обращал, что здесь до Южного бульвара рукой подать.

- Подожди! А мы как сюда едем?

- Мы с Красного заезжаем, - пояснил Митя. - Напрямик не проехать, дороги не чищены.

- Ясно. Тогда давай так, ты машину к салону отгони, а я пешком пройдусь.

 

Так и сделали, и в результате я дошёл до ювелирного салона на пару минут раньше, хоть и нисколько не спешил, внимательно оглядывая заметённые снегом обочины. Когда подъехал Дмитрия, я попросил его подождать на улице, сам прошёл внутрь.

Да - магазин был открыт. А почему нет? Южный бульвар - улица с самыми дорогими заведениями; здесь торговля не замирала ни днём, ни ночью.

В ювелирном салоне покупателей не оказалось, только скучал на своём стульчике смурной охранник. При моём появлении он поднялся на ноги, но сразу подпер плечом стену. Выпорхнувшая из служебного помещения симпатичная светловолосая девушка приветливо улыбнулась и спросила:

- Что-то подсказать?

Я отметил горевший на её щеках морозный румянец - только смена началась? - и в свою очередь поинтересовался:

- Ольга Александровна у себя?

- Нет, управляющей сейчас нет, - ответила консультант и наморщила носик. - Вы по какому вопросу? Может, мы подсказать что-то сможем?

- А Михаил, гравёр?

Девушка озадаченно обернулась к охраннику, тот кивнул.

- У себя. Проходите, Вячеслав Владимирович.

Я едва удержался от удивлённого смешка - примелькался здесь, получается? - и заглянул в каморку гравёра, как обычно погружённую в полумрак; алхимический фонарь освещал лишь стол.

Сгорбленный дедок с густой шевелюрой абсолютно седых волос обернулся на звук открывшейся двери, снял с лица очки с толстенными линзами и сощурился.

- Слава! - озадачился он. - Какими судьбами? Только не говори, что проходил мимо и решил проведать старика! Не поверю!

- Здравствуйте, дядя Миша, - поздоровался я, стянул шапочку и пригладил волосы ладонью, потом опустился на свободный стул. - Да вот решил проверить, чем таким вы заняты, вместо того, чтобы штампы гравировать.

В комнате сильно пахло раскалённым металлом и химическими реактивами; мастер, без всякого сомнения, занимался не своей основной работой и даже не моим заказом, а какой-то низшей алхимией. С гравёром я познакомился во время обучения в Братстве, и зарабатывал там на жизнь дядя Миша совсем не починкой ювелирных украшений. Просто преклонный возраст помешал ему перебраться в Туманный, вот и отыскал занятие по вкусу.

Мастер на моё замечание никак не отреагировал, только спросил:

- Опять проблемы?

- Есть немного, - вздохнул я. - Вы вчера работали?

- Работал. Водку пить здоровье не позволяет.

- У кого из консультантов вчера была смена до пяти часов? Возможно, Светланой зовут.

Дядя Миша нацепил на нос другие очки и внимательно посмотрел на меня.

- Почему спрашиваешь?

Я объяснил. Мастер покачал головой.

- Светлана. Хорошая девочка. Да ты её видел...

- Это она?

Я начал подниматься со стула, но гравёр неожиданно жёстко потребовал.

- Сиди! - и уже мягче добавил: - Сиди, сам с ней поговорю.

- Мне бы...

- Не надо, - отмахнулся дядя Миша, открыл верхний ящик стола и принялся убирать туда непривычного вида инструменты и пузырьки реагентов. Потом с тяжёлым вздохом встал из-за стола и, шаркая ногами, направился на выход. - Не суетись, Слава, сам всё узнаю. Хорошая девочка...

И я остался сидеть на месте. Но в ящик стола заглянуть всё же не преминул. Ничего не понял и вернулся на место, а там уже вернулся гравёр.

Он налил себе из термоса чая, отпил.

- Встречалась она с ним, встречалась, - произнёс потом. - И дома у него бывала пару раз.

- И вчера?

- Не суетись, Слава, ты ж не мальчик с пятое на десятое скакать. По правилам консультантам встречаться с покупателями нельзя, а твой товарищ мужчина видный, поэтому забирать с работы она себя запретила. Он ей прямую дорогу показал, ходила сама. И вчера тоже.

- Дядя Миша! - не выдержал я. - Не тяни кота за яйца! Человека похитили!

- Почему похитили? Арестовали.

- Чего?! - разинул я рот от удивления. - Арестовали? Как?!

- Об косяк, - буркнул гравер. - Не знаешь, как арестовывают? Она уже к дому шла, когда от него чёрный внедорожник с включенной мигалкой отъехал. Подробностей не рассмотрела, но на стук никто ворота не открыл. Такие дела.

Я поднялся со стула.

- Благодарю, очень помогли.

Старик только махнул рукой.

- Пустое. За штампами на следующей неделе заходи.

- Зайду непременно, - пообещал я.

Зайду, если меня самого не арестуют. А такой возможности исключать было никак нельзя.

Проходя через торговый зал, я остановился рядом со Светланой и тихонько спросил:

- Внедорожник точно чёрным был? Или в темноте показалось?

- Нет, он мимо меня проехал, - ответила девушка негромко, но уверенно.

- И синей полосы на борту не было?

- Нет.

Я кивнул и вышел за дверь. Никаких причин не доверять утверждению девушки не было, да и сосед Платона тоже что-то о дружинниках толковал. Не иначе заметил мельтешение проблескового маяка - вот и отложилось в голове.

Совпадают показания, совпадают...

Только вот дело в том, что на чёрных внедорожниках с мигалками по Форту передвигается лишь немногочисленное руководство, никто из которого самолично на задержание не выезжает, да ещё контрразведка. А где контрразведка, там и господин Линев, с которым не так давно у нас случился небольшой конфликт и который был осведомлён о способности Сергея ходить через Границу в нормальный мир. То есть, формальных оснований для задержания Платона даже искать не требовалось. И это если не принимать в расчет милую привычку здешних силовиков играть не по правилам.

Гадство!

Дмитрий дожидался меня на пассажирском сиденье "буханки". Когда я забрался за руль, он немедленно спросил:

- Ну как?

- Всё плохо, - сообщил я в ответ. - Ну как плохо... Лучше, чем могло быть, но не особо...

- Загадкам говоришь.

- Арестовали Платона. Не похитили, арестовали.

- Ву-у-ух! - с облегчением перевёл дух Дмитрий. - Как от сердца отлегло!

Я недобро глянул на собеседника.

- А чего отлегло-то? Я, конечно, безмерно рад за Серёгу. Рад, что ему сейчас не вырывают ногти плоскогубцами, а лишь культурно пробивают по почкам, но нам-то от этого нисколько не легче! Тебе, мне, Гордееву. Даже если потом не придут за нами, ты лишишься работы, Коля - основного поставщика, а у меня прибыль сократится раза в три, если не больше. И чего хорошего?

- Лучше так, - упрямо произнёс телохранитель кондуктора.

- Серьёзно? - скривился я. - Митя, простых похитителей мы могли перебить сами, оставалось только их найти. Мы даже могли натравить на них дружинников или других бандитов. А контрразведке ничего не сделать! Обратиться к руководству Патруля? А станут они за нас впрягаться? Особенно, если Платона было за что прижать? Ведь было же? Было.

Более того - меня тоже есть, за что в камере запереть и ключ выбросить. Вроде и криминала никакого в наших схемах не наблюдается, но это с какой стороны посмотреть. Если всё вскроется, серьёзные люди в очередь выстроятся, чтобы от дела свой кусок откромсать. И от меня заодно...

Затаиться и не гнать волну? Не вариант. Помимо того, что Платон мой друг, без него всем нашим схемам грош цена. Платон незаменим. А уж если он начнёт колоться, никому мало не покажется. Нет, надо выдёргивать его и выдёргивать быстро.

Я зажал лицо в ладонях и покачал головой.

- Слава! - толкнул меня в плечо Дмитрий. - Что делать будем?

- Договариваться, - решил я.

Придётся договариваться, пока это всё не зашло слишком далеко. Эх, как же не вовремя Гордеев из Форта уехал!

Я выбрался из кабины и зашагал обратно к ювелирному салону.

- Буквально на минуту, - коротко бросил охраннику, проходя в служебные помещения. Заглянул к гравёру и спросил: - Дядь Миш, есть в вашей шарашке телефон?

- В кабинете управляющего, - ответил мастер.

- Ну?

- Что - ну?

- Дядь Миш, только не говори, что ты дубликата ключа не сделал!

Старик затейливо выругался, пошарил в кармане и кинул весело звякнувшую связку.

- Уволят меня из-за тебя, Слава.

- Я быстро.

- Иди, покараулю.

Отперев дверь в конце коридора, я быстро прошмыгнул в тёмный кабинет и включил вытащенный из кармана фонарик. Подсветил себе, набрал номер "Западного полюса" и погасил свет.

- Хмелев! - рыкнул Владимир Ханин, когда его очередной раз выдернули из-за стола. - Ты совсем совесть потерял? Ну сколько можно?!

- Владимир Михайлович, - обратился я к нему официальным тоном, - хотите скидку на следующий месяц?

- Большую? - скептически поинтересовался дружинник.

- Пять процентов.

- Десять, - машинально поправил меня Ханин, но сразу уточнил: - Что нужно?

- Контрразведчики с вами гуляют?

- Нет, - разочаровал меня дружинник. - У них своя свадьба, у нас своя.

- Блин...

- Нужен кто-то конкретно?

- Кузьминок.

- В "Сен-Тропезе" поискать попробуй. Только учти - влезешь к нему в долги, потом не расплатишься.

- Учту.

- А скидка?

- Пять процентов, - ответил я и быстро положил трубку.

Запер кабинет и вернул ключи дожидавшемуся меня в коридоре мастеру.

- Благодарю.

Похлопав гравёра по плечу, я прошёл через торговый зал и шагнул на улицу. Недолго постоял на крыльце, озирая настороженным взглядом окрестности, потом натянул на голову лыжную шапочку и сбежал по ступенькам к припаркованному на обочине автомобилю.

УАЗ плавно тронулся с места и покатил по Южному бульвару. Всюду горели фонари, сверкали алхимическими огнями витрины и вывески, время от времени под смех гуляк взмывали к небу колдовские фейерверки. С наступлением сумерек люди выбрались из квартир на улицу; кто-то прогуливался пешком, кто-то нанял сани. Машин было относительно немного. Оно и понятно, приём алкоголя с аккуратным вождением нисколько не сочетается, а у нас, если машину помнёшь, замучаешься потом ждать, пока нужную деталь привезут.

Стоявшее поодаль от дороги здание самого фешенебельного и претензионного в Форте ресторана "Сен-Тропез" бросалось в глаза издалека. Помимо того, что в небе над трёхэтажным особняком беспрестанно расцветали огненные узоры, оформленный стеклоблоками фасад здания был освещен мощными алхимическими прожекторами, а на высокой кованой ограде мягко светились фонари цвета морской волны.

Проехать на территорию я не стал и пытаться, бросил УАЗ на очищенной от снега парковке на обочине бульвара, велел Дмитрию ждать в машине, а сам отправился дальше пешком. В обычный день попасть внутрь проблемы бы не составило, но по праздникам без предварительной регистрации в ресторан пускали только членов клуба.

Мог я оформить членскую карту? Мог. Просто не посчитал нужным.

Если в деловом клубе "Три семёрки" собирались действительно деловые люди и туда время от времени я заглядывал поддерживать нужные знакомства, то завсегдатаями "Сен-Тропеза" были нувориши и представители бомонда. Толку с таких, как с козла молока.

- Мест нет, - предупредил охранник у ворот.

Мои удобные, но неброские куртка, карго-штаны, вязаная шапочка и высокие зимние ботинки его не впечатлили.

Помимо крепкого парня при шлагбауме по огороженной территории слонялось ещё несколько сотрудников службы безопасности, которых усиленно опекали запускавших фейерверки гостей. Для огненных шутих было отведено сразу несколько площадок, но местные завсегдатаи не привыкли ограничивать себя формальностями.

Неожиданно сильно грохнуло над горловой, на полнеба распласталось огненное полотнище, за пару секунд сменившее цвет с фиолетового на бирюзовый, а потом рассыпавшееся серебряными звёздами.

Я мотнул головой и похлопал себя по левому уху, затем достал удостоверение резервиста Патруля и протянул охраннику.

- Кузьминку. Быстро.

- Но...

- Знаешь, где служит Кузьминок?

Охранник кивнул и вызвал по рации напарника. Пользоваться магическими средствами связи здесь не было никакой возможности - всё забивали помехи колдовских огней.

Второй охранник забрал моё удостоверение и скрылся в ресторане, а уже через пару минут на улицу вышел парень, невысокий, худощавый и конопатый. Судя по небрежно наброшенной на плечи дублёнке, тратить на меня время Григорий Кузьминок не собирался.

Начальник отдела контрразведки требовательно махнул рукой, я прошёл за ограду и забрал удостоверение.

- Теперь что, Хмелев? - с вальяжной интонацией поинтересовался Григорий.

Был он в лёгком подпитии и непроизвольно копировал манеру поведения своего куратора, но я не обратил на вальяжные нотки никакого внимания.

- Григорий Алексеевич, - спокойно обратился к конопатому контрразведчику, - некоторое время назад между нами возникло недопонимание, но впоследствии все проблемы были решены...

- Ближе к делу!

- ... и мы даже оказали вашему ведомству одну немаловажную услугу...

- О которой лучше забыть! - резко перебил меня Кузьминок.

- Вот именно! - подступил я к нему ещё ближе. - Так с какой стати вы наших людей трогаете?

- Ещё раз, - попросил конопатый. - Мы трогаем ваших людей? Если у твоих подельников проблемы с Дружиной...

- С контрразведкой проблемы, с Дружиной всё хорошо.

- С нами? - выказал удивление Кузьминок. - Ничего не перепутал?

- Я же здесь!

- Кто, где, когда.

- Платонов, вчера вечером, у своего дома.

- Почему - мы?

- Два свидетеля, - приврал я, - видели, как его увезли на чёрном внедорожнике без опознавательных знаков с мигалкой. Такие только у вас.

- Бред. - Григорий потёр длинный, свёрнутый набок нос и вдруг встрепенулся: - Как, ты сказал, фамилия?

- Платонов. Сергей Платонов.

- Вот дерьмо! - выругался вдруг контрразведчик, вытащил из кармана чарофон и попытался с кем-то связаться, но безрезультатно. - Нет связи! Жди, сейчас вернусь.

Кузьминок заскочил в ресторан, оставив меня стоять на крыльце в некотором даже обалдении. К такой реакции на своё заявление я оказался просто не готов. Ожидал либо круглых глаз и уверений, что произошла какая-то ошибка, либо прямых угроз посадить за решётку вслед за компаньоном, но такого...

Ничего не понимаю.

Поднялась по ступенькам возвращавшаяся в ресторан компания. Разряженные девицы в собольих шубах не обратили на меня никакого внимания, их грузные компаньоны с раскрасневшимися от выпитого лицами разве что брезгливо не поморщились, проходя мимо.

Меня это нисколько не покоробило. В среде городских элит нередко случались... ротации, а ротация - это такая вещь, которая заканчивается если и не пулей в затылок или петлёй на шею, то горестным сожалением о бесцельно прожитой жизни так уж точно. На северной промзоне с ломиком или лопатой только и остаётся, что сожалеть о былых ошибках...

Некстати подумалось, что меня самого сейчас от петли или штрафного отряда отделяет расстояние куда меньшее, нежели этих вальяжных господ, но расстроиться толком не успел - вернулся Кузьминок. Вернулся и сразу дёрнул меня в ресторан.

- Идём!

Я несколько даже потерялся от такого напора, но двинулся следом, не задавая ненужных вопросов.

Просторный вестибюль превратили в танцевальный пол, в полумраке под ритмичную музыку извивались профессиональные танцовщицы, в меру своих способностей им подражали посетители. Под потолком колыхалось синее марево, и создавалось даже впечатление, будто все мы находимся под водой. Хватало цвета морской волны и в оформлении, а когда меж людей проплыла иллюзия акулы, не осталось никаких сомнений, что попал на тематическую вечеринку.

Под девичий визг и смех Григорий Кузьминок зашагал через толпу, и все напыщенные толстячки без лишней спешки уступили ему дорогу. Точнее даже не так - они просто не оказывались у него на пути. Ну и на моём, соответственно.

Вслед за контрразведчиком я прошёл в небольшой кабинет на первом этаже, обставленный строго и по-деловому. Окон в нём не было.

- Садись, - указал Григорий на диванчик у стены, сам опустился за стол и принялся накручивать диск телефонного аппарата. Набрав номер, он представился, выслушал ответ и раздражённо кинул трубку обратно на рычажки.

Распахнулась дверь, и в кабинет ступил моложавый господин в тёмно-синем костюме и пижонских кожаных туфлях с серебряными пряжками. В одной руке он нёс бутылку коньяка, в другой сразу три стакана. Не бокала - именно три гранёных стакана.

- Ничего? - спросил Илья Линев, служивший ни много, ни мало заместителем воеводы.

- Это не мы, - отрапортовал Кузьминок. - И точно не наши. Но Несун Форт не покидал.

- Несун? - не удержался я от вопроса.

- Сергей Платонов у нас так проходит, - пояснил Линев, выставил бутылку на стол и нервно потеребил охвативший левое запястье браслет с множеством серебряных шариков, резных и частично чернёных.

Я в ответ только захлопал глазами. Для того чтобы отшить меня, вовсе не обязательно было устраивать такой спектакль.

И опять же - что значит: проходит?

Линев разлил коньяк по гранёным стаканам, один взял себе, второй передвинул Григорию. Мне предлагать не стал, но третий стакан говорил сам за себя.

Я поднялся с дивана и усмехнулся.

- Теперь так модно, да?

- Других не было, - ответил Линев и выпил.

Выпил и я. В стакане оказался не коньяк, а кальвадос, что было тоже совсем неплохо.

- Рассказывай, - потребовал заместитель воеводы.

- Вы серьёзно или комедию ломаете?

- Рассказывай! - повторил Линев, на это раз с неприкрытой угрозой.

Я повторил историю об исчезновении компаньона и поделился результатами предварительного следствия.

- Столько сил коту под хвост! - выругался заместитель воеводы, одним махом допил кальвадос и вышел из кабинета, оставив меня наедине с контрразведчиком.

- Это он о чём? - недоумённо спросил я конопатого.

Григорий вздохнул.

- Род деятельности твоего компаньона заинтересовал лиц, которые интересны нам. Поэтому старались не упускать его из виду в ожидании предложения, от которого невозможно отказаться. А его, получается, увели прямо у нас из-под носа.

- Кто?

- Или Город или Северореченск, - отрешённо произнёс Кузьминок. - Но из Форта его ещё не вывезли, поэтому ищи. Ищи.

- А вы?

- И мы будем искать.

Я сообразил, что Платона намеревались использовать как наживку для чужих агентов, но это не объясняло всех странностей.

- Откуда уверенность, что он ещё в Форте? - спросил я, сделав небольшой глоток кальвадоса.

Григорий отпил куда больше моего и пояснил:

- Нас ставят в известность о всех его выездах за стены.

- А если спеленали и вывезли?

- Контроль идёт по ауре. Есть такая возможность.

- В курсе, - кивнул я и уточнил: - А вы только юго-восточные ворота контролируете или остальные тоже?

- А кто его там выпустит?

- Он в резерве Патруля, так-то.

- Без документов его не выпустят, предъявит документы - сообщат.

- То есть его аура там не отслеживалась. Могли вывезти, нет?

Григорий хмуро посмотрел на меня, сделал пару звонков и сообщил:

- Через западные ворота сегодня никто не выезжал, через восточные прошла машина с отходами промзоны и всё. Нет, он ещё в Форте.

Я в этом уверен вовсе не был, более того - вопреки всем доводам у меня понемногу крепла иррациональная уверенность, что Платона вывезли за городские стены. Иначе в этом просто не было никакого смысла! Убить его могли на месте, а раз похитили - значит, были основания. Живой кондуктор стоит куда дороже мёртвого.

Город или Северореченск? Вот чёрт!

- Никто из ваших не мог это провернуть?

- Думаешь, сложно мигалку на крышу прицепить? - срезал меня Кузьминок и достал из верхнего ящика стола блокнот. - Ладно, а теперь со всеми подробностями. Под протокол.

- А смысл время терять? Я весь расклад следователю расписал, Могилевский его фамилия.

- Прям весь? - не поверил Григорий. - И о внедорожнике с мигалкой он знает? Выкладывай!

Пришлось рассказать о Светлане, консультанте из ювелирного салона.

- Не думаю, что она в этом замешана, - предупредил я контрразведчика.

- А это уже нам решать, - объявил Кузьминок. - У тебя всё?

- Да.

- Допивай и проваливай, - распорядился Григорий и передвинул к себе бутылку, в которой ещё оставалось немного кальвадоса.

Я допил и ушёл.

Всё же нервная работа у дружинников - так кальвадос глушить, никакой печени не хватит. Ох, что-то меня расслабило...

- Ну? - встрепенулся дожидавшийся меня у машины Дмитрий. - Как поговорил?

- Хорошо поговорил, хорошо, - вздохнул я, забираясь за руль. - Но как обычно есть две новости, хорошая и плохая. Хорошая: Платона они не задерживали. Плохая: Платона они не задерживали.

- Не врут?

- Не врут, - ответил я без малейших колебаний. - Уж не настолько я крут, чтобы такой спектакль устраивать. Похоже, у них серьёзно подгорело.

Я рассказал Дмитрию о состоявшемся разговоре, он выслушал меня и откинулся на спинку сиденья.

- Получается, Платон ещё в Форте?

- Получается, в Форте, - кивнул я, но без всякой уверенности. - Через юго-восточные ворота его никак не могли вывезти, на других пришлось бы предъявлять удостоверение.

- Если так - он в Форте.

- Если так... - пробормотал я, заводя двигатель. - Но в этом нет никакого смысла. Зачем похищать и оставлять в Форте? Чужим агентам в первую очередь вывозом человека за город озаботиться стоило бы. Даже если принять эту версию в расчет...

- Почему нет?

- А какой смысл на меня покушаться было?

- Совпадение? - выдвинул предположение Дмитрий.

- Не верится что-то в такие совпадения, - покачал я головой и вывернул с парковки на проезжую часть. - Скорее, хотели меня заранее из игры вывести. Должны были понимать, что в противном случае и Дружина к розыскам активно подключится, и криминальный элемент будет задействован. Опасно в таких условиях Платона в Форте держать. Но ведь похитили...

- Мы не туда едем, - сообразил вдруг телохранитель кондуктора. - Нам в другую сторону.

Я покачал головой.

- На восточные ворота сначала заедем. Заодно и заправимся по дороге.

- Зачем?

- Бак почти пустой.

- Нет, - поморщился Дмитрий. - На восточные ворота нам зачем? Думаешь, через них вывезли?

- А вот и посмотрим. Там сегодня машина с отходами выеp;ала, узнаем установочные данные, поговорим с водителем.

Дмитрий кивнул и прикрыл глаза. К вечеру на его лицо вновь вернулась бледность, над верхней губой мелкими бисеринками собралась испарина. То ли из-за пропуска приёма лекарств поплохело, то ли злоупотребление алкоголем аукнулось.

После поворота на проспект Терешковой началась ночь. Нет серьёзно - просто конец света. Повернули - и разом остались позади все фонари, яркие огни витрин и всполохи вывесок. Кругом одна лишь серость снега да мрак позднего вечера, в котором тускло светились редкие квадраты освещённых окон.

Пришлось сбросить скорость - людей на улице хоть и убавилось, но теперь вместо праздно-шатавшейся вдоль бульвара публики на глаза попадались исключительно пьяные компании. Таким море по колено, а перебежать перед машиной и вовсе как два пальца. Ещё только сбить кого-нибудь в этой темени не хватало. Тормозной путь на нечищеной дороге, он дли-и-инный...

Ехать вдоль глухого забора промзоны с одной стороны и железнодорожной насыпью с другой было и вовсе откровенно страшно. Если со стороны центра небо ещё хоть немного подсвечивали отблески огней, то справа, над заводскими корпусами чернел непроглядный мрак.

- На кой чёрт отходы второго числа вывозить? - спросил Дмитрий, зябко ёжась, будто от озноба.

- Вот и меня этот вопрос интересует, - кивнул я. - Сейчас на промзоне каникулы, когда накопить успели?

- Вопрос.

УАЗ нырнул под высокий мост, на который уходила железнодорожная ветка, и насыпь сменилась заброшенным районом, который понемногу обживали рабочие с промзоны. Дома в глубине квартала так и стояли пустыми коробками, но вдоль дороги их понемногу приводили в порядок, и жуткое ощущение, будто Форт в один миг вымер, отступило и перестало давить на нервы.

После поворота к восточным воротам вновь потянулись развалины, но так тоскливо как раньше уже не было - путеводными звездами впереди засияли огни пропускного пункта. Площадь перед воротами была ярко освещена, помимо пары "газелей" и "патриота" с синими полосами вдоль бортов там приткнулся и старенький бронетранспортер, судя по опознавательным знакам, - Патруля.

- Мне в машине подождать? - спросил Дмитрий.

- Да, лучше подожди, - решил я и зашагал к пропускному пункту, двухэтажное здание которого являлось частью городской стены. Сама стена была много выше и продолжалась сверху корявой железобетонной конструкцией. Раньше здесь пропускали только пешие группы, но не так давно обустроили и тоннель для автотранспорта. Сейчас въезд в него перекрывали выкрашенные чёрной краской железные ворота.

Входная дверь оказалась заперта; ни на что особо не рассчитывая, я приложил к датчику сканера удостоверение резервиста, и к моему немалому удивлению в ответ немедленно щёлкнул замок. Я прошёл на пропускной пункт, шаги гулко разнеслись по пустому помещению. Мебели внутри почти не было - одни только лавки вдоль стен. Оконные проёмы закрывали зеркальные стёкла, по всей видимости - армированные; по крайней мере, единственная дверь ничуть не уступала бронированным люкам банковских хранилищ.

- По какому вопросу? - прохрипел где-то под потолком невидимый динамик.

- Старшего смены как увидеть? - повысив голос, спросил я и небрежно махнул удостоверением.

- По какому вопросу? - повторил дежурный.

- Кузьминок из контрразведки разве не звонил? - позволил я себе выразить неприкрытое удивление.

Люди часто слышат вовсе не то, что им говорят; так случилось и сейчас: после недолгой паузы щёлкнул замок ведущей во внутренние помещения двери.

А что я? Я ничего. Я себя за сотрудника контрразведки не выдавал.

Формально. Просто поинтересовался...

Начальник смены встретил меня в коридоре.

- Что у вас опять стряслось? - с нескрываемым раздражением спросил старший лейтенант с неровно-покрасневшей кожей лица. Документы предъявить он не потребовал, вместо этого нервно вертел меж пальцев мятую уже папиросу.

- Григорий Алексеевич с вами по поводу выезжавшего сегодня за стены транспорта разговаривал? - спросил я, дабы направить разговор в нужное русло.

- Со мной. А что?

- Вы сказали, только одну машину пропустили с грузом, так? Какие-то отходы?

- Было дело.

- А это нормально вообще отходы второго января вывозить?

- Они их и по ночам, бывает, вывозят, - пожал плечами старший лейтенант. - Какие-то химикаты, их даже не в Ляховскую топь выливают, а в могильник прямо в контейнерах сбрасывают.

- В контейнерах? - пробормотал я. - Если внутри будет биологический объект, дежурный колдун его обнаружит?

- Биологический объект? - почесал затылок начальник смены. - Человек, что ли? Без понятия. Чёрт его знает, какие стенки у контейнеров. А что, у вас сбежал кто?

Я досадливо поморщился и поспешил сменить тему.

- Могу я посмотреть записи по этой машине? У вас ведь ведётся журнал регистрации?

Старлей фыркнул и сунул в рот папиросу, но закуривать не стал.

- Сейчас.

Мы прошли в комнату с двумя столами; за дальним дремал навалившийся грудью на столешницу парень в штатском. Не иначе - дежурный колдун. Перегаром в помещении не пахло, наверное, просто прикорнул.

Старший смены отпер сейф и заглянул в него, потом снял с пояса рацию.

- Рашид, журнал регистрации у тебя?

Я приготовился к долгим поискам, но обошлось; журнал регистрации отыскался в дежурке. Согласно единственной записи за второе число, машина с отходами была закреплена за неким лабораторно-исследовательским комплексом, безымянным с одним лишь регистрационным номером. Груз сопровождали водитель-экспедитор и двое грузчиков, по совместительству - охранников.

- Отлично, - пробормотал я, переписывая их имена и фамилии себе в блокнот. - А не знаете, отходы всегда одни и те же люди вывозят?

Старший лейтенант заглянул в журнал регистрации, но тот оказался заведён лишь два дня назад.

- Прошлый год уже в архив сдали? - спросил он развалившегося в кресле Рашида.

- Ага, - подтвердил невысокий татарин с сержантскими петлицами на кителе. - Но на химикаты абы кого не ставят. Там две бригады друг друга сменяют, насколько помню. Отстойная работа - вонь даже через респираторы пробивается, аж глаза лопаются...

- А кто контактное лицо? - уточнил я, поскольку лучшего способа вывезти человека из Форта, чем экранированный контейнер, который не проверяется на пропускном пункте, было просто не сыскать.

- Фомин Игорь Даниилович, - сообщил старший смены и продиктовал его рабочий телефон. - Всё?

- Спасибо, вы нам очень помогли, - пожал я ему руку. - А можно от вас позвонить?

Старлей указал на телефонный аппарат.

- Звоните. Только вряд ли он на работе в такое время.

Я поднял трубку и начал крутить диск, потом спросил, слушая длинные гудки:

- А машина, кстати, вернулась?

- Да, по графику, - подтвердил Рашид.

- Всё, я вас оставляю, - объявил старший лейтенант и вышел за дверь, на ходу щёлкая крышкой бензиновой зажигалки.

Гудки всё тянулись и тянулись, и я уже вконец отчаялся дождаться ответа, но тут в трубке раздался щелчок.

- Лабораторный комплекс, дежурный слушает.

- Фомина Игоря Данииловича могу услышать?

- Представьтесь, пожалуйста.

Я взглянул на сержанта, но всё же решил воздержаться от откровенной лжи.

- Хмелев Вячеслав Владимирович, - представился и многозначительно добавил: - Номер удостоверения интересует?

- Подождите, попробую соединить...

Как ни удивительно господин Фомин оказался на месте.

- Слушаю вас, Вячеслав Владимирович, - сказал он, подняв трубку.

У них там мини-АТС? Богато живут!

- Игорь Даниилович, меня интересует бригада, которая осуществляла сегодня вывоз отходов за городские стены. Как бы мне с ними переговорить?

Фомин только хмыкнул.

- Мы режимное предприятие, - веско произнёс он, - если вы хотите пообщаться с кем-то из персонала, обратитесь в особый отдел промзоны.

- Речь идёт о похищении человека...

- Ничем не могу помочь, - отрезал Фомин. Потом смягчился. - Понимаете, есть определенный регламент. Я не могу его нарушить. Никто не может. Извините.

И он положил трубку. Тут уж пришла моя очередь хмыкать.

Ну да не хотят сотрудничать по-хорошему, им же хуже будет.

Я достал блокнот и отыскал оставленный дознавателем Могилевским служебный номер телефона. Набрал его и представился, но следователь меня даже слушать не стал.

- Я этим делом теперь не занимаюсь, - отрезал он, - и никого опрашивать не собираюсь.

- А кто теперь похищением занимается?

- Контрразведка.

И вновь - короткие гудки.

Больше я никому звонить не стал, распрощался с сержантом и покинул пропускной пункт. Старший лейтенант стоял на крыльце и курил.

- Всего доброго, - махнул я ему на прощание рукой.

- Что-то у вас машина непрезентабельная, - указал он окурком на УАЗ.

- Маскировка, - нашёлся я и забрался за руль.

Завёл двигатель, выехал со стоянки и только тогда сказал Дмитрию:

- Появились зацепки, но пока не знаю, как подступиться к нужным людям.

- Сейчас домой?

- Да. Надо хорошенько всё обдумать.

Дальше ехали молча. Свет фар выхватывал из темноты редкие снежинки, и я до рези в глазах всматривался в ночь, не желая попасть в аварию или въехать в сугроб на обочине плохо-чищеной дороги. Дмитрий просто молчал. Наверное, не хотел мешать.

Я и в самом деле устал как собака. Весь день на нервах, не ел с самого утра, голова просто раскалывалась.

Мне бы поужинать, выпить пива и спать завалиться, да только не получится. Без вариантов. Придётся сесть на телефон и кого-то уговаривать, кого-то мотивировать, просить и обещать. А как по-другому? По-другому никак.

После поворота на Красный проспект, стало немного легче. Свет вывесок и витрин разогнал сумрак вечерней ночи, и больше не приходилось напрягать глаза, высматривая телеги, пешеходов и неожиданные изгибы дороги.

Я немного расслабился, а когда свернул с проспекта к особняку, указал Дмитрию на освещённые окна бара и улыбнулся.

- Сейчас нас накормят.

- Сейчас мы будем кушать, - подхватил телохранитель кондуктора и вдруг удивился: - А это что за чудаки на "кайенне" пиво пить прикатили?

И точно - на пустой парковке перед баром в свете наших фар блеснул свежей полировкой самый настоящий Porsche Cayenne, чёрный, новенький и при этом совершенно бестолковый.

А как иначе? Машина под наши условия не заточена совершенно. Там - круто, здесь - уж лучше УАЗ.

- Во, дают! - охнул Дмитрий. - Ещё бы кабриолет взяли!

- Да ладно, - ухмыльнулся я. - Тоже машина...

В этот момент у "кайенна" загорелись габариты; я заранее притормозил и направил УАЗ на встречную полосу в объезд возможного препятствия, не в силах предугадать дальнейшие маневры явно подвыпившего водителя. А когда вниз поползло тонированное окно задней двери, совершенно неожиданно я неким интуитивным наитием угадал: в окне "кайенна" сейчас покажется вовсе не пьяная физиономия или рука с выставленным средним пальцем. Такие озарения не случаются спонтанно; подсознанию нужны для этого зацепки и время, и начавшее уходить вниз стекло как раз и предоставило мне и то, и другое.

За миг до того, как на нас уставился ствол, я до упора утопил педаль газа и крикнул:

- Пригнись!

Митя просто не успел. Лобовое стекло "буханки" вспухло пулевыми отверстиями, и сразу с оглушительным хлопком взорвался угодивший в магическое поле защитного амулета свинцовый шарик. Лобовуху вышибло наружу, боковые стёкла выплеснулись на улицу мелким крошевом. Дмитрия вспышкой откинуло на спинку сиденья, миг спустя перед его лицом рванул очередной заряд "свинцовых ос".

В отличие от спутника я к этому времени уже согнулся в три погибели и уткнулся лицом в руль, поэтому меня не оглушило, лишь зазвенело в ушах. И ногу с педали газа не убрал.

Стрелок перенёс огонь на водительское место, во все стороны полетела набивка сиденья, а потом свинцовые шары заколотили по решётке радиатора, прошивая тонкий металл и врываясь в кабину мятыми рваными комками. "Чешуя дракона" налилась невыносимым холодом, но ни один из зарядов не сумел преодолеть её защитного полога. Отведённые чарами свинцовые шарики проносились стороной и не взрывались, поскольку заключённые в них кристаллы превращались при ударах об автомобиль в бесполезное крошево.

УАЗ нёсся вперёд, не снижая скорости; водитель "порша" в панике утопил педаль газа, но прежде чем паркетник сорвался с места, его колёса впустую закрутились на покрывшей парковку толстой корке наледи, и прошитая пулями "буханка" успела зацепить заднее крыло. Резкий толчок откинул "кайенн" на середину дороги, там он крутанулся и вылетел на обочину. Стрельба тотчас смолкла.

При столкновении меня приложило грудью о баранку, послышался неприятный хруст, но я успел подготовиться к удару и сознания не потерял. Даже не пытаясь выволочь наружу оглушённого напарника, сразу выдернул из-за сиденья жезл "свинцовых ос", распахнул дверь и вывалился на дорогу. Спину пронзила острая боль, голова закружилась, а ноги враз стали ватными, но это не помешало упереть в плечо приклад и открыть огонь, благо всегда ставил "Шершень" в автоматический режим. Так и загудело...

Увесистые свинцовые шары легко прошивали тонкий металл "кайенна", а наружу уже не вылетали, заседая бесформенными комками мягкого металла в сиденьях, обшивке салона и телах. По стёклам не стрелял принципиально, и когда через три секунды опустела шестидесятизарядная банка, борт автомобиля больше напоминал решето.

Бросив под ноги разряженное оружие, я достал из сумочки револьвер и настороженно подступил к изрешечённому автомобилю. Через открытое заднее стекло виднелся мёртвый стрелок со слипшимися от крови русыми волосами. Его я трогать не стал, нацелил на переднюю дверцу ствол "Тауруса" и дёрнул ручку. Дверца со скрежетом распахнулась, но водителя внутри не оказалось; он успел выбраться на другую сторону, в сугроб!

Я резко отпрянул назад и каким-то чудом успел выстрелить в обежавшего автомобиль парня первым. Стрелял с расстояния в пару метров, но картечь разлетелась веером, отведённая защитным полем чужого амулета.

Миг спустя плюнул огнём вскинутый убийцей обрез; пуля прошла мимо и засела в фонарном столбе за спиной, а "Чешуя дракона" задрожала, обожгла холодом и отключилась. Я метнулся в сторону, выстрелил, но вновь безрезультатно. Убийца повёл обрезом, ловя меня на прицел, и тут где-то сбоку сверкнула вспышка, что-то прошуршало в воздухе, и голова налётчика взорвалась, забрызгав "кайенн" и дорогу вокруг кровью и мозгами.

Массивный жезл "свинцовых ос" в руках выскочившего на крыльцо Ивана Грачева громко лязгнул, досылая очередной увесистый шар, и мой помощник поспешно спрыгнул в снег, уходя от ярко-освещённого окна бара. То почти сразу погасло.

- Прикрой! - крикнул я Ване, подхватил сброшенный под ноги "Шершень" и обежал изуродованный УАЗ со стороны пассажирского сиденья. С силой дёрнув, распахнул дверцу, выволок наружу Дмитрия и потащил его в бар. Уложил прямо на пол и нащупал пульс, а когда заскочивший вслед за мной Иван запер дверь, то в полной темноте, чуть ли не на ощупь, пробрался к стойке и поменял опустевшую банку жезла "свинцовых ос" на новую.

Нет - повторного нападения я не опасался, просто так спокойней вот и всё.

- Граждане, сохраняем спокойствие! - хрипло рассмеялся я, с трудом справляясь с тугой резьбой. - Всё уже позади. Всё кончилось!

- Мы можем уйти? - спросил кто-то. Голос я не узнал.

- Через чёрный ход. Иван проводи.

Общение с дружинниками мало кому доставляло удовольствие, поэтому я не собирался заставлять посетителей бара давать свидетельские показания. Но и без рочевидцев так же оставаться не хотел.

- Пиво за счёт заведения! Работаем до последнего клиента! - объявил, включая свет, и выстроившаяся к чёрному ходу очередь немедленно поредела.

Через чердак прибежал Саня; я направил чародея дозорным к окну, а сам налил стаканчик настоянного на травах самогона, подошёл к уже очнувшемуся Дмитрию и передал ему выпивку. Тот буквально вкинул в себя настойку и замотал головой.

- В глазах всё так и сверкает, - пожаловался телохранитель кондуктора.

- Пройдёт, - уверил я его, помогая сесть за стол. - Что у тебя за амулет такой? Заряды, блин, один за другим рвались!

- "Щит Веры", - ответил Дмитрий.

- Замени, - посоветовал Саня. - Хочешь, "Сферу Безветрия" со скидкой организую?

- Хочу!

- Завтра сделаю.

- И мне "Чешую дракона" заряди, - попросил я.

- Не вопрос.

Тут вернулся Иван и начал разливать пожелавшим остаться посетителям бесплатное пиво, кто-то из завсегдатаев спросил:

- Вячеслав, что произошло? В вас стреляли?

- Без комментариев, - ответил я, уходя за стойку. - Вы должны изложить дружинникам свою версию, а не повторять мои слова.

На самом деле мне просто не хотелось распространяться о случившемся, а отмалчиваться или огрызаться было бы, по меньшей мере, невежливо. Сняв трубку телефонного аппарата, я вызвал наряд и в очередной раз подивился бестолковости налётчиков.

Даже провода не перерезали, кретины! Не посчитали нужным или просто не успели?

Вскоре на улице замелькал проблесковый маячок, и на парковку перед баром заехала белая "газель" с синей полосой во весь борт и соколом на капоте. Дружинники настороженно разошлись по улице, вслед за ними подъехал уже знакомый автомобиль следственной группы.

- Как же вы меня задолбали, Вячеслав Владимирович! - без обиняков заявил дознаватель Могилевский, выслушав рассказ о нападении. Потом он наскоро опросил свидетелей и, поручив незнакомому парню в штатском заполнить бумаги, поднял со стойки жезл "свинцовых ос", не мой "Шершень", а тот, из которого стрелял Иван.

- Обалдеть! - протянул следователь. - Как отдача?

- Терпимо, - сообщил Грачев и потёр отбитое прикладом плечо.

- Надеюсь, изымать не станете? - забеспокоился я.

- А это исключительно от предварительных выводов следствия зависеть будет, - спокойно ответил Могилевский, положил оружие обратно на стойку и усмехнулся: - Может, и вас... изъять придётся.

- Да ладно! - фыркнул я. - Чистая самооборона!

Дознаватель вышел на крыльцо, а когда я присоединился к нему, покачал головой.

- Весьма похоже на дорожный конфликт. Вы их зацепили, слово за слово, дело кончилось стрельбой.

- Вон там, - указал я на дорогу, - вы найдёте выбитые стёкла моего автомобиля, что...

- Допустим, вас обстреляли, - не стал настаивать Могилевский на своей первоначальной версии и велел дружинникам расставить на обочинах алхимические фонари.

- Не допустим, а так и было, - решительно заявил я.

- Кому это могло понадобиться?

- Логично связать покушение с похищением моего компаньона, разве нет?

Могилевский немедленно развеселился.

- Какой же вы молодец, Вячеслав Владимирович! - расплылся он в радушной улыбке. - Раз похищение забрала себя контрразведка, пусть она и покушение на вас расследует, так?

Мне лишний раз общаться с Кузьминком совершенно не хотелось, но особого выбора не оставалось. Пришлось кивнуть.

- Так.

К ночи похолодало, морозец стал пощипывать ноздри, и всё же дознаватель не стал уходить в бар и перешёл к телу водителя.

- Вряд ли получится его опознать, - вдохнул он, осветив фонарём изуродованную голову. Затем повысил голос: - Документы?!

- Ничего нет, - ответил кто-то из его следственной группы. - Но второй жмур в лучшем состоянии.

- Да и машину отследить можно, - предложил я.

- Отследят. - Могилевский заглянул в расстрелянный внедорожник и вытащил из салона жезл "свинцовых ос" с кустарным прицелом, не слишком удобным прикладом и пузатой банкой на сто пятьдесят шаров. - Знакомо?

Я пригляделся, потом кивнул.

- "Овод-10". Старая модель, но до сих пор в ходу.

Десятимиллиметровые свинцовые шары весили чуть меньше шести грамм каждый, и даже будь в "Чешуе дракона" полный заряд, больше шести десятков попаданий она отвести не могла; Дмитрию хватило бы и того меньше.

А здесь - сто пятьдесят! Хорошо подготовились. Затормози я, растеряйся - превратили бы в решето. Поэтому и не стали сразу из обреза палить, пару выстрелов в упор двенадцатым калибром "Чешуя дракона" могла выдержать, если пуля не слишком серьёзная. Да и двое нас было, опасно на короткой дистанции перестрелку устраивать.

Могилевский кинул "Овод" на сиденье с торчавшими из неровных дыр клочьями обивки и направился в бар.

- Угостите чаем? - спросил вдруг он. - Целый день не жравши.

- Можем и не только чаем...

- На работе не пью.

- ...а чаем с бутербродами.

- Вот это дело.

 

Уехали дружинники далеко за полночь, оформив все необходимые бумаги и запротоколировав показания свидетелей. На служебную видеокамеру они сняли место происшествия и разрешили убрать УАЗ с дороги. На задний двор его пришлось толкать: двигатель не завёлся. А вот "кайенн" так и остался на обочине, за ним должны были прислать эвакуатор, но когда точно это случится, не знал даже Могилевский. Тела в морг при крематории увезла муниципальная труповозка - запряжённая флегматичной конягой телега, которой правил ничуть не менее флегматичный возница.

- Передам дело контрразведке, с ними будете разбираться, - объявил напоследок Могилевский. - А у меня смена закончилась. Всё, адью! И да - до особого разрешения постоянное место жительства не покидайте.

Он сделал ручкой и отправился восвояси. Дружинники разъехались, мы с Иваном кое-как выпроводили подзадержвашихся посетителей, и сели ужинать остатками новогоднего угощения. Разговор не клеился, я наскоро ввёл Грачева в курс дела и отправил всех спать.

Домой ни помощника, ни Дмитрия отпускать не стал. Слишком уж серьёзная каша заварилась, чтобы по тёмным улицам в одиночку шататься.

Сам тоже отправился на боковую. Выспался?

Если бы! Контрразведчики пожаловали ни свет ни заря...

 

 

<- Предыдущая часть // Обсудить на форуме

 

Купить бумажное издание: Лабиринт, Озон

Купить и скачать на Литрес в форматах fb2, epub, mobi, rtf, txt и других

Купить и скачать в магазине Андрея Круза

Скачать и слушать аудиокнигу

 

Павел Корнев. ПадшийПадший

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон

 

Павел Корнев. ПадшийСпящий

 


Купить: Лабиринт


Текст у Автора напрямую


Текст на Литрес


Купить: Озон